Горячий капучино - Форум

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 212»
Форум » Пишем/ Рисуем/ Танцуем сами… » Sadako » Горячий капучино
Горячий капучино
Sadako-samaДата: Четверг, 13.10.2011, 19:27 | Сообщение # 1
Тайса
Группа: Тайпсеттеры
Сообщений: 200
Репутация: 7
Статус: Offline
Горячий капучино


Автор: маленький, тихий Бог! (То есть Я!)
Бета: Лейла..... она со мной я так рада)

Фэндом: Ориджиналы
Персонажи: м/м

Рейтинг: NC-17
Жанры: Ангст, Даркфик, Детектив, Драма, Гет, Hurt/comfort, POV, Романтика, Слэш (яой)
Предупреждения: Нецензурная лексика, Ченслэш, Секс с использованием посторонних предметов, Изнасилование, Секс с несовершеннолетними, Насилие
Р

Описание:
Я так старался убежать от себя, но разве можно забыть преступление, совершенное своими же руками. Для меня время остановило ход. Но сердце упрямо бьется, оно не хочет умирать, и забывать не хочет. Я ХОЧУ ЛЮБИТЬ… И боюсь. А ОН… Такой… Такой… Мое сердце заходится восторгом при одном лишь взгляде на него. Но мне не суждено быть счастливым. Моя расплата за прошлые грехи уже меня настигает, по мою душу явился маньяк.

Посвящение:
Заранее благодарю, тех людей, кто ЭТО прочтет и исправит. И я наконец нашла Бету... яху.....

Публикация на других ресурсах:
Спросите и попросите и все будет хорошо.

Примечания автора:
Сиквел к "Музыка для ванильного сердца"

Добавлено (29.09.2011, 19:11)
---------------------------------------------
Глава 1

…Проснуться среди ночи от кошмара, да не самое приятное. На часах всего пол-четвертого, а я уже точно не смогу заснуть. Встав с кровати, я поежился, на улице лил сильный дождь и дул холодный ветер. Уже октябрь, а я так до сих пор и не заделал щели в окнах, надо бы этим заняться на неделе. Прихватив с собой теплую одежду, я направился в душ. Раньше я никогда не принимал его по утрам, но последнее время без него не могу. Чувствуется тяжесть во всем теле и спать постоянно хочется. А на моей работе носом клевать не пристало. Встав под струйки теплой воды, я совершено перестал думать. Мне нравилось такое состояние. Голове всегда так легко. Я мог бы провести под душем всю свою жизнь, но работа не ждет. И раз уж я встал раньше, почему бы пока не убраться в кафе.

Моя квартира расположена над небольшим кафе. На самом деле, когда я приехал в этот город, его продавали. Мне сразу понравился этот домик. Он небольшой, всего два этажа. На первом, когда-то располагалась кофейня. Люди могли спокойно прийти попить кофе или чайку. На втором находилась жилая часть, там жил сам хозяин, но он умер и теперь домик продавали, вместе с кофейней. Тогда, я как под гипнозом купил его не задумываясь. На заднем дворе домика расположен небольшой, но очень красивый садик. За несколько лет моя маленькая кофейня стала достаточно популярна. Мне нравится, наблюдать за людьми. Когда они приходят, то могут спокойно почувствовать себя тут как дома. Небольшая комната, сделанная в ванильно – кофейных тонах, на людей всегда действует успокаивающе. Иногда заходят подростки, они могут прийти просто выпить кофе или спокойно поболтать с друзьями. Приходят и обычные служащие, я всем рад и они отвечают мне тем же. Они приходят сюда, чтобы расслабится и посидеть в приятной компании или обстановке. Для меня мои клиенты как большая семья, всегда спрашивают о самочувствие или о том, как прошел день. Для некоторых я готовлю. Это чаще всего холостые мужчины.
Которые чуть ли не каждый день заходят, я не против, мне не жалко. К тому же, все они всегда платят мне и за еду, хоть я и не прошу.

С недавних пор мне стал помогать школьник, милый парнишка, он внешне очень похож на «него». Но только внешне. Его зовут Рома, но у меня язык не поворачивается так к нему обращаться, поэтому я зову его Ромашка, это прозвище быстро приклеилось к нему. На самом деле парень гиперактивен, мне даже и дела никакого не остается, если он находится поблизости. Он как ураган сметает все. Клиенты тихо посмеиваются и говорят, что парнишка так добивается моего внимания. Даже если и так, он не сможет рассчитывать на что-то большее чем сейчас (дружба). Я не хочу близости, как физической, так и душевной мне и одному хорошо. Правда знакомство с ним прошло очень забавно.
Тот день как и перед этим был обычным ничем не примечателен, ко мне заходили знакомые люди, со всеми я мило беседовал, они отвечали мне тем же, ничего нового. Но вот колокольчик над дверью звякнул (зазвонил) и я поднял голову, что бы поприветствовать посетителя, но не успел я и головы поднять, как меня смели с места. Я оказался на полу, а чайник, что я держал перед этим оказался рядом, разбитый на множество кусочков, при этом не забыв меня облить кипятком. Я лишь с досадой посмотрел на разбитый предмет и ошпаренную руку, совсем не обращая внимания на то, что на мне все еще сидят. Холодные руки прикоснулись к моему лицу, заставляя оторвать взгляд от разбитого чайника. На меня уставились большие черные глаза, они с некой тревогой и толикой страха смотрели в мои. Я недоуменно воззрился на подростка, который видимо даже и не собирался с меня слезать. Из-за чего моя одежда вся помялась и испачкалась.

— Эм,— О это чудо еще и говорить может? Вот что читалось в моем взгляде, когда он начал говорить – А можно мне у вас работать? Я не буду против даже если вы будете платить мне не очень много. – Мои брови в удивлении поднялись на пик их взлета. Я в недоумении уставился на паренька. Под моим взглядом он как то стушевался и опустил голову.

Мужчина, что сидел рядом, которому я наливал чай, когда на меня напало это чудо, громко рассмеялся, за ним последовали и все остальные посетители. Парень совсем перепугался и испугано посмотрел по сторонам. Я не вытерпев, тоже засмеялся. Люди, что приходили ко мне пить кофе, удивлено на меня воззрились. Это было первый раз, когда я так задорно смеялся, обычно я очень сдержан и люди не как не могут меня рассмешить, что бы они не делали. Посмеявшись, я наконец обратился к черноглазому чуду.

— Послушай, я конечно ищу работника, но для того, что бы попросится на работу, не надо садиться верхом на своего будущего работодателя. –Паренек наконец понял, над чем все смеялись и пристыжено стал с меня слезать, садясь рядом на грязный пол.

— Ой простите пожалуйста, просто я немного волнуюсь, не заметил.— Его слова произвели еще один дикий хохот в кофейни и он окончательно покраснел даже шея была красная.

Потрепав его по голове, для того что бы он немного успокоился, я наконец поднялся с пола, да и его поднял, нечего сидеть на полу. Мы быстро оформили все бумаги, конечно мне нужна была еще подпись его родителей или опекуна, так как он еще несовершеннолетний, на этом мы и попрощались. За то короткое время, что он тут работает, было много смешных моментов. Парень всячески пытался повеселить меня когда видел, что я начинаю грустить…

Уже начинало светать, за то время, что я был в душе и одевался, дождь окончательно перестал идти. Одевшись по теплее я вышел на улицу. Сейчас пока никого нет, я могу спокойно, в тишине вдыхая аромат дождя пройтись по парку, что недалеко от моей кофейни. Мне нравился этот запах. Листья тихо падали с деревьев придавая парку некую отчужденность и апатичность. Я бы с радостью сел на скамейку и просидел бы пару часиков вслушиваясь в тишину дикого леса, но все они были мокрые и блестели под лучами от горящих фонарей. Я брел тихо, стараясь издавать как можно меньше звука, поэтому сразу услышал шуршание листьев, негромкие стоны и шипение. Я в недоумении стал вертеть головой, в надежде увидеть источник шума. Свернув с аллеи я направился в глубь парка. Тут лес был не так ухожен и нечего удивительного, что как только я прошел пару метров чуть не свалился в старый колодец. Не знаю, глубокий он был или нет, но именно оттуда шли стоны, иногда слышались ругательства. Я в нерешительности замер. Неужели я наткнулся на бандитов, которые, бесчеловечно кого-то убивают?, хотя лестницы видно не было, скорей это какой-то человек по незнанию провалился в старый колодец. Прийдя к выводу, что возможно человек попал туда случайно, я наклонился к черной дыре. Как ни пытался я всматриваться в темноту, а увидеть так ничего и не получилось. Зато увидели меня. Негромкий голос разорвал тишину.

— Бля, я брежу, уже ангелы казаться стали – Если мужчина внизу, (это я по голосу определил) так шутит, то шутка неудачная.

-Прошу прощения, вам помочь? – Этот вопрос выпал у меня произвольно, я даже и понять не успел, что это я сказал. В ответ мне было хриплое подсмеивание.

— Ну уж если ты ангел, то позволь попросить тебя о помощи, не знаю как, но ты не мог бы меня вытащить отсюда. – Мне не нужно было повторять дважды. Быстро достав мобильник я позвонил в службу спасения, сказал, что мужчина провалился в старый колодец в парке. Они попросили меня немного подождать.

— Послушайте, а как вы вообще в колодце то оказались? – и почему этот вопрос сразу не пришел на ум.

— Эх, малыш, да я просто шел, а какие— то пи**расы меня огрели по голове чем-то тяжелым, затем отпинали, это если что, я чувствую своими ребрами, так как походу парочка сломалась, и выкинули сюда. Благо в колодце до хрена старой листвы, она мне смягчила падение. Двигаться я пока не пытался, так как боюсь, что что-нибудь мне повредить могли и посерьезней, а еще, мне кажется, со мной тут в темноте лежит еще один смертничек, потому что запашек, я тебе скажу, не цветов. – Все это он выпалил мне на одном дыхании и таким тоном, как будто его каждый день бьют по голове, и выбрасывают в заброшенный колодец.

— Вы странный. – Черт, опять я сказал это неосознанно.

— Кто бы говорил. Ты мне кажется, еще более странным, кто же в такое время по старому парку ходит. Насильников что ли ловишь? Хотя в
такое время они уже свое отработали, между прочем сколько времени? – Я посмотрел на телефон было десять минут пятого, что я и сообщил страдальцу. –Спасибо, а то я тут в темноте вообще ни хрена не вижу, а у меня только наручные часы с собой. Кстати, а я могу узнать имя своего спасителя? – интересно, зачем ему?

— Марк, меня зовут Марк, а не скажете ли вы мне свое? – И почему я так вежлив привычка, что ли?

— Почему бы и нет, Евгений звать или просто можно Женя, но так меня зовут только близкие друзья – Ага, понятно, значит найдем золотую середину, потому что я как бы не друг.

— А отчество как?

— Зачем это? Александрович – Неохотно признался он, вот и ладушки.

— Вот и хорошо. Под категорию вашего друга я не подхожу, потому что знакомы мы с вами минут так десять, поэтому Евгений Александрович, думаю, будет то, что надо. – Я улыбнулся ему, хотя наверное он и не увидит мою улыбку.

— Может не надо а? А то когда ко мне по имени отчеству я прям себя стариком чувствую, мне же всего двадцать восемь. Я же еще цвету и пахну. Хотя, ангел мой, можешь звать меня как хочешь, тебе я прощу, так как ты меня нашел и практически спас.
Недалеко послышались сирены спасательной машины, кажется они уже близко.

— Пожалуйста подождите, еще немного сейчас вам помогут – Встав с земли я направился к выходу, запоминая дорогу, мне сюда еще людей вести…

POV Евгения

Парень ушел, ну что же Женя, не долго тебе осталось тут валятся с твоим соседом, который тут видно не один месяц провалялся. Вот выберусь отсюда и пускай только попадутся мне те гандоны, что избили меня. Придется попросить помощи у друзей они то быстро выведают, кто это такой умный, на меня своих шавок натравил. И я тоже хорош, напился и бдительность потерял, а они только этого все и ждут. Хорошо они меня приложили. И если бы не этот парнишка, быть бы мне таким же вонючим, как и моему соседу. Почему то мне даже не хочется смотреть, что с ним. Пожалуй, нужно будет закрыть глаза, когда спасатели светить начнут. А то мне не очень хочется смотреть на разлагающийся труп. Сто пудово на нем сейчас полно личинок разного сорта и вида. Нее, я лучше откажусь от просмотра такого зрелища, мне конечно не привыкать, но не тогда же, когда ты лежишь с ним чуть ли не в обнимку и не можешь пошевелится. Это наверняка транквилизатор. Ублюдки, наверняка думали, что я сдохну, да хрен, ох, не повезло же вам парни.

Послышались торопливые шаги и гавканье собак, кажется спасение уже близко, пора закрывать глаза. Только я прикрыл глаза, как через кожу заметил свет. Наверху выругались, видимо мой сосед был не так симпатичен как я. Вниз спустили носилки меня подняли двое мужчин и я наконец смог открыть глаза. Меня старались медленно поднимать, боясь, навредить мне. Во вторые носилки был погружен мой сосед. Позже когда я его увидел по спине у меня холодок пробежал. Труп оказался подростка мужского пола, который был полностью голым, сто пудово, работа насильника педофила. Его гениталии были вырезаны. Наверняка этот псих многих так уже, надо бы по этому парку пошариться с собачками глядишь и не одно тело бы нашли. Все его брюхо было разложено, внутренности наполовину съели черви, да зрелище не для слабонервных я вам скажу. В команде такие тоже были, блевали они просто на пять. Глаза, как и язык тоже были вырезаны. Пустой рот был открыт в безмолвном крике. Волосы на голове у парня были черного цвета, как воронье крыло. Мне сразу пришло в голову подозрение, что если найдет еще жертвы, они будут именно с такими волосами. Скорей всего это был маньяк педофил с фетишем на черный цвет волос.

Подумав о том, как долго я с ним пролежал, мне тут же захотелось в душ, и хорошенько отмыться. Как я и предполагал, собак пустили по парку. Пока меня осматривали, ко мне подошел полицейский, задавал как обычно стандартные вопросы, где? Кто? Когда? Видел ли я их лица? И тому подобное. Отстрелявшись с полицейским, я наконец обратился к врачу, который уже осмотрел меня вдоль и поперек, убедился, что позвоночник цел, а не двигаюсь я от того, что мне вкололи специальный препарат.

— Ей док, а я могу поговорить с парнем, что спас меня?

— Доктор вколол мне, что-то успокаивающее и наконец обратился ко мне.

— Сейчас подожди, он где то тут был. – Врач отошел, а через минуту уже притащил к моим носилкам, молодого паренька, я бы на вид дал ему лет так восемнадцать. Хищные зеленые глаза, в которых глубоко засела печаль, аккуратный нос, но видно, что его когда-то ломали горбинка все выдавала. Небольшие пухлые губы. Нежные черты лица, он казался безобидным на первый взгляд, но это только на первый. На щеке маленький, тоненький шрам. И завершает всю эту картину черные, как крыло ворона волосы, аккуратно завязанные в хвост на затылке. Выбившиеся пряди опадают на его лицо, придавая белой коже еще большую белизну. Парень улыбнулся мне.

-Ну Евгений Александрович, вы выглядите лучше, чем я себе представлял. – Вот ведь паршивец, специально меня по имени отчеству зовет, знает же что мне неприятно. Но я его прощу, в конце концов, он спас меня.

— Да я вообще как огурчик, так что думаю уже завтра можно будет убегать из больницы – тут нас прервал доктор, которому мои слова совсем не понравились.

— Ты мне смотри, сбежать он хочет. Я те дам, только попробуй без разрешения слинять. – Доктор, как ни странно оказался моим старым другом еще со школы и он мог себе позволить так со мной разговаривать. – Ладно, Женя, поехали уже в больничку. Ты за сегодня выполнил свою норму, напился, тебя побили и ты повалялся с трупом, а теперь поехали тебя лечить, отмывать и в койку. А вы молодой человек – Он обратился к моему ангелочку – попрошу вас завтра подойти в девятнадцатую больницу, что бы вот этого человека – Он указал на меня – утихомирить, потому что, зная его, я с уверенностью могу сказать, что как только он проснется, то захочет вас отблагодарить. И чихать он будет на то, что его не выпускают и вообще ходить не может. Так что во избежание некоторых не очень хороших ситуаций, попрошу вас подойти. Хорошо? – ответом ему был кивок согласия.
Меня погрузили в машину и мы отправились в выше сказанную больницу, пока мы ехали Коля, так звали доктора, всячески материл меня и капал на мозги, говоря о том какой я безрассудный и никчемный, и как меня только до сих пор не убили?.. Но я был не с ним, я все еще видел его, Марка. Когда меня увозили, он выглядел таким одиноким. В тот момент, мне так хотелось подняться, подойти и обнять его со спины. В груди зацепило, что это? Странное чувство, но я не обратил на него внимание. Не до него сейчас, надо решить как отомстить напавшим. О, тут только дай волю. Как только я узнаю чьи они шавки, я отловлю их и заживо замурую в стенах строящихся домов. Вот на такой вот веселой ноте я[/size]и заснул.[/size]


Сообщение отредактировал Sadako-sama - Четверг, 13.10.2011, 19:47
 
LiaraДата: Четверг, 13.10.2011, 19:38 | Сообщение # 2
Дайсё
Группа: Фюрер
Сообщений: 270
Репутация: 15
Статус: Offline
кул!!!!!))))

- 누가 방귀 꼈어?
- 난 아니야.
 
Sadako-samaДата: Четверг, 13.10.2011, 19:44 | Сообщение # 3
Тайса
Группа: Тайпсеттеры
Сообщений: 200
Репутация: 7
Статус: Offline
Хм, Нара ты как всегда первая)
 
LiaraДата: Четверг, 13.10.2011, 19:45 | Сообщение # 4
Дайсё
Группа: Фюрер
Сообщений: 270
Репутация: 15
Статус: Offline
ну, этож я)

- 누가 방귀 꼈어?
- 난 아니야.
 
Sadako-samaДата: Четверг, 13.10.2011, 19:49 | Сообщение # 5
Тайса
Группа: Тайпсеттеры
Сообщений: 200
Репутация: 7
Статус: Offline
Глава 2

...Звук разбитого стекла разбудил меня. Я с недоумением крутил головой по сторонам, ища причину моего пробуждения, но все стекла оказались на месте. Мое, все еще сонное, сознание медленно выдало мне гениальнейшую вещь: «Разбили в кофейне». Неохотно поднявшись с нагретой кровати, я направился к лестнице, ведущей в помещение кофейни. Спустившись на первый этаж, я поежился от холода. Окно рядом с дверью было разбито. На полу лежал небольшой булыжник, к которому было, что— то привязано. В темноте помещения я не мог разглядеть, что это могло бы быть, подошел ближе. Тучи в ночном небе неохотно отпустили луну, и её свет упал на камень. Задев его носком тапка, я все ни как не мог понять ,что же в нем не так. Перевернув булыжник, я в ужасе отпрянул. На меня смотрели две большие черные глазницы. Э то была голова собаки. Ноги задрожали, руки заледенели, я попятился , как, вдруг, наткнулся на препятствие. Я повернул голову и встретился со взглядом маленьких, похожих на крысиные, глазок. На лице человека появилась гаденькая ухмылка, показывающая окружающим противные желтые зубы. Я не успел даже пискнуть, как к моему горлу приставили нож. Обожгло холодом металла, ужас сковал меня. Мгновение, и мужчина полоснул ножом мне по горлу…

Я в ужасе проснулся. Все мое тело было покрыто испариной. Рубашка прилипла к телу, волосы свалялись. Схватившись за горло и убедившись, что это просто сон, я устало потер глаза. Часы показывали пять утра. Я снова не выспался. Поднявшись с кровати, я не смог сделать и шагу, снова на нее упал. В глазах потемнело, и поплыли круги. Господи, Марк, скоро ты станешь шизофреником, если перестанешь нормально спать. Этот сон, наверняка, был плодом моего больного воображения. Сразу вспомнился труп, что вытащили вместе с Евгением Александровичем, мужчиной, которому я помог вчера утром.

Наконец, справившись со слабостью, я поднялся и направился в душ, надо было смыть обрывки сна и немного взбодриться. Меня отвлек красный огонек, я заметил его боковым зрением. Повернувшись, я уставился на него. Это мигал автоответчик. Мне пришло сообщение. Решив оставить его на потом, я, наконец, собрав вещи, направился в душ. Теплые струйки воды смыли все неприятные и липкие ощущения от моего сна. Переодевшись, я направился в комнату, мне, все-таки, стало интересно, кто мне звонил. Нажав на кнопку, я все еще сушил волосы, когда механический голос женщины выдал, что на автоответчике два сообщения. Присев на кровать, я приготовился слушать. Когда началось первое сообщение, я замер в ступоре. Этот голос мне был хорошо знаком, но все же… К концу сообщения я включил повторное прослушивание. И опять этот же голос.

«Привет Марк! Что-то ты давно не звонил, твой брат беспокоится. МЫ, конечно, помним, что у тебя есть своя кофейня, и ты можешь быть немного занят, но, думаю, пару минут— то позвонить у тебя наберется. Я вот что звоню. МЫ с Эдом скоро будем в тех краях, ты ведь не будешь против, если мы забежим к тебе на чашечку кофе? Ну ладно, на две. Мы просто уже таааак по тебе соскучились. Последний раз когда я тебя видел, ты был похож на поганку (бледную) , надеюсь ты хорошо питаешься?» — Сопровождающим фоном к сообщению я услышал второй, очень знакомый мне голос, который отчитывал ЕГО за то, что он говорит не по делу. — «Вот, Эд, зануда, ладно я звоню, тебе чтобы сообщить , через две недели мы будем в твоем городе и забежим, хорошо? Как только прослушаешь эту запись, пожалуйста ,перезвони нам, ну только смотри по часовому поясу, а то не хочется среди ночи вставать. Ну ладно, я дальше побежал, пока, Марк!». На этом сообщение заканчивалось, я пустым взглядом смотрел куда-то вглубь комнаты, поэтому не сразу заметил, что началось второе сообщение. В трубку тяжело дышали. Я ,почему-то, сразу подумал, что какой-то придурок играет. На заднем плане заскулили, я насторожился, это мне кое— что напомнило. Дыхание неизвестного участилось и, через секунду, на всю комнату раздался жуткий крик. Я даже подпрыгнул от неожиданности. Че за фигня? У меня и так нервы ни к черту, а тут еще какие— то придурки мне последние нервы треплют. Не дослушав сообщение, я отключил автоответчик. Все мои мысли заняло то, что скоро должен будет приехать Он, Май.

Я помню, как будто, это было только вчера. Брат с Маем приехали без предупреждения. Помню, я тогда так был шокирован, что выронил чайник, хороший был, между прочим, чайник. Брат все еще злился на меня, а Май побаивался. Зачем они приехали? Они спокойно сели за один из столиков, ничего не говоря. Естественно, я пошел брать у них заказ, ведь все посетители моей кофейни — мои клиенты.

— ЧТО хотите выпить? – Мой голос немного дрожал, и они это заметили. Май обезоруживающе улыбнулся мне и сказал:

— А поздороваться не хочешь? Мы только ради тебя и приехали. – Он смущено отвернулся к окну. А я непонимающе смотрел то на Мая, то на брата. Эд закурил и сказал мне:

— МЫ решили тебя навестить, а то ты пропал, считай, с концами. Родители переживают. Ты за два года ни разу им не позвонил. А Май решил, что хватит на тебя «дуться» и надо простить, вот мы и приехали. МЫ завтра уже возвращаемся обратно, так что лови, братец, момент, пока Май добрый и прими его прощение.
Я словно рыбка, выброшенная на берег, уставился на Мая. Мои глаза стали по пять рублей и рот то закрывался, то открывался, но ни одного звука так и не воспроизводил. Наконец, справившись со своим шоковым состоянием, я тихо спросил:

— П…правда? – Мне, почему-то, с трудом верилось, что Май меня простит, и я только и ждал, когда они с братом подпрыгнут и закричат на всю кофейню: «Шутка!». Но ничего такого не произошло, Май, все еще смотревший в окно, повернулся и закивал головой, в знак согласия. Я не знаю, какие чувства меня обуяли в тот момент. Я уже привык жить виной и тяжестью от содеянного. Но сейчас меня простили, и вины больше нет. Облегчение? Одиночество? Боль? Я не понимал сам себя. В тот момент я сам, не осознавая, засмеялся. Так легко было на душе. Такое чувство, словно заново родился. Брат с Маем тоже одобряюще улыбнулись. В тот день мы всю ночь просидели. Они ушли только под утро. С легкостью в душе я, наконец-то, почувствовал, что значит жить без груза вины на сердце. Брат часто звонил мне с того времени, обычно, просто чтобы узнать, как у меня дела.

Сообщение о том, что они приедут, радовало. Посмотрев на тумбу, на которой стояла наша с братом и Маем фотография, я улыбнулся.

POV <…>

Я следил, за тем как на втором этаже, в комнате, где находилась Его спальня, зажегся свет. Он проснулся. Уже несколько месяцев я наблюдаю за ним. Этот сладкий мальчик мой идеал. Черные волосы, красивые глаза. Я еле сдерживал свое либидо, так хотелось его. Представляя его во время оргазма, или когда он будет кричать подо мной, у меня начинало тянуть внизу живота. ОН добрый и милый, сильный и прекрасный, он никогда не под кого не прогнется. Пожалуй, этим мальчиком я хочу подольше поиграть, чем с теми куклами…

Серая тень в длинном черном плаще, стоявшая в тени деревьев, развернулась и направилась
вглубь парка.

POV Жени

Господи, как же скучно лежать в палате. Я уже час как проснулся, а делать-то нечего. С медсестрами пофлиртовал, по голове за совращение от Коли получил. Терпеть не могу больницы, кругом одни больные и зануды. А еще кормят отвратительно. Вот бы Ромка пришел, он вкусно готовит. Вчера ему должны были сообщить, что меня положили в больницу, и он обязательно должен заглянуть ко мне. Скучно, от безделья, погулять по больнице, так, если врачи увидят, к кровати привяжут. Не, лучше еще немного полежу и что-нибудь соображу. От нечего делать стал рассматривать потолок, тут пятно, ого, а тут паутинка висит, не порядок. Созерцания белого, как мел, потолка мне надоело и я, наконец, решил подняться и походить, а то плоскожопие заработаю, однозначно. Только я поднялся, что бы похрустеть косточками, как в палату влетел Ромка. Увидев, что я встал с койки, он с воплями набросился на меня. Благо он миниатюрный, а может, потому что я не Дюймовочка, в спорт зал-, как на работу, мне удалось не грохнуться на многострадальную точку , да фиг его знает. Он радостно висел у меня на шее, при этом вереща о чем то, так быстро, что я не мог вникнуть в суть. Ну, часть то я точно понял. Он говорил о том, как рад, что я жив и со мной ничего страшного не случилось. Да ну? А несколько часов подряд лежать рядом с разлагающимся трупом, это для него ничего? Но я тактично промолчал. Зелен виноград, молод еще.

Успокоившись, наконец, гиперактивный братец сбросил темп выдачи словесной информации и стал говорить с нормальной скоростью для человека.

— Женя, ну почему ты всегда попадаешь туда, куда не надо. Хорошо, что мамы сейчас нет. А то она бы тебя придушила за такие выкрутасы. – Рома надул губки, по синякам под глазами я могу с уверенностью сказать, что он всю ночь не мог заснуть, волновался. Вообще я иногда поражаюсь своему брату. Он такой эмоциональный человек, что простому человеку с ним трудновато. Он может смеяться, а через минуту уже плакать. Мой брат на двенадцать лет младше. У него как и у меня каштановые волосы, а глаза темные, омуты, как мама говорит. Да и, вообще, если нас поставить рядом, любой бы догадался, что мы братья. Правда, в отличии от меня, Ромка больше похож на мать, а я на отца, поэтому кроме глаз и цвета волос, больше мы ни чем не схожи. НО все равно, я обижаюсь, когда люди спрашивают кто для меня Рома. Так как я часто «брожу, хрен знает где» (любимая мамулина присказка), а мать у нас любительница покататься по курортам, Ромка привык быть один и полагаться только на себя. И к своим шестнадцати, он стал настоящей курицей наседкой. Завидую тому парню, которому мой братик достанется. Почему парню? Да потому что таких миловидных, безобидных, нежных мальчиков, только рядом с парнями и видишь. Если поставить брата рядом с девушками он затеряется среди них. Невысокий рост, из— за тонкой кости, выглядит худощаво, тоненькая талия и шея. Симпатичная мордаха, да и улыбка ангельская. Ну да, я знаю, у меня «комплекс младшего брата», ну что теперь поделать? К тому же, так как отца у нас нет, он все детство провел с матерью, ясно же, как божий день, что он от воспитания получился слишком нежным и хрупким. Зато сковородкой работает превосходно.
Откопав на дне пакета еду, я начал уплетать макароны с сыром, еще тепленькие. За этим весьма важным занятием я даже и не заметил, как у моей двери раздались тихие, сдержанные шаги, а через мгновение на пороге стоял он, Марк. Одет он был просто, как и вся молодежь сейчас одевается. Джинсы, полосатая кофта. Через плечо висит небольшая сумка, в руках небольшой букет желтых роз. Хищные глаза с лукавством смотрят на меня, а лицо освещает загадочная улыбка. Я, кажется, даже жевать перестал. Уставился на это чудо и думал про себя. «Бабы давно не было что ли?» Внизу живота начало неприятно тянуть. Мои мысли прервал внезапно голос Ромки:

— Марк? – Я с удивлением уставился на брата. «А он— то откуда знает, как парня звать?»

— Добрый день, Ромашка, так это твой неуловимый брат оказывается – Марк хохотнул, я перевел взгляд с брата на Марка. «Что происходит? Они знакомы? И как долго? И почему Ромка мне не говорил?»
Вопросы в моей голове мчались потоком, рискуя окончательно меня запутать, мысли сталкивались, и я отчаянно пытался уловить хотя бы одну из них. Я глядел то на Марка, то на брата и ничего не понимал. Наконец, не вытерпев , спросил:

— Что все это значит, вы знакомы? – Ответом мне стало молчание. Я ,все еще не сводя с них пристального внимания, сунул ложку в рот, и тщательно стал пережевывать лапшу, не сводя с них взгляда. Первым не выдержал брат, он задорно улыбнулся, а после и вообще рассмеялся на всю палату. Марк, все это время находившийся в небольшом напряжении, расслабился и ободряюще улыбнулся мне. Отсмеявшись, мой брат пояснил, что ему стало скучно в большом доме одному и он решил немного поработать. Кофейня Марка, «у него, оказывается, была кофейня, надо бы заглянуть», очень понравилась ему и он, не особо раздумывая, решил устроиться на работу. При этих словах Марк как то подозрительно фыркнул и отвернулся, ища вазу для цветов. Таким образом, из рассказа брата я понял, что тот уже больше двух месяцев работает в кофейне у Марка. И все бы ни чего, но он мне даже и намека не подавал, «ни фига себе!». Брат от меня уже начал скрывать, что он устроился на подработку, а если б я не знал и сидел бы переживал. Ну хорошо, что хорошо кончается.

Брат с Марком еще долго у меня просидели. Ромка рассказывал, что творится в школе, Марк его не перебивал, стоял у окна и смотрел куда-то вдаль, грустным взглядом. Я все чаще ловил себя на мысли, что мой взгляд возвращается к его одинокой фигуре. Брат заметил мое повышенное внимание к парню, и, проследив за моим взглядом, резким движением наклонился ко мне и тихо шепнул:

— Брат, Марк мой, не смей у меня его отбивать, я первый его увидел – Я шокировано посмотрел на брата, так это что получается, Ромка со скрытыми помыслами пошел к нему работать. Такая мысль проскальзывала у меня в голове, но я быстро отмел ее. Но когда он сказал мне это, я, наконец-то, понял, Ромка целеустремленный парень, к тому же, он наверняка, заметив одинокую фигуру Марка, просто не смог устоять и устроился, для того что бы оберегать его, ну точно курица наседка. Пока Ромка мне не сказал, я смотрел на Марка как на парня, который присматривает за моим непутевым братом, но теперь мне следовало внимательней присмотреться к нему. Под кофтой, хоть и не особо видно, но у него должно быть сильное, тренированное тело. К тому же у него хорошая осанка, наверняка занимался боевыми искусствами. Мозоли на руках— трудолюбив. Стройные ноги, красивая, упругая попка. Я, глядя на эту часть тела, непроизвольно облизнулся. Брат проследил за моим взглядом и возмущено зашипев на меня, ударил меня по щеке, мол не хрен на мое засматриваться. НО я правда не могу не засматриваться на него. После слов Ромки мне хотелось побольше, да и подольше пообщаться с ним. И, возможно даже, значительно ближе, со всеми вытекающими и втекающими…

Ромка посмотрел на часы и тихо ахнул. Быстро распрощавшись с нами, он умчался по своим делам, оставив меня и Марка наедине. Ну вот, никакой логики у брата. Сам же сказал не трогать, а оставил мне такой лакомый кусочек, ну просто грех не воспользоваться. Марк отошел от окна, не знаю, что он там так долго разглядывал, но, видимо, ему это надоело. Теперь уже он присел рядом со мной. Его взгляд, хищный, немного лукавый, с веселыми зелеными искорками, прошелся по моему телу, у меня даже мурашки побежали от неожиданности и, чего греха таить, предвкушения . Он изучал меня с минуту, а потом задал вопрос:

— Ну и что же с вами случилось на самом деле, Евгений Александрович? Мне что-то не верится, что простого гражданина, решили ограбить таким глупым способом? Вы на вид мужчина сильный, могли и отбиться, ну так и что же?... – Вот ведь, поганец, и не соврешь, заметит. И как он только догадался? И причем тут ограбление? Колька, что ли так сказал?

Думать долго не пришлось, состроив скорбную мину, я жалобно посмотрел на своего собеседника.

— Марк, неужели вам так хочется знать? А выражение меньше знаешь, лучше спишь, не к вам относится, нет? – Я уставился на Марка, тот театрально закатил глаза , мол, да и фиг с вами. И после, мы неплохо поговорили на различные темы. Ушел он уже под вечер, сказав, что у него еще работенка. Как бы я ни хотел, что бы он остался, а ничего поделать не смог. Колька уже три раза успел забежать и пригрозить всадит в меня три больших укола успокоительного, если я не отпущу свою невинную жертву. Пришлось соглашаться и отпустить Марка.

Пока я смотрел ему в спину, думал, почему же меня так тянет к нему. Да, он симпатичный, с ним легко общаться, но все-таки. Неужели я так одичал, что мне уже без разбора и мальчики, и девочки начали нравиться? Я же конкретный натурал, ну, по крайней мере, думал, что это так. Что-то мне эта ситуация совсем не нравится. Надо будет на досуге, попросить своих ребяток порыть информацию на него.

POV Марка

Я не думал, что так долго задержусь у Евгения Александровича, но он оказался довольно занятным собеседником, и время пролетело слишком быстро, как мне показалось. Я бы хотел остаться, с ним я чувствую себя комфортно. Сегодня, думаю, я не буду открывать кофейню, все равно нет смысла.
Я шел погруженный в свои мысли, ничего вокруг не замечая. Вдруг меня остановили, резко схватив за плечи. Я от неожиданности чуть не упал, благо, меня подхватили. Развернувшись, я хотел уже обновить словарный запас матерного фольклора тому, кто меня остановил, но увидел, что мужик не один, я даже как— то стушевался. Нет, я не боялся, к тому же, мне прекрасно известно, кто эти люди.

Перед тем, как покупать кофейню, мне нужно было собрать весьма внушительную сумму , но у меня немного не хватало. Банк отказался выдавать мне ссуду, поэтому пришлось брать в долг у не совсем чистых на руку людей. Я-то, наверное, и отдал бы этот долг, но человек, у которого я брал деньги, решил иначе. Мало того, что процент заоблачный поставил, так еще и кофейню мне громил. На починку деньги тоже шли. И вот уже мой долг не так мал, а денег на то, чтобы рассчитаться, раз и навсегда, не хватает. Вот и приходится терпеть этих ублюдков каждый месяц.

Мужик, что поймал меня, уже давно ко мне ходит, а вот бульдожьего вида свита за ним, похоже, были новичками. Тяжело вздохнув, я подошел к этой милой и теплой компашке, вернее меня подтащили.

— Приветик, Марк, денежки приготовил? — Ко мне обратился коротко стриженый парень, с несколькими шрамами на лице. У него не было нескольких зубов, потерял, наверное, в какой-нибудь пьяной драке, и был кривоватый нос с горбинкой, видимо, результат активного образа жизни. И, вообще, парень этот производил впечатление крысы, такие юркие, маленькие, черные, злые глазки, не отягощенные интеллектом. Я содрогнулся, вспомнив мужчину из своего сна, у него были, практически, такие же глаза.

— Нет, я уже говорил вам в прошлый раз ,как появятся деньги, позвоню. – Меня очень раздражало общение с этим человеком. У меня прямо внутри все кипело. Может это потому, что это говно первый раз, когда пришел ко мне, пытался приставать и шантажировать, что бы я спал с ним, за что я хорошенько его побил. Сейчас он таскался с разными шестерками, поэтому я не всегда мог позволить себе лишний раз его ударить, и приходилось терпеть.

— НО ты же знаешь, что твои проценты растут, ты же не хочешь закончить, как продавец органов или проституткой? – Хуй тебе, а не проституткой, а ваш босс— зажравшаяся скотина.

— Сказал же деньги будут, позвоню. –И, демонстративно не обращая на них внимания, я продолжил свой путь, несмотря на яростные крики в мой адрес. Видимо этой крысе не понравилось, что я его игнорирую. Тихий «взять его» я все же услышал, поэтому сиганул от них на всех возможных скоростях. Крики и ругательства стали еще громче, но я их не замечал, я, как бешеный, бежал домой. НА повороте мне не повезло, столкнуться с одним из своих постоянных клиентов, он часто бывает у меня в кофейне, любит поговорить о погоде, странный мужик. Больно, блин, когда падаешь. Он что-то говорил о том, что не знал, что кофейня закрыта и пришел, как ему нравится моя стряпня и чего-то там еще. Я его совсем не слушал, мне было не до него. Я заметил, как эти шавки рыскают в толпе, поэтому ,схватив за руку сбившего меня с ног клиента, скрылся с ним в небольшой подворотне. Ублюдки не долго рыскали и, разочаровавшись, поплелись обратно. Я вздохнул с облегчением, избиение сегодня мне не светит. От навалившей тяжести я сполз по стенке, все еще тяжело дыша. Надо мной наклонился сбивший меня человек. Я совсем не обращал внимания, на то что он мне говорит. Горло горело и дышать сейчас было тяжело, а от недосыпов, голова снова стала кружиться, тошнота подкатывала к горлу. Немного отдышавшись я, наконец, почувствовал себя лучше, но тошнота все равно не прошла. Когда я хотел было подняться, то лодыжку резанула острая боль. Я в недоумении стал ей крутить, боль снова кольнула меня. Я недовольно зашипел. Наступать на ногу было крайне неприятно. Скорей всего, я подвернул ее, когда падал, ну и что же мне теперь делать? Но тут мне помог мой клиент. Он все еще стоял рядом со мной. Ему— то и пришлось меня сопровождать, пока я ковылял до дома. Он мне еще и медицинскую помощь предлагал, но я отказался, что я сам себе не смогу лодыжку перетянуть бинтами. Закрывая дверь, я уже не видел, как мужчина, все еще стоял и смотрел мне вслед и, тем более, не видел, когда он подошел к двери и поцеловал, что-то тихим шепотом говоря...
 
ElsionДата: Понедельник, 17.10.2011, 14:48 | Сообщение # 6
Сёи
Группа: Клинеры
Сообщений: 48
Репутация: 5
Статус: Offline
вах как интересно буду ждать проду iiiiiii iiiiiii iiiiiii iiiiiii
 
Sadako-samaДата: Понедельник, 17.10.2011, 17:24 | Сообщение # 7
Тайса
Группа: Тайпсеттеры
Сообщений: 200
Репутация: 7
Статус: Offline
И вы его получите)

Глава 3

POV <…>

Я закурил. Я курю только в такие моменты, это помогает сбросить напряжение. Новая жертва так была похожа на тебя, что я не смог удержатся. Он почти не сопротивлялся, хватило и одного укола, что бы он перестал брыкаться. Я так долго насиловал его в парке, неподалеку от твоего дома. Я представлял себе твои волосы, темные, как ночь, глаза, распахнутые от боли и насаждения, твой запах кофе и корицы укутывал меня… Не заметил, когда наступила ночь. Кажется, жертва еще дышит, это прекрасно, значит я смогу насладится тем, как он будет молить о пощаде. У него красивые глаза, я хочу их, как и то, что у него ниже. Достав нож, я заставил жертву открыть глаза и воткнул его…

***

… Требовательный стук вывел меня из состояния сна. От неожиданности я чуть с кровати не упал. Впервые за долгое время мне не снился кошмар, но, все равно, кому-то приспичило меня напугать. Накинув на себя халат, я направился к двери. Долго в темноте воевал с замками, открывшаяся дверь явила мне стража порядка. Он смерил меня подозрительным взглядом и начал задавать вопросы. Я, все еще сонный, не совсем до конца осознал, что случилось, но когда в его речи мелькнуло слово «жертва» и «труп», я как-то быстро выпал из состояния дремы.

— Постойте, постойте, жертва? труп? – Офицер смерил меня раздраженным взглядом и повторил:

— Я же вам только что сказал, в парке неподалеку, было найдено тело. Труп принадлежит подростку, лет семнадцати— восемнадцати. Мы имеем дело с серийным убийцей, поэтому я у вас и спрашиваю, вы не видели никого подозрительного в округе. В этом парке уже несколько раз находили жертвы с одними и теми же характерными повреждениями.
Поэтому мы предполагаем, что действует один и тот же человек. – Все это он говорил и пристально за мной наблюдал. У него, как у всех полицейских и следователей, паранойя, всех подозревать подряд. Вот же мне подарочек достался. Этот дебил думает, что это я, что ли? Ага, почему бы и нет. Одинокий мужчина живет в такой глухомани, и все такое, рядом парк и все примочки, а убиваю я их чайником по голове. Идиот. Хотя, ну его, нафиг, профессия такая.

Офицеру мне сказать было нечего, потому что я никого не видел, совсем. То, что про этот парк говорили, мол, там насильник своих жертв находит и убивает, я в это не верил, потому что очень часто там гулял ранним утром и никогда ни на кого не натыкался. Хотя может мне везло? Надо и правда, поосторожней. Но через парк быстрей дойти до главной улицы, где находятся все магазины, а так приходиться делать большой крюк. Все еще раздумывая над тем, как мне теперь ходить в магазин, не опасаясь за свою жизнь, я на автомате попрощался с полицейским. Хотя, что это я, как девица малолетняя. У меня же черный пояс по карате, да и тело меня явно не подкачало, мускулы рельефно проступали, и я, явно, не подросток, мне же двадцать три.

Однако, проблема стояла насущная. Многие из моих клиентов ходят через этот парк, и, наверняка, узнав о маньяке, большинство поостережется и перестанет посещать мою кофейню. Риск— дело благородное, но не благодарное. Мдаа… Такие новости мне совсем не нравятся. Да и Ромашка тоже поздно возвращается от меня, надо бы его проводить в следующий раз.
Решив, наконец, что буду осторожнее, я направился в комнату, надо было застелить постель, да переодеться, а то, до сих пор, в пижаме. Закончив приводить себя в порядок, я направился на кухню, очень сильно хотелось выпить чего-нибудь крепкого. Ну, или, хотя бы, мягкого и успокаивающего. Когда спустился в кофейню, невольно уловил странную деталь, то, чего у меня быть просто не может. Повернувшись, я увидел перед входной дверью букет красных роз. Я удивлено стал осматриваться по сторонам. Что может делать букет роз у меня в кофейне? Я же закрывал дверь, и никто зайти не мог. Осторожно подойдя к цветам, я аккуратно задел их носком ботинка, ну, мало ли, сколько нам лекций читали на тему «бомбы и террористы», правда, я так до конца и не понял, что бы террорист получил, взорвав мой домик. Убедившись, что передо мной просто цветы, я наклонился и поднял их. Из букета выпал листок, я поднял его и развернул. Написанное мне совсем не понравилось, можно сказать, повергло меня в шок.

«Любимый Марк! Я так жажду встретится с тобой, но сомневаюсь, что смогу удержать свое либидо, а значит, силой заставлю тебя стонать и извиваться подо мной. Поэтому давай еще немного поиграем. Но не волнуйся, я спасу тебя от одиночества и грусти, ведь я так люблю тебя…».

«P.S. Надеюсь, тебе понравится мой подарок…».

-Да епт твою мать, что за херня-то такая творится?

Розы, что я держал на руках, полетели на пол. Я в приступе ярости стал их топтать, безжалостно, словно они виноваты во всем, что со мной происходит. Немного успокоившись, я заметил, что от роз образовалась красная лужа. Ничего не понимая, наклонился. Пальцами задев красную субстанцию ,поднес ее к носу, характерный металлический резкий запах ударил по моему обонянию. Я в ужасе отпрянул от растоптанных мной роз. Кровь, это была кровь. Бутоны роз, которые я так безжалостно растоптал, были пропитаны кровью. На скользких, растоптанных цветах я оступился и полетел в лужу, испачкавшись еще больше. Сердце бешено начало бить по ребрам. Я отполз как можно дальше, зажимая рукой рот, чтобы не закричать, не привлечь внимание. Все тело начинало трясти при мысли о том, что будет со мной, если легавые внезапно захотят зайти. Взяв себя, кое— как, в руки, я быстро сходил за шваброй и веником.

Пол я мыл как заведенный, мне не надо было, чтобы полиция заподозрила меня в чем-нибудь, не связала меня с произошедшими убийствами, им же нужен подозреваемый, а я— первый кандидат, замучают допросами или дело мне пришьют, как пить дать. Я был уверен на все сто процентов, что это кровь совсем даже не свиная и, уж точно, не моего воздыхателя, она жертвы, что нашли в парке. Когда пол уже чуть ли не сверкал, а за окнами уже давно рассвело, я, наконец, оторвался от своей работы. Проверил, чтобы ни одного пятнышка не осталось или даже запаха. Я открыл окно и направился в ванну. Стоя под душем, решил ,что буду делать с одеждой, я сожгу ее. Вышел из душа, переоделся в чистое, завязал всю пропитавшуюся кровью одежду в небольшой мешок, направился на задний двор. Разведя небольшой костер, я сделал вид, словно сживаю ненужный мусор вместе со старыми листьями и не отходил от костра, пока вся одежда окончательно не превратилась в один сплошной черный ком. И даже если кому-нибудь понадобилось бы трогать эту кучку пепла, бывшую одеждой, он и не догадался, что она была пропитана кровью. Жаль, конечно, было ветровку, она была удобной. Но ничего не поделать, куплю новую.

Я услышал звон колокольчика, ко мне пришел посетитель. Заметя тлеющую одежду, старыми мокрыми листьями, направился в кофейню. Оказывается, это пришел Ромашка. Он был немного растрепанный, словно бежал сюда, сломя голову. И постоянно звал меня. Я немого забеспокоился.

— Ром, с тобой все хорошо? – Он, все еще, тяжело дыша, наконец, увидев меня, с криком повис на шее. Я, ничего не понимая, стал гладить его по спине. Пускай мальчик успокоится. Вскоре малыш от меня отлепился и теперь рассматривал как фарфоровую статуэтку. Я, все еще не понимая, откуда столько беспокойства, повторил свой вопрос.

— Роман, что случилось? Хватит меня смущать, я тебе не банка малины, что бы на меня ТАК смотреть.— Словно очнувшись, Рома вздрогнул, взгляд стал более осмысленным.

— Я по радио в новостях сегодня в школе услышал, что тут, неподалеку, нашли труп молодого парня. С черными волосами. – Тут он весь как-то сжался, и из-под ресниц начали блестеть слезы, но он не останавливался, протараторив, от чего я чуть за сердце не схватился. – Я, конечно, старался не думать о плохом, но в новостях сказали, что у парня нет глаз и гениталий, но зато черные волосы. Я испугался и решил проверить, вдруг с тобой что-нибудь случилось. И с уроков отпросился, пришел проверить. – Он подошел ко мне и обнял – Как же хорошо, что с тобой ничего не случилось.

Обалдеть… Я кому-то нужен, небезразличен, обо мне беспокоятся, думал я, все еще прибывая в шоковом состоянии. Но когда оцепенение спало, до меня, наконец, дошел смысл всех слов Ромашки. От возмущения я даже слова нормальные забыл, вывалил кучу брани на подростка, чтоб неповадно было всякой чепухой голову забивать, меня считать немощной развалиной и с уроков сбегать. Остановился только тогда, когда в горле пересохло и начало першить. Прекратив свою тираду, я хотел было направиться на кухню, налить себе чаю, но только сделал первый шаг, как ногу пробила резкая боль. Я ойкнул, не удержал равновесия, стал падать. Ромашка решил меня поймать, но, блин, сравнили жопу с пальцем, я под два метра ростом, мышцы, мускулы и все полагающееся взрослому мужику и это маленькое хрупенькое чудо. Я скорей его придавлю, чем он меня поймает. Но, все-таки, падение он мне смягчил. Хотя я все равно отбил себе пятую точку, а малыш, так и вообще, в лужицу, наверное, растекся.
Приподнявшись на локтях, я посмотрел на Ромку, ему повезло, он отбил только попку, в остальном цел и невредим. Но мы были так близко, что я чувствовал его теплое дыхание на своей щеке. И вот именно в такой момент надо было зайти одному из моих клиентов. Он удивлено уставился на нас. Я поспешил отодвинуться от Ромки, а то еще не правильно поймут. Но только двинулся, как ногу пронзила боль, я снова зашипел. Ромка быстро сообразил, что двигаться я пока не могу, попросил зашедшего помочь посадить меня на стул. Я и не сопротивлялся. Усадили меня совместными усилиями, моими, кстати тоже. Я аккуратно попытался стянуть с больной ноги тапок, благо, он не сильно жал. Оголив свою лодыжку, я чуть по привычке не присвистнул, но все же успел себя остановить. Нога опухла и стала синеть. Мне это что-то совсем не понравилось, так же как и моим помощникам. Мужчина, тяжело вздохнув, покачал головой:

— Я же вам пытался помочь, этого ничего не случилось бы. Я тренер по легкой атлетике, у нас растяжения чуть ли не каждый день случаются, а вы сами, сами. – Мужчина снова тяжело вздохнул. Теперь я наконец-то смог его рассмотреть. Небольшой, с горбинкой нос, глубоко посаженые глаза, тонкие губы, в уголках глаз залегли маленькие морщинки. Небольшая щетина придавала ему брутальности. Вот девушки на него пачками, наверное, вешаются и под ноги бросаются. А от крепкого телосложения веяло силой и спокойствием. Я немного покопался в памяти. Оказалось, мужчину зовут Андрей. Он давно ко мне ходит, в кофейню, и вчера я с ним и столкнулся, пока сдавал спринтерский забег от своих финансовых поклонников. Мои мысли прервала резкая вспышка боли. Я от неожиданности вскрикнул. Это Андрей дотронулся до моей многострадальной ноги.

— Терпите, вот вчера бы сделали все грамотно, сегодня бы она так не раздулась, но я думаю вам стоит съездить в больницу, скорей всего, вы повредили ногу серьезней, чем думали. – Что – то неприятности так и прут, одни за другими. Нога болит, думаю, можно и съездить. Оставлю Ромашку тут за главного и съезжу.
Попросив Андрея заказать мне такси, по привычке захотел подняться наверх, чтобы взять куртку, но сильные руки усадили меня обратно.

— Но… мне куртку надо взять. – Я как— то обижено посмотрел на Андрея с Ромой. Не люблю, когда со мной носятся, как с яйцом, привык все делать сам.

— Марк, Рома принесет тебе её, скажи только, где, тебе сейчас нежелательно двигаться, нога может опухнуть еще сильней, не говоря уже о боли. – Что ж, его аргументы на меня подействовали, и я не стал двигаться, сказав, что куртка должна висеть на обратной стороне двери, как только мальчик зайдет в комнату. Ромка убежал, оставив нас вдвоем. Андрей стал перевязывать мне ногу эластичным бинтом, который он достал из аптечки. Он, конечно, старался аккуратно это делать, но, все равно, было больно, и я шипел сквозь зубы. Подъехавшее такси просигналило, Рома уже давно принес мне курку ,и сейчас, я оставлял его за старшего, так как скоро должны были прийти клиенты, я не мог закрыть кофейню. Андрей, подняв меня на руки, понес, словно пушинку, я даже сначала прифигел от такого. Он аккуратно опустил меня на сиденье машины и сел со мной рядом. Мы поехали в больницу. Я особо не возражал, было больно и немного страшно от неизвестности.

Уже в больнице, после всех процедур и анализов мне выдали вердикт. Я тогда и правда неудачно упал, перелом правой лодыжки, обалдеть, не встать. Вколов мне в ногу новокаина, чтобы я перестал чувствовать боль, одев на меня гипсовый сапожок и попросив не снимать его около трех недель, меня отпустили домой, выписав пару лекарств, так как моя лодыжка сильно распухла, под вечер меня может знобить, и так же попросили не перенапрягать ногу. Андрея вызвали по срочному поручению с работы, и он нехотя оставил меня, убедившись, что я точно смогу добраться до дома.

Ну, просто прекрасно. Выдали на прокат костыль. Сейчас я шел и думал, какой же я неудачник. Не сразу услышал, что меня окрикнули, а когда обернулся на голос, это оказался Евгений Александрович,— Он— то что тут забыл? – мелькнула у меня мысль, но быстро скрылась. Евгений Александрович, прошествовав ко мне с очаровательной улыбкой в тридцать два зуба, но, заметив, что я на костыле, как— то стушевался и обеспокоено осмотрел меня с ног до головы.

— А что с тобой случилось? – первое, что я от него услышал. Ну блин… А если хорошо посмотреть, не видно, что нога перевязана? Нет? Но я решил не хамить и объясниться. А то еще обидится на мою грубость.

— Я подвернул лодыжку, и вот наложили гипсовый сапожок на три недели. А вы почему тут? Вы же в другом отделении лежите. – Это и правда было странно, его же только позавчера положили, не мог же он уже выписаться. На мой вопрос мне было тихое хихиканье и многообещающее «сбежал». Ну, все с ним ясно, скучно ему стало, и он по-тихому смотался. Я лишь тяжело вздохнул, меня это не касается, и все. Я уже решил попрощаться с Евгением Александровичем, когда тот, подхватив меня под локоть, повел в сторону двери. Я возмущено стал вырываться, на что получил вполне внятный ответ:

— Да не боись, я тебя до дома провожу, заодно и загляну. – Ну, наглости целый поезд и маленькая тележка, вы посмотрите на него. Пфф, ну и фиг с ним.

На стоянке Евгений Александрович подтащил меня к черной Mercedes— Benz, я не смог сдержатся и присвистнул. Евгений Александрович, увидев мою реакцию на машину, удовлетворено улыбнулся. Да, впечатлить ему меня удалось. Двигатель в такой малышке был просто превосходен, турбонадув, да, к тому же, салон из кожи и прочие прелести, навороченного Мерседеса. Одно время я, конечно, как и любой мальчишка, таким увлекался, но не долго. Евгений Александрович открыл мне дверь, я не особо долго раздумывая, сел на переднее сидение, за мной захлопнулась дверь , а я с любопытством стал осматриваться по сторонам. Машина была очень хорошо ухожена, ни одного пятнышка на белой коже, это радовало. Евгений Александрович сел рядом, улыбнулся мне и завел машину. Я пристегнулся, и мы погнали в сторону моего дома. И откуда он только знал, где я живу, Рома что ли уже сказал?

Когда мы подъехали, Евгений Александрович помог мне дойти до кофейни, хотя этого и не требовалось, у меня есть костыль, мог и сам, но он настаивал. Как только я зашел в помещение, через главный вход, на меня тут же с расспросами и сочувствиями «напали» мои клиенты. Они все с беспокойством осматривали меня , спрашивали о самочувствии. Господи, даже в собственный дом спокойно не зайдешь, может костылем отбиваться. Оказалось, что практически никого не спугнула весть о маньяке, который орудовал в этих краях. Люди все так же приходили пить кофе или чай. Даже Андрей был здесь, он с беспокойством смотрел на меня. Но, уверив его, что ничего страшного со мной не случилось, я проковылял до кухни. И стал готовить для тех, кто все еще ждал ужина. Может, стоит открыть ресторан? А то желающих покушать домашней еды все больше и больше. Роман пока бегал по залу, выполняя заказы посетителей, а Евгений Александрович удовлетворено хмыкнув, сел за стойку, которая была совмещена с плитой и столами, на которых я готовил.

— Я смотрю, твоя кофейня, просто цветет и пахнет. Не ожидал, что столько народу приходит пить чай и кофе. — Слушавший это всё с соседнего стула парень возмущено начал втирать Евгению Александровичу:

— Конечно, эта кофейня будет полная. Когда приходишь сюда, ты можешь спокойно отдохнуть после рабочего дня. Посмотреть на симпатичного управляющего и поесть вкусной домашней стряпни, я уже молчу про кофе. Да сюда любой, кто хоть раз тут побывает, начнет ходить.
После этой кофейни кофе в остальных местах кажется просто горячей грязью. – Сосед Евгения Александровича еще долго расписывал, какая у меня замечательная кофейня, а я все больше и больше краснел, у меня даже уши заалели. Немного поболтав с мужчинами о том, о сем, я их не особо слушал, если честно, устал от больницы, стал накладывать по тарелкам приготовленный сегодня плов. Я приготовил больше, чем надо было, поэтому еще осталось поесть Евгению Александровичу и Ромашке, думаю, они не откажутся.

Ближе к десяти часам народ стал рассасываться. Мы с Ромой стали прибирать, правда, почти всю работу делал Ромашка, а я только посуду мыл. Он не дал мне поработать в помещении торгового зала, мотивируя это тем, что у меня больная нога и мне не желательно двигаться. Закончив с посудой я, наконец, обратился к тем, кто остался, то есть, к Роме и Евгению Александровичу:

— Вы не проголодались, а то у меня еще плов остался, можем покушать, если хотите. – Ответом мне было синхронное «Конечно» и я, улыбнувшись, стал разогревать плов. Через несколько минут мы уже втроем уплетали за обе щеки. Оказывается, я только сейчас понял, как был голоден и не я один. Братья с такой же жадностью накинулись на плов. После мы еще немного посидели , поболтали и Ромка с братом стали собираться домой, проводив их, я домыл оставшуюся посуду и направился в комнату, усталость навалилась на меня, как дикий зверь на свою добычу, глаза слипались. Переодевшись и доплетясь, кое— как, до кровати я заснул сном праведника и искренне верил, что сегодня никто точно не потревожит мой сон…
 
LiaraДата: Среда, 26.10.2011, 17:48 | Сообщение # 8
Дайсё
Группа: Фюрер
Сообщений: 270
Репутация: 15
Статус: Offline
Траха, траха давай!!!!!

- 누가 방귀 꼈어?
- 난 아니야.
 
Sadako-samaДата: Среда, 04.01.2012, 18:50 | Сообщение # 9
Тайса
Группа: Тайпсеттеры
Сообщений: 200
Репутация: 7
Статус: Offline
Глава 4

…Ночной город всегда меня привлекал. Его искусственный свет, отражающийся яркими бликами от витрин магазинов, луж, тысяч окон, разбивающийся на миллионы ярких осколков, создавал завесу таинственности и отчужденности. На улицах в ночное время можно было увидеть много разношерстного народа. Все они привлекали меня: кто-то своей непосредственностью, кто-то замкнутостью. Ночная жизнь в нашем городе развивалась, и год от года становилась все насыщеннее и насыщеннее, появились современные фасады, яркие гирлянды, фонарей стало больше, администрация больше не экономила на электричестве в центральной части, где сосредоточилась и била ключом энергия ночи. Толпы молодежи, повинуясь моде и течению времени, представляли собой самое занимательное зрелище для меня, усталого и издерганного дневными заботами. Еще с детства я познакомился с ночным городом, сбежав из дому. Гуляя по ночным улицам, озаренными тусклым светом фонарей, в тишине, прерываемой изредка машинами и сонными прохожими, я много понял, хоть и был еще совсем юн. С каждым разом меня все больше и больше тянуло, сюда, на ночные улицы. Это моя стихия. Драки, пьянки, дешевая любовь, даже смерть, нередко сопровождавшая этот коктейль из пороков. Я наслаждался всем этим, дышал гнилым воздухом человеческих грехов, как будто в любой момент мог потерять себя, жизнь, душу, интерес. Моя одержимость многих пугала. Я потерял друзей, которым не понравился мой «прекрасный» ночной город, но мне было плевать. Пока со мной мой верный друг и товарищ. Он всегда спрячет меня или же выведет, если я потеряюсь, в его запутанных лабиринтах. Я искренне любил город, а тот отвечал мне взаимностью. И только здесь я мог почувствовать, что жив, что по моим венам течет кровь, как и по проводам— венам города –электричество, как бьются наши сердца в унисон.

Моя одержимость порочным коктейлем была замечена, и вскоре, я уже был известен на все ночные улицы. Меня боялись. Моя жестокость, бесшабашность, отчаянность юности и вечный протест толпе стали притчей во языцах. Мне было плевать на мнения людей, на их отношение ко мне и даже на попытки сблизиться или оттолкнуть, я относился к людям с исследовательской жилкой, которым интересно перетряхивать души, наблюдать агонию и делать выводы, следуя логике и трезвому расчету. Уже тогда мне дали кличку «Змей». Так я и познакомился с мафией, королями ночного города и дневного подполья. Я пришелся им по вкусу. Все они были такими же одинокими волками, признанными городом, принятыми и обласканными им. Они ввели меня в свою семью, а вскоре и заменили её, так как матери я никогда особо был не интересен, она всегда жила своими заботами, моталась по курортам и прыгала по койкам любовников, отец ушел из дома и внимания нам с братом не уделял, родители просто вычеркнули меня и брата из своей насыщенной жизни. МЫ, новая семья, вместе веселились, грустили, если один из нас уходил из этого дрянного мира, но на его месте старого появлялся новый член семьи, так как наша реальность не терпела пустоты, и, постепенно, это стало традицией. Сначала я стал бригадиром, потом заменял помощника папы, затем стал правой рукой местного босса, и довольно долго прожил с этим «званием», а за мной шли, те, кто заменил, те, кого заменили, те, кто хотел в силу различных причин и обстоятельств быть со мной, нами. Мне трудно было принимать в семью желторотых птенцов, возомнивших себя орлами, они ведь приходили на место моих друзей, приятелей, знакомых, которых я слишком часто терял. Желторотики отчаянно старались стать для меня чем-то значимым, желали обратить на себя внимание, обрести вес в группировке и полноценно войти в семью. Кому-то я позволял, кому то нет. Но уважения добился от каждого. И теперь, по прошествии почти пятнадцати лет, я стал их главой, боссом, ночным королем, имя Змея наводило страх на всех, кто, так или иначе, пересекался с преступным и полулегальным миром, никто не смел мне перечить. Они уважали меня, как отца. Если честно, то я так себя порой и чувствовал, находясь в этом балагане. Они же, наоборот, всегда считали себя моими сыновьями, за которыми присматриваю. И пускай от моей старой семьи уже ничего не осталось, я стараюсь не грустить. У меня есть новая и я рад и этому…

POV Женя

Пока ехал, по ночному городу, меня так заела ностальгия, что я, наверное, мог бы пустить слезу, если б со мной не ехала Ленка. Ленка— человек довольно интересный. Она была ночной бабочкой этого города, таких, как она -множество, но именно она отличалась от всей этой пестрой толпы. В отличие от остальных жриц продажной любви, к ней грязь не прилипала и на яркую бабочку с обтрепанными крылышками Ленка мало походила, на улицах ее знали как «ночную стрекозу». Она занимается продажным ремеслом тогда, когда хочет, «но почему бы от хорошего траха не получать деньги?», говорила она всегда мне. Ленку, как и меня, побаивалась большая часть ночного города. В узких кругах она была известна как самый лучший информатор. У нее всегда было много заказов. Но в отличие от остальных, меня она любила, как своего собственного братишку, о котором она мечтала, но судьба не дала. Правда, это ей не мешало постоянно затаскивать меня в постель. В этот раз она понадобилась мне для того, что бы узнать кое-что об одном человеке.

-Так ты хочешь…. – Тишину, затянувшуюся в машине, наконец, решила нарушить Лена. Она глубоко затянулась и выпустила дым в открытое окно, которое она всегда открывала, когда курила -… что бы я нашла, абсолютно все, об этом милашке? – Все это время она пристально смотрела на фотографию, что я ей дал. Ее тоненькие брови, то удивлено поднимались, то обеспокоено опускались. Видеть Лену такой растерянной было в новинку даже для меня.

— Ага, я хочу, что бы ты нарыла на него абсолютно все. Желательно с самого детства, до сегодняшнего дня. – Я остановился у одного из самых дорогих отелей в центре города. Мы молча вышли из машины и направились в фае. Меня хорошо знали в этом отеле, ведь я приходился его хозяином, как и большей половине города. Получив ключ от номера— люкса, мы с Ленкой направились к лифту, в котором продолжили нашу беседу.

— НУ так… и ты даже не хочешь сказать мне, зачем тебе нужна о нем информация? – Ленка лукаво сверкнула глазками. Я лишь вздохнул устало. От этой женщины никогда ничего нельзя скрыть.
— Ну допустим, у меня есть скрытый мотив, тебе это что-то дает? – Я старался говорить непринужденно, чтобы не выдать своего волнения. На самом деле я просто дождаться не мог, когда, наконец, узнаю о нем все.

Лифт буднично дзенькнул, доставляя нас на самый последний этаж, номер-люкс, точнее президентские апартаменты. Я часто жил в нем, когда мне требовалось решать дела семьи, встречаться с союзниками, партнерами или конкурентами, так что не было ничего удивительного в том, что атмосфера номера была приближена к домашней, номер казался более обжитым. Ленка, как обычно, не разуваясь, прыгнула на мою большую кровать и начала, как маленький ребенок скакать на ней. Глядя на нее, просто нельзя не улыбнуться. Ну, а вы сами чтобы почувствовали, когда тетенька, на четыре года старше вас, скачет, как бешеная коза, по кровати. И я даже не злюсь на то, что она не сняла обувь. Чем бы дитя не тешилось…

Как только Ленкин приступ «в жопе детство заиграло» прошел, и она, наконец, успокоилась, я позвонил менеджеру отеля , попросил сменить простыни, а то их кое-кто засрал до безобразия. Надо, наверное, сделать отступление и объяснить поведение подруги. Хмм… Ленка была родом из детского дома, ей постоянно не хватало внимания, денег, тепла, еды и всего, что составляет наше счастливое детство. Вот и впадала девушка в состояние детства, расслабляясь в моем присутствии и отрываясь за все прошедшие годы.
Да, хорошо быть хозяином, и пяти минут не прошло, как кровать вновь чистая, и мы уже сидим наедине с шампанским, фруктами и прекрасным настроением.

— Ну, так что, возьмешься? – Мне уже начинало надоедать молчание Ленки, раньше она так долго не сомневалась.

— Нууууу…. Знаешь, а что я получу взамен? – Блядь, ну логика у нее, конечно, железная, деньги она получит, как обычно, что ей мало? Доплачу. – Я не хочу только деньги… – Словно прочитав мои мысли, сказала она.

— Ну а деньги и Я— этого тоже тебе мало? – Иногда для Ленки достаточно хорошего траха, чтобы она согласилась.

— Деньги и тебя я, конечно же, хочу, но этого мало, детка. – Ленка уже сидела в опасной близости от меня, похоже, она хотела получить первую часть оплаты, авансом, так сказать, но все же ждала, что я могу ей еще предложить. Однако, она меня озадачила, я и понятия не имел, что ей надо еще, раньше она не просила ничего, кроме меня и денег. Задумавшись, я перебрал пару— тройку вариантов, но сразу же отмел их все, потому что Ленка сама может это получить, не требуя как плату за работу. Посмотрев в горящие глаза подруги, я, наконец, не выдержал. Тяжело вздохнув, я признал тем самым, что проиграл и понятия не имею, чего она хочет еще.

На лице Ленки появилась победоносная улыбочка, она, хитро зыкнув на меня, предложила.

— Как насчет того, что ты будешь мне рассказывать, как у тебя будет идти завоевание этой прелести… – Она помахала фотографией моей жертвы перед моим носом.

— А с чего ты решила, что я хочу его завоевать?— И как только эта хитрая бестия догадалась.

— А вот, женская интуиция, и, вообще, неужели тебе так сложно просто рассказывать, что тебя связывает с этим милашкой, и как ты будешь его завоевывать, вплоть до постельки… – Выпалила она на одном дыхании, при этом сверля меня своими «невинными глазками».

— А сама ты узнать не можешь по своим связям, да? Все-то тебе надо знать именно от меня… – Я начал раздражаться, ее вообще не должно касаться, что у меня с моей жертвой, она лезет явно не в свое дело.
— Ой, вот только не надо того, что ты смущаешься, а что до твоего вопроса, так лучше же получать информацию от первых лиц. – По лицу Ленки было видно, что она не отстанет и не возьмется за работу, если я не соглашусь. Черт ее дери, эту женщину! Но я не могу долго злиться на Ленку. Поломавшись, для приличия, я все же согласился.

— И почему это у тебя всегда получается меня уломать, не понимаю? – Пожав друг дружке руки, мол, «вот и договорились», она, наконец, начала раздеваться. Я последовал за ней. И уже через минуту мы, полностью обнаженные, лежали на кровати.

— Ну, так кто эта прелесть на фотографии? – Я знал, что она не отстанет от меня, поэтому оторвавшись от ее соска, выпалил на одном дыхании:

— Это— Марк— работодатель моего братишки, и как я понял, братишке он очень нравится. Он недавно спас меня, и я как бы очень ему благодарен, и, короче, я, походу, начинаю что-то чувствовать к нему, поэтому и хотел о нем побольше разузнать.

Я развел Ленке ноги и вошел, она наигранно застонала. Как будто я не знаю, что она притворяется. Поэтому внутренне собравшись, я напал на нее. Не люблю, когда со мной притворяются, у меня на искусственное не встает, поэтому я изворачиваюсь так, что бы Ленка стонала по-настоящему.

Вот с какими бы женщинами я не спал, всегда старался доставить удовольствие им, ненавижу фальшь, поэтому никто еще не жаловался. Сменив позу, что бы наши лица находились на одном уровне, Ленка продолжила насаживаться на мой член.

— Эй, Жень, ты начинаешь меня пугать, никогда не видела, что бы ты к кому-нибудь, что-нибудь чувствовал. Может ты заболел? – Она дотронулась своим лбом до моего. Я толкнулся сильнее, ее выгнуло, и она застонала, но вскоре вернулась на позицию. – Я нарою на него, не волнуйся ты так. – На этом наш разговор исчерпался, так как говорить становилось все трудней. Мы сплелись в жарком поцелуе. В тишине комнаты было слышно только наши тяжелое дыхание и стоны Ленки. Сейчас нас не волновало ничего.

POV Марка

Сегодня я впервые смог нормально выспаться. Удивительно просто. Правда, несколько раз просыпался среди ночи, потому что казалось, что на меня кто-то смотрит, но я считал это усталостью, и даже не пытался открыть глаза, вновь проваливаясь в сон. Я насторожился только тогда, когда услышал мягкие шаги, которые тихо приближались ко мне. Кто-то шел тихо, аккуратно, скорее всего, не хотел меня разбудить. Резко поднявшись, я успел увидеть отшатнувшуюся фигуру, перед тем, как уже привычно в голову стукнуло давление и в глазах потемнело. Я со стоном упал обратно на кровать. Шаги вновь приблизились ко мне, а с ними и их обладатель.

— Марк, с тобой все нормально? – Обеспокоенный голос был мне очень знаком, это же Ромашка, что он забыл в моей комнате?

— Ром? ТЫ что ли? Что ты тут делаешь?– Неуверенно спросил я, все еще не веря, что это Ромашка.

— Ну да. Я пришел, как обычно, на работу, но кофейня была закрыта. Вы же давали мне ключ, вот я и зашел. Я просто заметил фигуру внутри, думал вы ходите, но когда зашел, оказалось, что вы все еще спите. – Ромка выпалил это все на одном дыхании с беспокойством в голосе.

Наконец голова прошла, и я начал различать предметы. Первое, что я увидел, было обеспокоенное лицо Ромки. Его тоненькие брови сползли на переносицу, а глаза просто сканировали меня на наличие повреждений. Проведя ладонями по лицу, встряхнувшись, я встал. Неужели я так долго спал? Даже Ромка придти успел.

— Ладно, Ром, кажется, я сегодня переспал малость. Спускайся пока в кофейню, я сейчас приведу себя в порядок и к тебе присоединюсь. – Только я хотел подняться и пойти в душ, как наступил на больную ногу, и, вскрикнув, упал обратно. Черт побери. Поискав в поле зрения небольшую коробочку с лекарствами, по большей степени, обезболивающим и для иммунитета, что выдали мне в больнице, я так ее и не нашел. Зато заметил, что Рома еще не ушел и решил его попросить.

— Ром, пожалуйста, можешь принести мне с кухни несколько лекарств. – Парень быстро вник, что именно я прошу и, буквально уже через минуту, стоял опять передо мной с коробочкой препаратов и стаканом воды. Взяв лекарства, я, не задумываясь, выпил то, что мне прописал врач и, допрыгав на одной ноге к костылю, слава тебе, Господи, я его вчера тоже внизу не забыл, наконец, стал ковылять в сторону ванной. Ромка уже успел спуститься на первый этаж и открыть кофейню, заварить немного чая, кофе он пока не берется делать сам, ведь это целая наука— приготовление благородного напитка. Так что, не волнуясь о том, что без меня кофейня пропадет, я спокойно принял ванну, так как под душ с гипсом не лезут. А так, спокойно высунул ногу и не мешается.

Из ванной совсем выползать не хотелось. И, вообще, сегодня я чувствую себя как— то апатично, совсем ничего не охота делать. Но труба зовет, внизу стал народ собираться. Как не прискорбно, но я хорошо слышал, как звенел колокольчик и нарастающий шум внизу. Вытерев себя полотенцем и натянув на гипс носок, я, одевшись, направился в кофейню на встречу со своими клиентами. Как я и думал, в кофейне уже сидели несколько школьников и постоянных посетителей. Ромка носился между ними, как ураган. Я улыбнулся, глядя на то, как активно этот парень носится с чайником туда-сюда.
Завидев меня, клиенты оживлено загалдели.

— Что-то вы сегодня, Марк, долго спали, устали, бедненький, совсем загнали вы себя. – Это говорила женщина преклонных лет, она жила не так далеко от меня и знала еще прежнего владельца.

— Не волнуйтесь за меня, я сильный! – И, в подтверждение слов, продемонстрировал мышцы на руке. Ну, у меня они не то чтобы большие, но женщина впечатлилась. Удовлетворено улыбнувшись, я направился на кухню заваривать кофе. Я часто балую своих клиентов разными сортами кофе, но обычно это бывает «Бельгийский шоколад». Но думаю не сегодня. У меня не было настроения возиться со сложным процессом приготовления кофе, и я решил, что сегодня заварю старый добрый «Коричневый Тодди». Еще с восемнадцатого века он путешествует по миру и завоевывает все больше влюбленных в него ценителей. Я тоже был им покорен. Вкус этого старинного напитка могла подчеркнуть палочка корицы. Сам кофе я покупаю в зернах, он так вкусней. Но молю я его за несколько дней до того, как хочу использовать и храню вместе с ванилью для придания кофе особого аромата. Засунув несколько френч – прессов (френч-пресс— это простое приспособление, состоящее из стеклянной колбы, внутри которой ходит поршень с ситечком) в посудомоечную машину и включив на горячую воду, я стал ждать, когда посуда для моего кофе наконец разогреется. За это время вскипятилась вода. Насыпав в несколько френч— прессов по порции молотого кофе, залил их кипятком. Закончив с этим, я у каждого поднял по поршню. Осталось дождаться минут пять-семь и можно наливать клиентам. В силу своей усталости и отсутствия настроения, сегодня я выбрал самый простейший способ заваривания кофе, обычно я использую кофе-машину или турку, для особых ценителей напитка, варю долго и медленно.

За то время, пока кофе готовилось, его неуловимо прекрасный, бодрящий, насыщенный аромат пронеся по кофейне, пробуждая у клиентов аппетит. Когда я, наконец, вышел с кофе на меня бурей налетели, чуть ли не все, прося налить им по чашечке. Передав прессы Ромке, я стал наливать кофе тем, кто сидел ближе всего, чтобы не ходить далеко. На мгновение в кофейне воцарилось молчание, которое было прервано громким восклицанием, «Как вкусно!». Это было лучшее, что я мог, когда либо, слышать. Мне всегда было приятно, когда я получал похвалу за кофе и его приготовление. За первой чашкой пошла и вторая, и третья. Народ менялся. Я уже потерял счет, сколько раз наливал в френч— прессы воду и засыпал кофе.

Под вечер подошел и Евгений. Он, учуяв аромат, витавший в кофейне, тут же попросил налить ему кофе. Я не без удовольствия поставил пред ним чашку. Выпив первую, он попросил вторую, за ней третья, и четвертая. Пятую я сам отказался наливать. Как бы кофе не был приятен, он все же вреден в больших количествах, во всем нужна мера, что я Евгению и сообщил. Поэтому стараюсь не наливать людям больше пяти порций. Евгений понял и заказал чай. Уютная атмосфера, любимые клиенты, Ромка и Он. Рядом с ним я странно себя чувствую. Такое чувство я испытывал только с одним человеком, и это меня начинало пугать. Я понял, что сделал с ним, когда не смог держать свои чувства, стал им одержим. И поэтому всячески старался более не сближаться с людьми. Я не был уверен, что смогу сдержаться, и не обожгу того, на кого моя страсть будет направлена, поэтому замкнулся в себе. Даже после того как меня простили, я все равно старался, чтобы чувства не затмевали мой разум. И это мне почти удалось, когда внезапно появился он. Он влез в мою жизнь, не спросив моего разрешения, и начинает понемногу открывать замки, на которые я запер себя.

— …рк… арк…. Марк! – Голос Ромки совсем внезапно ворвался в мое сознание, я даже вздрогнул от неожиданности.— Марк, что с тобой сегодня, я тебя уже десять минут зову. – Ромка наиграно надул губки, показывая тем, что обиделся на меня.— Прости, Ром, я немного задумался, ты что-то хотел от меня? – Я поставил на стол чайник, а то боюсь, мог его уронить и приготовился слушать, но вместо него ко мне обратился Евгений

— Мы послезавтра хотим сходить в цирк, тут приехал один. Не хочешь с нами? – Цирк? О_о Господи, эти двое меня когда-нибудь доведут. Цирк? Я не ослышался? Сколько лет я в нем не был? Кажется с самого детства. Словно специально, мозг стал выдавать разные воспоминания о дивном детстве, когда я часто ходил с мамой в цирк, медленно уплывая в ностальгию, но тут меня резко прервал вопль Ромы. Я вскочил, левую ногу тут же обожгла резкая боль, и я, застонав, пошатнулся и полетел на свидание с полом. Но удариться мне не дали. Меня подхватили большие сильные руки и из почти горизонтального положения вернули обратно к вертикальному. Схватив мой костыль, мы с Евгением направились туда, откуда шел крик, а шел он с кухни. Залетев на нее, во всех смыслах этого слова, мы увидели занятную картину. Ромка в одном кроссовке стоит на столе, а другой предмет обуви держит в руке, пытаясь отбиться от маленькой мышки, которая под столом грызет кусочек хлеба. Ромка зажмурившись, водит кроссовком туда-сюда. Словно не маленькая мышка стоит сейчас перед ним, а, минимум, Годзилла местного разлива, под два метра. Эта ситуация была настолько комична, что я, не выдержав, засмеялся на всю кофейню, благо, в ней были только мы втроем и мышка. Я так долго смеялся, что под конец, не вытерпев, по стенке скатился на пол все еще похихикивая, держась за живот. На глазах выступили слезы, лицо покраснело. Бедная маленькая мышь от такого шарахнулась куда-то в сторону и слиняла под шумок.

Наконец, успокоившись, я кое— как, поднявшись с пола, с помощью, конечно того же Евгения, мы уверили его брата, что мышь давно убежала и ее сейчас нет. Ромка, не веря нам на слово, со стола осмотрел все, и только после этого напялил кроссовок и спустился.

— Ром, ну мне прям за тебя стыдно, ты что же, до сих пор мышей боишься? Тебе же шест-над-цать, елки палки, а ты, как девчонка, на стол и визжать. – Евгений с каким— то умилением все это говорил своему брату, а я чуть снова не начал ржать.

— Ну, боюсь я, и что? – Ромка надул губы и отвернулся, я, не выдержав, вновь засмеялся. На меня уставились две пары глаз, с искорками веселья и смеха. – Пошли с нами в цирк? – сказал Ромка, так неожиданно, что я даже не совсем понял, о чем он, но, вспомнив наш разговор до неравной битвы с мышкой, согласно кивнул головой. Улыбки стали шире.

Попрощавшись с ними и закрыв кофейню, я направился обратно на кухню. Надо было запереть все двери. Одна вела на улицу из зала, где клиенты и сидели, другая на кухню, ей пользовался только я. Пока я возился с посудой, мной же запертая дверь в кофейню хлопнула, колокольчик над ней жалобно звякнул. Я, ничего не понимая, направился в зал. Свет еще не был выключен, поэтому я сразу заметил на полу одинокую красную розу и небольшую коробочку с запиской. По спине пробежался холодок. Руки стало трясти, по спине заструился липкий пот. На ватных ногах я приблизился к очередному «подарку» и дотронулся, как и раньше, ботинком до розы, резким движением ее растоптал. Мне надо было выплеснуть напряжение. На этот раз под розой не образовалось никаких красных пятен, это был нормальный цветок. Подняв записку, я прочитал ее.

«Решил сделать тебе, небольшой подарок. Марк, твое лицо просто прекрасно, когда ты спишь, я не мог оторваться от его созерцания до самого утра. Я все больше и больше хочу тебя. Я люблю тебя, я знаю, ты меня тоже».

Отвращение, что я испытывал в прошлый раз, ни как не походило на то, что я почувствовал в тот момент, когда открыл коробочку. В маленькой баночке с резким приторным запахом, очень похожим на формалин, или еще какое другое химическое вещество, плавал одиноко зеленый глаз. Я уставился на него, как на что-то невероятное. Кажется, даже дышать перестал. В глазах стало темнеть, к горлу поднималась тошнота, я не смог удержаться на ногах и шлепнулся на пол, все еще держа банку с глазом в руках. Волна ужаса накатила на меня. Я готов был закричать, но звуки застряли комком в горле. Я судорожно хватал ртом воздух. Глаза начали закатываться. В мозг последней стукнула мысль, «Избавься», она отрезвила меня. Словно одержимый, я поднялся, забыв про боль в ноге, подойдя к старой печке, что еще осталось от старого хозяина, я спешно разжег огонь. Я бросил банку в печь, почти на автомате, не задумываясь об опасности, она разбилась, резко полыхнуло синее пламя и я, не успев отскочить, обжег ладонь, в воздухе запахло резко, приторно-сладко, противно до безобразия, закружилась голова, заслезились глаза, дыхание стало хриплым с сдавленным, но я не обращал на все это внимание, мне нужна была уверенность, что страшный подарочек уничтожен. Я бежал от реальности, пытался не думать о том, что случилось. Мою голову забивали совершено ненужные вещи. Что завтра одеть, завести ли мне будильник, что приготовить. Сейчас, если бы меня кто и увидел, точно бы подумал, что перед ним псих. В мыслях, что беспорядочно копошились у меня в голове, мне ни разу не пришла та, чтобы придти с этим подарком в полицию и подать заявление на преследующего меня маньяка. Нет, таких мыслей у меня не возникло даже позже, когда я уже не смог выбраться из этого замкнутого круга.

Добавлено (04.01.2012, 18:47)
---------------------------------------------
Глава 5

...Мое настроение, как и сегодняшний день, было серое и угрюмое. В этот раз я проснулся рано. Ночные кошмары с новой силой стали будоражить мозг. Лежа на кровати и смотря в серый потолок, я старался предаться забвению. В тишине дома отчетливо было слышно тиканье часов, а за окном барабанил дождь. Редко мелькала молния, пытался рычать гром. В такой успокаивающей обстановке заснул бы любой, но я не мог. Мысли, крутившиеся в голове, не давали расслабиться полностью. Я, словно на иголках, лежал в тихой комнате. Один. Я впервые почувствовал себя неуютно в своем доме. Осознание того, что какой— то псих свободно заходит ко мне и пялится на меня ночами, храбрости не придавало. Все, что он делал, безжалостно давило на мою психику. Вчера я впервые не смог себя контролировать. Я даже не полностью помню, что случилось. Последнее что я помню, как зашел в зал и все. Темнота, и как бы я не пытался, не могу вспомнить, что делал. НО от этого становилось еще хуже. Моя голова просто раскалывалась, а боль в ноге не давала расслабиться. Такое ощущение, что я на ней прыгал всю ночь. А еще рука, она вся опухла и покрылась волдырями, и я совсем не могу ничего вспомнить. Попытка пошевелиться только усугубила мое состояние. К больной голове добавился и рвотный позыв. Я, не вытерпев, перекатился на живот и меня стошнило. Попытка встать и добраться до ванной кончилась тем, что я окончательно слетел на пол, продолжая блевать. Мне было так плохо. Конечности словно отекли и не хотели меня слушаться. Из глаз сами собой пошли слезы. Кто-нибудь, придите, прошу, пожалуйста….

POV Женя.

Пока я добирался до кофейни Марка, еще раз прокрутил события прошлой ночи. День у меня не заладился с самого утра. Меня разбудили, я сбил кошку, потом еще на меня безрукая официантка пролила кофе, на мой белоснежный костюм, пришлось ехать за новым. Там продавцы, заметив видного клиента, набросились, как пираньи. Позже мне сообщили о встрече, с каким— то старым хмырем, который позарился на мою территорию. Я, наверное, перестрелял бы всех, если б не заглянул к Марку. Я действительно успокаиваюсь в нежной, уютной, домашней атмосфере, которую он так пытался создать. Я даже хотел вздремнуть немножко, но дивный аромат кофе меня просто возбудил. С первой кружки я понял, что вкусней ничего более не пил, и я просил еще и еще, пока Марк сам не перестал наливать, грозя тем, что вредно много кофе пить, особенно дядям в возрасте. К тому моменту я был уже изрядно подобревшим, что на такую мелочь и внимания не обратил, заказал чай. Глядя на Марка, мне все больше и больше хотелось узнать о нем. Что он любит, чего боится. О его родственниках, любовницах, я хотел знать все. А Ленка не торопилась собирать и отдавать мне информацию, темнила, что-то, ведьма. Но даже злость на медлительность Ленки сменилась щемящей болью в сердце, когда «мой» Марк засмеялся. Я не спорю, ситуация, в которой оказался мой брат, и правда была смешной. Но я не мог оторвать взгляда от миловидного лица парня. Я хотел бы им любоваться вечность и увидеть еще много эмоций, но, утерев слюни, я шутливо отругал брата. На веселой ноте мы и попрощались с Марком. Отвезя уставшего брата домой, я, наконец, смог одеть свою маску босса.

Чем меньше расстояния оставалось до казино, тем злее я становился. Только сейчас, когда я полностью отдался ночным улицам, я понял всю суть этой встречи, вспоминая разговор с «Лисом», человеком из моей семьи, причем самый младшим, но на деле и самый страшным, в плане работы. Он, мягко говоря, намекнул, что старый валенок, зазвездился и захотел откусить не малую часть от моей территории, предлагая за нее кругленькую сумму. Много хочет, этому пердуну мало что светит в моем городе, пускай валит к себе. Хотя и за пределами нашего города у меня достаточно территорий. Зайдя в казино, я краем глаза отметил, что около четырех человек из моей семьи находится в зале, среди них оказался и «Лис». На самом деле его полная кличка «Голубой лис», но так обращались к нему только его подчиненные. Я познакомился с ним несколько лет тому назад. Сейчас он был чуть старше моего брата.

Даже я попался на его уловку. И именно этим он меня зацепил. Я, не особо раздумывая, сделал его частью своей семьи и еще не разу не пожалел. Он был изворотлив и хитер, несмотря на то, что он самый младший, его уважают, даже те, кто старше меня. Ну а почему голубой?... Думаю, вы и сами это поняли. В нашу первую встречу он играл роль проститутки. Ему заказали меня какие-то придурки. Убить он меня, конечно, не смог, годы тренировок боевыми искусствами и опыт борьбы за власть сделали меня многим не по-зубам, но заманил успешно. Правда, пришлось его хорошенько наказать за такие игры. Он до сих пор боится меня, когда я к нему приближаюсь. Ну а что я могу поделать, «лис» симпатичный, к тому же он играл роль проститутки, почему бы и не воспользоваться, да и не хотелось сдерживать зверя в себе. Но сейчас не об этом.

Еще даже не зайдя внутрь комнаты, где будет переговоры, я уже чувствую, всю ту вонь, что шлейфом могла идти за стариком, что сейчас там сидит. Глубоко вздохнув и успокаивая дикого зверя внутри себя, я, наконец, зашел. «Отвратительно»— первое, что я подумал, увидев его. Лысая голова, на которой образовались капли пота. Свинячьи глазки, которые были раскосые и такой же пятак, как у выше упомянутой. Кривые желтые зубы, местами щетина. Несколько подбородков и толстая шея. Огромное брюхо, я еще удивился, как это оно влезло в официальный костюм. Толстые ляжки и коротенькие ножки в черных дорогих ботинках. Под ногами у него, в виде пуфика, стоял паренек. Одет он был не дорого, в обычную серую майку и шорты с кедами, а на тоненькой шее, красовался кожаный ошейник с поводком. Лицо парня было очень симпатичное. Большие голубые глаза, аккуратный нос и пухлые губы. Его рыжие длинные волосы рассыпались по спине, несколько прядей спускались на пол. Красивые огненные кольца ложились на грязный пол.

С невозмутимым лицом я направился ко второму креслу в этой комнате. Охрану мы решили удалить. И сейчас, кроме нас троих, меня, Свиньи и мальчика, никого больше не было. Вытащив из внутреннего кармана золотой подсигар, а из него сигару, я закурил. Не стал предлагать старику, много чести. Он это понял. Его поросячьи глазки наполнились гневом. Он с яростью пнул мальчика. Тот, ойкнув, распластался на полу, и теперь старик, чуть ли, не стоял на его теле. Меня это позабавило, хоть я и понимал, что в подобной сцене нет ничего смешного. Затянувшись, я выпустил дым на волю и начал «базар».

— Ну и что вам надо на моей территории? – Я старался говорить как можно резче, что бы этот толстяк, наконец— то, понял, не стоит вести игру с тем, кто моложе и сильней его. Мужчина же на меня смотрел с нескрываемым презрением.

— Вы! – зачем то выделил это слово старик – Вы слишком молоды, чтобы управлять всем тем, что у вас находится в руках. Я тоже не последний на этой грешной земле. Как тебе, сосунок, досталась власть в этом городе, мне известно и непонятно. Я тебя презираю. «Бешеный» не имел права передавать семью тому, кто даже не коронован. Согласись отдать часть своей территории, и я могу уверить, что жить ты будешь дольше, чем, если бы отказал, но гарантий дать не могу, слишком многие имеют на тебя зуб, щенок. – Его предложение меня так позабавило, что я, не выдержав, рассмеялся. Мальчик затрясся, слушая мой хохот. Успокоившись, я еще раз затянулся и оставшийся от сигары хвостик затушил в пепельнице.

— Послушай-ка – В моем голосе прозвучала нотка обиженности – а ты не подумал, прежде чем соваться на чужую территорию, достаточно ли подстраховаться, чтобы тебя не прибили прямо тут? Ведь, как нам обоим известно, мертвые не разговаривают. – На моем лице появилась хитрая ухмылка, но это я так ее называл, а остальные же, глядя на мое немного сумасшедшее лицо в такой момент, просто не моги не затрястись от нахлынувших чувств. Старик, видимо, тоже стал понимать, что так просто мы его не отпустим. И решил блефовать.

— Известные нам персоны хорошо информированы, где я нахожусь и при случае, если я не вернусь, вы будете уничтожены.— Блеф чистой воды, я за неделю до его приезда собрал всю информацию на него и его хиленькую группировку. Этот старик был знаком действительно с важными шишками, но недостаточно влиятельными и сильными, чтобы уничтожить меня. Но я не стал раскрывать карты, решив подыграть ему.

— Что ж, тогда я выслушаю ваши требования, чего вы хотите? – Мужчина заметно расслабился и, натянув поводок, подтащил паренька к себе. Что делать тому, говорить не пришлось. Мальчишка, напрягшись и испугавшись, сам полез к паху толстяка. Мгновение и вжикнула молния, парень скривился при виде восставшей плоти мужчины и с какой— то надеждой уставился на меня. Я его проигнорировал, а мужчина, видя, что мальчишка до сих пор не занялся делом ткнул того лицом в пах. Только после того, как мальчик взял в рот, старикашка продолжил, окончательно расслабляясь и теряя бдительность.

— Я хочу, чтобы вы передали мне территорию с шахтами. Насколько я знаю, большой процент идет с нее. – Он схватил паренька за волосы и сильней стал давить на голову, призывая того заглатывать поглубже. – Так же я слышал, что тут есть несколько заводов, их территория очень важна, так как производимый товар уходит за рубеж и с этого не плохие деньги. – Он толкнулся в рот мальчика еще раз и, вздохнув с облегчением, излился. Я скривился, когда мужчина заставил паренька слизывать все то, что не вместилось в рот. Мальчик со слезами начал слизывать сперму со штанов постепенно спускаясь на грязный пол.
Видимо слезы не понравились мужчине. Потому что он резко пнул того под ребра и парень отлетел к моему креслу, врезавшись мне в ноги. Со страхом посмотрев на меня, он попытался отползти, но не смог, схватившись за бок. Кажется, мужчина сломал парню ребро.

— Рики, быстро ко мне. Ты, маленькая потаскуха, увидел другого, сразу к нему спешишь, сюда, я сказал.— Мальчик сдавлено всхлипнул и, встав на колени, поплелся обратно к мужчине, который в ту же секунду притянул его за поводок и впился ему в губы. А после стал срывать с него одежду, оголяя тонкую маленькую фигурку в синяках и гематомах. На мальчике оставались одни гольфы и кеды, когда мужчина с силой насадил его на свой восставший член. Паренек всхлипнул и начал двигаться.

Добавлено (04.01.2012, 18:50)
---------------------------------------------
нет комментариев, нет продолжения....

Сообщение отредактировал Sadako-sama - Среда, 04.01.2012, 18:49
 
LiaraДата: Вторник, 24.07.2012, 21:14 | Сообщение # 10
Дайсё
Группа: Фюрер
Сообщений: 270
Репутация: 15
Статус: Offline
Прода будет??????

- 누가 방귀 꼈어?
- 난 아니야.
 
Sadako-samaДата: Вторник, 24.07.2012, 21:30 | Сообщение # 11
Тайса
Группа: Тайпсеттеры
Сообщений: 200
Репутация: 7
Статус: Offline
Конечно ^_^ вот!!!

Я смотрел на представление, разыгравшееся передо мной, и думал. Мужик хорошо осведомлен о всех моих ценных жилах. Однако, о шахте и Заводе знают не многие. Значит, среди семьи есть предатель, продавший эту информацию. Покопавшись в голове, я понял, что скорей всего это Ленка, она информатор и ей все равно кому информацию продавать. Закурив еще сигару, я наконец перевел свой взгляд на мужчину. Тот безжалостно входил в маленькое упругое отверстие своим старым сморщенным отростком. Мальчик, находившийся ко мне лицом, страдальчески стонал, доставляя своему господину больше удовольствия. А из его голубых глаз бежали слезы. Толкнувшись еще несколько раз, мужчина кончил в своего раба. Отбросив паренька, как ненужную куклу, со своих колен, он даже не обратил внимание на то, что мальчик, стукнувшись головой об пол, потерял сознание.
Переведя взгляд на своего оппонента, я с удивлением заметил, что тот смотрит на меня с вожделением и не прикрытым желанием. Я удивлено поднял бровь. Эта свинья, что, хочет и меня в свои рабы? А губки— то не пора закатать?

— Вы хотите что-то еще? – Мой издевательский тон не мог услышать только глухой, но, как не странно, мужчина его не заметил, или не захотел замечать. Его глаза наполнились похотью. Он с головы до пят осмотрел меня и, наконец, выдал.

— Да… — Голос у него был до противного томным. Наклонившись ко мне, он произнес – Я хочу тебя!

Я смотрел на него, как баран на новые ворота. Даже с учетом того, что я заранее знал, чего он попросит, я и не думал, что мне будет, так противно. Подавив в себе рвотный спазм, я глубоко затянулся и, приблизив свое лицо к нему, выпустил дым в глаза. Тот, ругнувшись, стал протирать глаза, которые слезились от дыма, а я, как сумасшедший, заржал. Мой дикий зверь был отпущен на свободу. Достав из кобуры, что всегда носил под пиджаком, пистолет я, не задумываясь и не переставая смеяться, прострелил старикашке хер. Тот согнулся пополам, завывая и ругаясь, но я уже ничего не слыша, продолжил нашпиговывать его пулями. Сначала в голову, в шею, в позвоночник. Я убил еще нескольких его охранников, прибежавших на шум. А когда очнулся, меня держали несколько наших. А Лис продолжал бить меня по лицу. Наконец, посмотрев на него осмысленным взглядом, я сказал, чуть охрипшим голосом:

— Уберите здесь все. –Меня отпустили, я, с досадой заметив, что в пистолете не осталось ни одного патрона, засунул его на место, обещая себе зарядить его чуть позже. А сейчас мне хотелось снять напряжение. В углу я заметил маленькую, сжавшуюся фигурку. Она вся тряслась и при этом была вся в крови. Я не сразу признал в ней того мальчика, что совсем недавно насиловал мужчина. Подойдя к нему и загораживая свет от ламп, я наклонился. Он поднял на меня бледное лицо. В его голубых глазах плескался страх и отчаяние. Когда я к нему прикоснулся, он вздрогнул и хотел от меня отстраниться, но он сидел в углу, и деваться было некуда. Сняв с себя пиджак, я накинул его на плечи пареньку. И, не давая тому прийти в себя от удивления, поднял на руки. Он оказался совсем легким. Мы поднялись в комнату выше. Уже там я стянул с парня гольфы, больше на нем ничего не осталось, и затащил с собой в ванну. Тот не сопротивлялся, смирившийся со своей участью. Ванная в этой комнате была достаточно широкой, что бы уместить меня с парнишкой. Когда я стал намыливать голову парня, я услышал тихий голос.
— А… ч..ч..что вы с..с..со мной с…сделаете? У..убьете? – На последнем слове голос мальчика дрогнул и мальчик весь сжался, видимо дожидаясь, когда я его ударю. Но я лишь аккуратно смыл мыло с его головы и ответил.

— Я не убью тебя. – На этой фразе мальчик удивлено поднял на меня глаза, но быстро спрятал их под челкой длинных рыжих волос. – Тебя хоть как зовут? Скорей всего "Рики" не твое настоящее имя верно? – Мальчик весь напрягся, но ответил.

— С..Сере….Сережа. –Выпалил он заикаясь, а я одобрительно похлопал его по спине. Ополоснувшись сам, я подхватил паренька на руки и понес в большую двуспальную кровать. Сережа при виде кровати весь как то сжался и снова затрясся. Посадив его на край кровати, я принялся вытирать его. Сушить волосы.

— И как оказался в рабах у этого чмошника? – Мне надо было о чем-нибудь поговорить, тишина с силой била по вискам, так всегда бывало, когда мой зверь вырывался из-под контроля.

-Ме..меня родители продали – Выпалил Сережа на одном дыхании. А я удивленно уставился на парня. Как продали?

— То есть?— Сережа, тяжело вздохнув, начал рассказывать.

— Мои родители работали на того мужчину и как то раз он увидел меня с ними и попросил родителей продать мою невинность за огромные деньги, иначе он грозился пустить в ход компромат на папу, его бы обязательно посадили, а маму отдать своим людям для развлечений, а потом выгнать на улицу. Родители не хотели опускаться до такой жизни, они не хотели за меня бороться, их устраивала их сытая жизнь, и продали меня ему, получив кругленькую сумму. А он… — мальчик всхлипнул и уже тише продолжил – он говорил, что ничего делать не будет, я поверил… — у Сережи начиналась истерика. – Он, правда, ничего не делал, только смотрел на меня, иногда нюхал и облизывал, мне было страшно и противно, я захотел убежать… и он поймал меня… и… — Последнее слово я еле расслышал – Наказал.

Сережа расплакался, пряча лицо в ладошки, а я, недолго думая, выпалил:

— Хочешь забыть? – Сережа даже плакать перестал от такого заявления и вылупился на меня. Я и сам удивился тому, что только что сказал, но я мужик. Мужик сказал, мужик сделал, так что после короткого кивка, в знак согласия, я поднял мальчика и усадил себе на колени.

— Тогда Сережа, сейчас я доставлю тебе удовольствие, поэтому расслабься. Тебе может быть сначала немного неприятно, но я постараюсь не делать тебе больно. –Мальчик еще раз коротко кивнул, после чего я впился в его губы. Он от удивления распахнул глаза и попытался вырываться, но после того как я аккуратно и нежно погладил его по спине, мальчик расслабился в моих руках, предоставляя мне действовать смелее.

Повалив его на кровать, при этом ,не разрывая поцелуя, я стал гладить его тело, находя то тут, то там эрогенные зоны, от чего Сережа стонал мне в губы и выгибался навстречу. Оторвавшись от его губ и спустившись пониже к соску, я обвел его языком и стал лизать. Сережа в голос простонал и выгнулся, навстречу ласке. Я прижал его обратно к кровати. Моя левая рука начала нежно теребить соседний сосок, а правая опустилась ниже, на вставший колом член парня. Проведя пальцем сверху вниз, я был вознагражден громким стоном парня. Взяв его член в руку, я стал подрачивать, доставляя своему партнеру желанное удовольствие. Мне понадобилось немного времени, чтобы парень выгнулся и кончил мне в руку. Тяжело дыша, он смотрел на меня затуманенным взором. Его щечки покраснели, а из глаз побежали слезы. Я наклонился и слизал одну. Сережа улыбнулся и, взяв мою руку, что была в его семени, вылизал ее, а затем очень тщательно облизал мои пальцы и направил их к своему входу, краснея еще сильнее. Я не мог не подивиться такой прыткости мальчика, но не стал его разочаровывать. Прильнул к его губам, проник ему в рот языком. А в этот момент я просунул в попку мальчика один палец, Сережа застонал мне в рот, выгибаясь. К первому пальцу добавился и второй. Лицо мальчика тут же поменялось. Бровки сведены в носу, глаза зажмурены. Когда к пальцам в попке добавился еще и третий, я второй рукой стал ласкать его подрагивающий член. Сережа стонал и извивался, но глаз так и не открыл. Когда я его достаточно растянул и вытащил пальцы, я услышал вздох разочарования. Смазав себя и пристроив свой разбухший член к его входу, я не мог не заметить, как напрягся мальчик. Поэтому я нежно опустился к его лицу, облизнув его щечку и прошептав на ушко, что бы он открыл глаза. Сережа послушался и теперь его глаза цвета моря смущено на меня смотрели. Его лицо все запылало, когда он встретился с моими черными глазами. Воспользовавшись тем, что мальчик расслабился, я качнул бедрами и целиком вошел в него. Паренек болезненно застонал. Я остановился, давая партнеру привыкнуть к ощущениям, это много времени не заняло, уже через пару мгновений Сережа сам насаживался на меня. Поцеловав того в лоб и слизнув слезинку я начал двигаться. Еще мгновение, и мой член задевает простату, мальчик выгибается от удовольствия и обхватывает своими ручками меня за шею, прижимаясь ближе. Приподняв его бедра, я начал входить более грубо, Сережа отвечал мне подхлестывая и без того бешеное возбуждение. Комната заполнилась стонами. Сережа извивался в моих руках. Я массировал его соски, бродя языком по его телу. Пара глубоких толчков и Сережа встает дугой на кровати и кончает, мне хватает нескольких фрикций, чтобы излиться в него.

Вот и сейчас, пока я еду, вспоминаю, что делал с ним, неосознанно начинаю возбуждаться, но стоит только осознать, сколько ему лет и эрекция пропадает. Я чуть с кровати не слетел, когда узнал, что этому чуду всего пятнадцать. Блин, я себя педофилом теперь чувствую. Это тоже самое, что с братом сексом заниматься. Но Сережа сказал, что ему очень понравилось и он никому не расскажет. К тому же я пристроил его в банду к Лису, там он уж точно не пропадет. За своими мыслями я и не заметил, как доехал, до кофейни Марка. К моему удивлению она была закрыта. Но я буду не я, если у меня нет ключей (дубликат с Ромкиных). Открыв главную дверь, я зашел и в нос тут же ударил сильный приторно-сладкий запах, я от неожиданности даже закашлялся. Горло словно опалило. Выйдя на улицу и надышавшись свежего, после дождя воздуха, я вновь зашел стараясь на этот раз глубоко не вдыхать. Прошел к лестнице, ведущей на второй этаж, поднялся по ней. Зайдя в комнату, в которой, я так понял, была спальня, обнаружил на полу Марка. Мое сердце пропустило удар. Волосы встали дыбом. Подлетев к Марку, который, по всей видимости, потерял сознание, я перевернул того, заметив, что его лицо посерело, а сам Марк дышит через раз. Я за несколько секунда набрал номер Коли. На том конце недовольно проворчали:

— Че надо! – Гаркнул Коля. Тот не любил, когда его будят рано утром и прибывал в наихудшем расположении духа.

— Коль, помоги. Марку плохо, я когда зашел… а тут пахнет… и он лежит….— Я так нервничал, наверное, впервые. Я путался в предложениях, сам не понимая, что говорю.

-ЗАТКНИСЬ! – Да когда Коля с недосыпа ему лучше не перечить. – Заткнись, успокойся и нормально объясни.

— Я приехал к Марку, зашел, а у него пахнет приторно-сладким, ну, как в морге, помнишь, мы как— то, по-пьяни, банку с формалином пытались поджечь, чуть не сдохли, тут воняет точно также. Я побежал наверх к Марку, а он лежит без сознания. Кажется его тошнило и я….. бля, приезжайте быстрей. – Я начинал паниковать, это совсем на меня не было похоже, что же за фигня— то такая, я же только сегодня пристрелил мужика и нервы мои были совсем не к черту, а тут милый сердцу человечек еле жив. В динамиках послышалось сдавленное ругательство.

— Бля, ну почему у тебя всегда все через жопу…. Слушай сюда, если он нанюхался этой дряни, то у него может быть отравление. Там видно, чем его рвало? – Я заметил желчь и немного крови. – Короче, первое— вытащи его на улицу, ему свежий воздух нужен, если не трудно, сделай искусственное дыхание, чтобы профильтровать легкие, промой чистой водой глаза. Если у него нароешь аптечку, дай нашатырь подышать, я щас позвоню, к вам машина с оборудованием нужным приедет.
После этого он отключился, а я, подхватив Марка на руки, чуть ли не бегом помчался на улицу.

Уже там, положив Марка на свою куртку, я нарыл в машине аптечку и бутылку воды. Очистив рот от рвоты, я стал делать искусственное дыхание. Марк закашлял, вбирая легкими воздух. Нарыв в аптечке вату, я смочил ее водой и стал промывать глаза. Нашатыря практически и не потребовалось, Марк понемногу приходил в себя. Минут через десять подъехала машина. Погрузив Марка внутрь, они надели на него маску, стимулируя дыхание. Вкололи успокоительное, как я понял, и закапали чем— то глаза. Больше я не видел, чем занимались врачи, они тут же направились в больницу.

А я, позвонив брату, предупредил, что Марка увезли в больницу. Рома так перенервничал, что у него чуть истерика не началась, но я его заверил, что все будет хорошо и тот вроде отошел. Я еще недолго провозился с кофейней, проветривая все. Позже подбежал Ромка, и мы с ним на пару вымыли все с мылом. Уже ближе к часу дня мы решили отправиться домой. Звонок Коли успокоил нас. Марк шел на поправку, и уже завтра можно было к нему прийти. Мы так и решили с Ромой. Помыв еще на раз все комнаты, я, наверное, впервые так батрачил, а Ромке хоть бы хны, молодежь. Закончив, мы закрыли кофейню и поехали домой.

На следующий день, когда Ромка ушел в школу и сказал, что зайдет к Марку, я остался один. Делать все равно было нечего и после того, как я принял душ, плотно позавтракал, решил поехать в больницу. По дороге купил фруктов, одежду захватил, потому что вчера Марка увезли в пижаме. Когда я приехал в больницу, немного поболтал с Колей, тот заверил, что Марк идет на поправку, и скоро можно будет выписывать. Я не спеша направился к его палате. Тихо открыв дверь и заглянув в комнату, я увидел Марка. Его глаза были устремлены в окно, и в зеленых глазах было столько грусти и одиночества, что у меня зачесались руки подойти и обнять его. Он кусал губы, о чем— то думая, из-за чего его прекрасное лицо порой принимало неожиданные гримасы, от боли— до страха. Мое сердце бешено стучало, когда я смотрел на него. И даже когда он заметил меня, я только тихо подошел и сел, все под тем же одиноким, грустным, но каким-то хищным взглядом. Я сидел напротив него и смотрел ему прямо в зеленые глаза, в которых было столько боли и тоски.

— Хочу тебя поцеловать… – Мой голос показался мне очень громким в давящей тишине, поэтому я не сразу и понял, что только что ляпнул. На меня недоверчиво уставились зеленые глаза, а когда я извиняющее улыбнулся, тот расслабился и кивком головы показал, что согласен.
 
LiaraДата: Вторник, 24.07.2012, 21:36 | Сообщение # 12
Дайсё
Группа: Фюрер
Сообщений: 270
Репутация: 15
Статус: Offline
прочитать еще не успела, но все равно мало! еще еще еще

- 누가 방귀 꼈어?
- 난 아니야.
 
Sadako-samaДата: Вторник, 24.07.2012, 21:45 | Сообщение # 13
Тайса
Группа: Тайпсеттеры
Сообщений: 200
Репутация: 7
Статус: Offline
Глава 6

… Немного странно, когда у вас спрашивают, можно ли вас поцеловать. Сказать по — правде, я был уверен, что Женя надо мной издевается. Но глядя в его черные глаза, в их пугающую, обволакивающую нежность… И эта просящая улыбка… Почему-то пришла мысль, что я и правда хочу его поцеловать, но черт, твою мать, что я творю. Я даже не сразу осознал, что кивнул. Мое тело само подалось вперед. Наши губы были так близко, что я мог чувствовать запах его парфюма и дорогих сигарет, нотка горечи и настоящей мужской привлекательности будоражили мое воображение, лишая последних сил и воли. Я смотрел ему в его глаза, сдаваясь в плен, руша собственноручно воздвигнутые бастионы, стены моей ледяной клетки таяли перед его чувственностью и страстью. Взгляд затягивал в темный омут, кружил голову, я взлетал и падал. Сейчас его губы были так близко, что я вздрогнул, но быстро одернул себя. Нам нужен был только один рывок для того, чтобы коснуться друг друга. Но почему-то я медлил, или он?.. Женя не похож на труса, так почему же он не пытается? Словно прочитав мои мысли, Евгений прильнул к моим губам. Не страстно, а целомудренно, не стараясь толкаться вглубь, просто прикоснулся. Но даже от этого легкого касания меня словно кипятком обдало. Щеки предательски стали заливаться краской, а по спине заструился пот. Я разорвал этот поцелуй, чуть отстранившись, и проведя своим языком по его нижней губе, но, даже не закончив неожиданную ласку, встретился с его языком. Всего мгновение, и я уже в плену его жарких губ. Он полностью доминирует, я могу лишь отвечать ему, жарко, страстно. Но внезапно он резко отстраняется, а я в недоумении смотрю на него через дымку, заволакивающую мое сознание. И в ту же секунду, как в старых комедиях о не вовремя вернувшемся муже, к нам в палату запрыгивает Ромка. Он со счастливой улыбкой приближается к нам.

POV Рома

… Я влетел в палату к Марку, радуясь и одновременно беспокоясь. Еще тогда, несколько месяцев назад, увидев его, я отчетливо почувствовал, как сердце пропустило удар и начало биться в бешеном ритме. Мне хотелось проводить с ним все свое свободное время, поддерживать его в тяжелые моменты и улыбаться вместе с ним, когда он счастлив. Но в последнее время между нами начала расти стена. Она и раньше была, но сейчас стала еще больше. А еще этот маньяк. Я каждый день содрогаюсь, слыша по радио о новом трупе. Я настолько обеспокоен, что не могу спать по ночам, но все же я уверен, что Марк не примет моей помощи. Он не любит, когда о нем заботятся. Но с братом он не такой. Между ними что-то есть, я чувствую, но ничего не могу с этим поделать. И сейчас, гладя на сидящих в одной палате парней, мое сердце сжимается. Я не дурак, и понял сразу же по припухшим губам и смущенным взглядам, чем они занимались без меня, но не стану их расстраивать, я люблю Марка и не хочу, чтобы он огорчался из-за этого. Широко улыбнувшись, я всучил любимому букет лилий, он принял их, немого застенчиво мне улыбнувшись. Но даже такой незначительной улыбке я был рад. Пока брат набирал воду в вазу, я уже хотел было занять его место, как почувствовал, что в мою руку впиваются шипы. Блин, я чуть не забыл о втором подарке. Эти цветы я получил для Марка, как я понял, от его клиента.

После школы я решил заглянуть в кофейню, хоть я и знал, что не обязательно это делать. Но меня безудержно что-то к ней тянуло, наверное, чувство ответственности или простого любопытства. Я неспешным шагом брел через парк, который за несколько недель обзавелся дурной славой. Но я решил, что нападать на меня днем не будут, так что шел и насвистывал приклеившуюся ко мне мелодию из рекламы майонеза. Я шел, наслаждаясь запахом листвы, когда вдруг, внезапно, наступил на что-то мягкое, и это мягкое истошно заверещав, начало скулить. Я от такой неожиданности оступился и шлепнулся на грязный асфальт. Потирая ушибленное место, я, наконец, посмотрел на кого наступил. Этим кем— то оказался дог, вернее его хвост. Я смотрел на собаку, как на неведомую зверушку. ДОГ? Вы шутите? Эта же собака, которую хрен где найдешь, и она вот тут гуляет, ни кого не трогает? С радостным воплем я повис у обалдевшей собаки на шее. Из-за ее большого размера мне даже наклоняться сильно не пришлось. Я тискал песика, как мягкую игрушку. Пока та, наконец, оправившись от культурного шока, начала меня толкать лапами и вырывать морду. Нет— нет— нет, не на того напала, псинка. Если ты в моих руках, хрен из них выберешься. Однако, собака имела на этот счет другие планы. Она чуть приподнялась и всем своим весом меня толкнула. Я, не устояв, шлепнулся, опять же, на многострадальную пятую точку, а дог навис надо мной и принялся вылизывать мое лицо, при этом, как указкой махать своим длинным, некупированным хвостом. Теперь настала моя очередь выбираться, но не тут— то было. Собака навалилась на меня всем весом, поэтому я даже и двинутся не смог. В панике я стал кататься из стороны в сторону. Но дог воспринял это, как какую— то игру, начал весело меня толкать из стороны в сторону, не давая мне подняться. Когда я уже отчаялся и, практически, сдался под натиском дружелюбного пса, я услышал, как издалека кто-то кричит.

— Бернард, Бернард, иди кто мне, малыш. – Эти слова мне казались райской музыкой, несмотря на то, что их произносил совсем не ангел, но для меня уже не было разницы.

Истошно завопив, что бы меня смогли услышать на соседней улице, я закричал тому, кто ищет это исчадье ада:

-Эй, помогите, меня псина насилует. – Мне не пришлось долго ждать, правда, даже за это короткое время меня еще на раз успели облизать. Из-за кустов показалась растрепанная голова хозяина дога. Его рыжие волосы, стоящие ежом, сейчас напоминали гнездо, так как в эту не замысловатую прическу влезли несколько палочек. Зеленые глаза с удивлением уставились на нас. Пес счастливо залаял и, наконец, слез с меня и помчался к своему хозяину. Парень, не задумываясь, принял его в объятья, чуть ли не целуя. Я, наконец, поднялся с асфальта и, кое-как отряхнувшись, хотел было уже продолжить начатый путь, но меня остановили.

-Эй, постой. – Ко мне подбежал парень, и я с удивлением понял, что еле дохожу ему до плеча. У него было мужественное лицо с довольно резкими, даже хищными чертами, не смотря на то, что сейчас сияла по-детски широкая улыбка. – Извини, что Бернард тебя покатал, он просто слишком дружелюбный. – Я уже было приготовился обматерить его всяческими некрасивыми словами, но увидев на его лице виноватую улыбку, быстро стушевался и только и смог, что тяжело вздохнуть.
-Ничего страшного, я люблю больших собак. Рома – Я протянул руку, ее незамедлительно пожали.

— Андрей, рад с тобой познакомится. – Он чуть отстранился и, посмотрев на меня снизу в верх, что-то для себя решив, произнес – А ты милый… — И опять эта обезоруживающая улыбка, я даже возмутиться не успел -… Скажи, если ты не занят, не хочешь дойти до кофейни, здесь неподалеку, говорят там вкусное кофе готовят. – Это он, типа, меня в качестве извинения хочет напоить кофе? КОФЕ? Вот черт! Я совсем забыл, что Марк в больнице, и я сейчас к нему иду, но хотел забежать в кофейню. Черт, этот парень совсем меня из колеи выбил своей улыбочкой.

— Прости, эээ… Андрей, но сейчас я не могу.— Улыбнувшись ему в ответ, я хотел было уже попрощаться, когда вдруг он схватил меня за запястье и произнес таким отчаянным голосом, что я просто не мог не согласиться:

-Но, ты ведь сходишь со мной в следующий раз, правда? – Я оторопело покачал головой в знак согласия, и он тут же стал выпрашивать мой номер. Не особо задумываясь зачем, я на автомате его продиктовал и, извинившись, помчался в кофейню. Мне почему-то, вдруг почудилось, что, если я сейчас не появлюсь рядом с кофейней, то ее, как минимум, взорвут.

Я бежал через весь парк, сам не понимая, зачем. Уже у самого домика я остановился, переведя дух. Услышав краем уха какой то шум, я поднял голову. На крыльце кофейни стоял невысокий мужчина, он как— то подозрительно шебуршал ключами или чем-то похожим у двери. Я, тихо фигея от наглости сего субъекта, его окликнул.

— Прошу прощения, вы что-то хотите от хозяина? – Незнакомец как— то странно выпрямился и, развернувшись ко мне, посмотрел маленькими, карими глазками. У меня почему— то сразу возникла ассоциация с каким— то грызуном. Скривив рожу в улыбке тот спустился с крыльца и направился ко мне. Еще издалека я почувствовал какой— то противный запах, исходящий от него.

-Прошу прощения, молодой человек, а где хозяин кофейни? Я хотел попить кофе, а его нет. – Пока он это говорил, я своим тонким обонянием мог чувствовать зловоние из его рта. Я хотел было скривиться, но вовремя вспомнил, что это не вежливо, поэтому стоял и терпел этот тухлый запах.

-Он сейчас лежит в больнице с отравлением, поэтому некоторое время кофейня не будет работать, прошу прощения за доставленное неудобство. –Я постарался улыбнуться, но улыбка получилась какая-то кислая. Мне, определенно, не нравился этот мужчина.

— Ох, как жаль, надеюсь, ничего серьезного? – Я покачал головой, просто для того, что бы этот мужик отстал – Ну и, слава богу. Тогда вы, молодой человек, не могли бы передать ему вот эти розы. – Он достал из— за спины букет, который был завернут в старую газету. Я неохотно взял их, сделав себе зарубку, что бы по дороге купить Марку цветов. – И передать ему, что подарок его уже ждет.

Мужчина попрощался и неспешно пошел в парк, из которого я только что пришел. Я смотрел ему в спину, до тех пор пока, он не скрылся из виду. Странный мужчина. На улице не холодно, однако, он в шапке и зимнем плаще, и эти уродливые шрамы. Что-то я не припомню, чтобы к нам приходили такие. Хмыкнув про себя, и, выбрасывая мысли о мужчине из головы, я помчался в цветочный магазин. Тут внезапно меня осенило, что я не знаю, какие цветы любит Марк, да и вообще, никогда не видел, что бы у него были хоть какие-нибудь цветы. Я целый час ломал голову, решая какие же цветы купить. Остановил свой выбор на лилиях. Сам не знаю почему, просто решил, что лилии ему пойдут. И как оказалось, они ему и правда подошли. Кажется, он был рад.
Так что, когда я протянул Марку второй букет, который все это время кульком таскал под мышкой, он даже как— то растерялся. Когда же я сообщил ему, что розы передал один из клиентов, который не застал его, он сразу как— то изменился. Расслабленное тело вмиг подобралось, улыбка тут же слетела с его лица. И, казалось, все краски сошли с него. Его лицо настолько посерело, что я даже заволновался. Марка начала бить мелкая дрожь. Я, недоумевая, уставился на него? Неужели ему плохо стало? Может врача позвать?

POV Женя

Красные розы, рассыпавшиеся по всей кровати, как— то странно контрастировали с белым цветом палаты. У меня было такое ощущение, что я смотрю немое кино. Марк, словно в замедленной съемке, поднял одну из роз и резко сжал ее красный бутон. На бледном лице заиграла неистовая, сумасшедшая улыбка. Марк бессмысленным взглядом смотрел в противоположную стену, сжимая со всей силы бутон. Так сильно, что бледные пальцы стали синеть. Одним резким движением он отбросил розу в сторону. От неожиданности Ромка подпрыгнул, а у меня по спине пошли мурашки. Поставив вазу с цветами на тумбочку, я осторожно скользнул к Ромке и на ушко тому прошептал:

— Сбегай за доктором… он должен быть в ординаторской… Вставай, но только медленно.

Ромка, наверное, тоже почувствовал, что-то жуткое в окаменевшей позе Марка. Как у него бешено заблестели глаза и эти резкие движения… При желании, Марк легко бы мог переломить тоненькую шейку Роме, и я это прекрасно осознавал. Поэтому брат со стула слезал очень медленно и к двери шел также.

Когда мы остались одни, я, стараясь не производить много шума, занял место Ромки. Всматриваясь в лицо Марку, я пытался найти отголоски эмоций, но видел лишь статую. Я даже боялся к нему прикоснуться, боялся спровоцировать. Внезапно фигура дернулась, словно от оцепенения. Рука, что до этого была сжата в кулак, расслабилась. Марк судорожно вздохнул, глотая рывками воздух. На лице выступил пот, и парень провел по щеке рукой, в которой некогда зажимал цветок. На бледной щеке и лбу остались красные следы. Я в недоумении стал их рассматривать, откуда? В руке у парня вновь оказалась роза. В этот раз он держал ее словно бокал с вином. Подняв бутон к губам, он как— то задумчиво потер лепестками губы, все еще смотря в одну точку, но внезапно он заговорил. Голос у него был хриплый и немного дрожал.

— Знаешь… – Он убрал розу от губ, но все еще держал ее на том же уровне -…Я… Ненавижу Розы! – Теперь улыбка стал дикой, зеленые глаза потемнели, но он продолжил — … Особенно красные…

Вся палата наполнилась диким смехом Марка. Второй бутон вновь был сжат, в его крепких руках и выброшен. Перестав хохотать, он уставился на свою руку. Я тоже невольно стал смотреть на нее. Вся ладонь, была в красной жидкости. « Неужели поцарапался?» — Была моя первая мысль, но он не мог, ведь он держал только бутон. Отстранено смотря на руку он медленно к ней наклонился, и открыв рот, лизнул ладонь. Внутри стало жарко. Было в этом жесте, что-то эротическое, захватывающее и одновременно дикое. Слизав всю жидкость, он повернулся ко мне. Наши глаза встретились. Я неосознанно сглотнул, не прерывая нашего зрительного контакта. На лице Марка вновь появилась дикая улыбка, и он соблазнительно облизнув свои губы, медленно стал ползти ко мне. Я и осознать толком ничего не смог, как наши губы уже соединились, а его язык настойчиво пытался протолкнуться внутрь. Я позволил, и мы вновь слились в поцелуе. Но в этот раз он не был нежным, наоборот грубым, агрессивным, он хотел меня поглотить. Я сам отвечал ему тем же. Воздух уже давно закончился, а мы все целовались, я не хотел отпускать его губы, прижимал его тело все ближе. Сдавленный стон хоть немного отрезвил меня и поспешил прервать наш безумный поцелуй, танец страсти. Однако стоило нам разорвать его, как сладость тут же превратилась в отвратительный металлический привкус, словно я пил кровь. Кровь? Теперь уже я застыл. Взяв одну из роз, я смял ее, как и Марк до этого. Разжал пальцы, роза медленно осыпалась на пол, а на ладони оказалось красное пятно. Поднеся его к носу, понюхал, кровь. Лизнул языком и тут же выплюнул. Это и правда была кровь. Перевел взгляд на Марка, прося у него ответа. Но тот спокойно, облокотившись спиной о подушку, сидел с беспристрастным лицом и смотрел в окно. Словно меня тут и не было.

Быстро собрав разбросанные цветы в охапку, я поспешил выйти, ретироваться. Тут как раз подошел Коля. Он как— то обеспокоено на меня покосился. Я приставил палец к губам и поволок его подальше от палаты.

-Я вообще ничего не понял из Ромкиного лепета, что случилось-то? Объясни?

Сейчас мы стояли в тамбуре, и я без зазрения совести закурил свои любимые сигареты. Затянулся и только после этого заговорил:
-Короче, Коль. Пока у вас Марк лежит, проведи с ним вскользь тесты на психику, что-то он меня пугать начал своей реакцией. – Посмотрев на ничего не понимающего врача, я еще раз затянулся и, сунув тому кучку роз, продолжил – Вот, не знаю, как сказать, знаю только одно, в розах кровь, совсем чуть-чуть, но есть. Возьми их на анализ, возможно, она принадлежит кому-нибудь из ваших гостей в морге. – Теперь уже Коля потянулся за сигаретами и точно так же, как и я глубоко затянулся и наконец сказал:

— Откуда? – Мдя, док всегда был головастиком, сразу понял все.

— Считай, что интуиция.– Я совсем не весело хохотнул и, докурив, выбросил окурок. – Короче, док, слушай, без лишних вопросов сделай то, что я прошу, для нашего же общего блага. Этот гребаный маньяк начинает доставлять проблемы, так что от него надо избавиться. Если в цветах найдут что-то, дай мне знать первому. – Я вдохнул прохладный воздух, сейчас хоть и конец октября, но еще нет намеков на зиму.

— Ну… а что с парнем-то не так? – Решил прервать тишину док.

— Скорей всего, эта гнида… в смысле, маньяк, решил поиграть с ним. Вот, например, скажи-ка мне, Коля, ваши жертвы все были подростками: с черными волосами и, наверняка, зелеными глазами— да? – Мысль о том, что возможно, маньяк выбирает один и тот же тип, пришел мне еще тогда, когда я поближе познакомился с Марком и сравнил его внешность с данными жертв из милицейских сводок. Теперь, слушая каждый день о новом убийстве, и, сопоставляя факты, я пришел к такому выводу. А вчера еще и убедился. Правда, не до конца я разобрался в некоторых мелочах, но это как— то не важно.

-Так ты хочешь сказать, что это маньяк отравил парня? А сегодня еще и презент такой прислал. –Теперь мы уже шли к лаборатории, так как Коля тоже, прикинув в уме и сопоставив некоторые моменты, решил, что лучше все же сделать анализ.

Пообещав, что непременно займется Марком, он отправил меня домой. Так как к Марку сейчас, скорее всего, нельзя, так как, с моей же опять просьбы, ему дали снотворного, остался мне один путь— домой. Отыскав Ромку, бледного, как смерть, сидевшего в ординаторской с медсестрами, которые как курицы-наседки бегали взад— вперед, кудахча над ним. Правда, при виде меня они все из куриц превратились в ласковых кошечек, но мне сейчас было не до них. Ромку срочно надо успокоить, обогреть, обласкать и спать уложить. А то точно истерику закатит и так вон, бледный, как простыня.

Уже дома я дал ему теплого молока, на что получил ехидное замечание, что ему не пять лет, он спокойно все выпил и отправился в царство Морфея. Меня тоже стало понемногу отпускать, странно, даже не замечал, что сердце, словно в ледяных тисках находилось, однако мысли о происходящем не желали оставлять меня в покое. Громкий звонок прервал мои тяжелые думы. Я, чуть ли не матерясь на весь дом, стал рыскать по комнатам, ища этот проклятущий мобильник. Найдя его, я, даже не взглянув кто звонит, рыкнул:

— Какого хера! –Послышались какие— то шуршания, затем матерки, которые стали чуть четче. Видимо, звонивший от неожиданности выронил телефон.

— Ну, бля, и че так орать, так же и заикой стать можно. – Ехидный женский голос немного меня успокоил.
— Ленка, что надо? – Зажав телефон плечом, я стал искать сигареты. Найдя, закурил, на то, что все это время Ленка что-то тараторила, я не обратил внимания, так как это были язвительные ругательства и похабные предложения. Когда же она, наконец, успокоилась , я уже докуривал вторую сигарету.

-Короче, все я на него нарыла, можешь приходить и забирать. – Я одобрительно кивнул головой, это была единственная хорошая новость за сегодня. – Заодно расскажешь, каково это целоваться с такой прелестью. – От последнего предложения я даже поперхнулся, *баный в рот, откуда она знает?

— Заткнись, я подъеду чуть позже. – И, не дожидаясь, пока Ленка начнет верещать, я отключился. Господи, и как же я устал, что-то в последнее время преследуют меня одни неприятности. Затушив окурок, я, взяв чистую одежду, направился в душ, где, наконец-то, смог расслабиться после такого напряженного дня.


Сообщение отредактировал Sadako-sama - Вторник, 24.07.2012, 21:49
 
Sadako-samaДата: Суббота, 06.10.2012, 19:08 | Сообщение # 14
Тайса
Группа: Тайпсеттеры
Сообщений: 200
Репутация: 7
Статус: Offline
Глава 7

POV <….>


Марк, мой дорогой мальчик, ну где же ты бродишь? Я уже три дня не могу лицезреть твое прекрасное лицо. А маленькие шлюшки, которых я убиваю, не могут дать мне полной разрядки. Я хочу тебя. Этот мальчишка, что помогает тебе, и то знает гораздо больше, чем я. Я его ненавижу, он не должен быть рядом с тобой. Вокруг тебя вообще не должно быть никого кроме меня. И даже не смотря на то, что мой хозяин погиб, эта жирная свинья, ты все равно будешь моим. Скоро, совсем скоро…

POV Женя

Смешно признать, когда Ленка давала мне папку с информацией о Марке, все внутри просто дрожало. Вот только понять я так и не смог: от страха или предвкушения. Открыв серую папку, я тут же наткнулся взглядом на фотографию. На ней Марк казался совсем не таким, каким я видел его сейчас. Короткие черные волосы, нахальный взгляд зеленых глаз. В нем нет еще той хищности и пустой безнадежности, из которых был соткан его сегодняшний образ, весь его вид на фото так и говорит о том, что этот своевольный и самолюбивый мальчишка с шальной улыбкой легко набьет тебе морду за косой взгляд. Эта фотография, как оказалось, сделана, когда Марку было семнадцать, что же могло случиться с парнем за эти пять лет, чтобы из такого нахального, самоуверенного паренька стать лишь тенью былых утех и развлечений. Сейчас мне казалось, что это абсолютно разные люди, лишь случайно похожие друг на друга.

Переплеснув лист, пробежал глазами по стандартной информации. Сведения о дате и месте рождения, группа крови, характеристики из школы. Бывшие друзья, девушки. Характеристики из прокуратуры. Оказалось Марк был совсем не тихоней, а маленьким сорванцом, партнеров у него было достаточно для того, чтобы впечатлиться даже мне, а уж нарушений и того больше. Я начинал гордиться, глубоко в душе конечно, за Марка. Отметил, что у него есть семья, немного выше среднего достатка: мать, отец и брат, на четыре года старше. Ко всему прилагалось семейное фото, откуда Ленка его достала, даже спрашивать не имеет смысла. На снимке довольно милая на вид женщина, которая, со счастливой улыбкой, с крепким мужчиной обнимали двух мальчиков. Одному на вид было двенадцать, а другому— восемь. Старший мальчик улыбался также лучезарно и ярко, как и мать, а вот мальчик поменьше весь как— то сжался и с угрюмым видом смотрел в объектив.

Отложив фотографию, я еще немного полистал, но все это была каждодневная рутина, она меня не интересовала, и что бы долго с этим не засиживаться я перешел сразу к сути. На последних страницах была прикреплена небольшая фотография, видимо сделанная тайно от хозяина, так как человек на ней не смотрел в кадр. На фотографии был запечатлен невысокий парнишка, с копной рыжих волос. Он с наслаждением сосал чупа-чупс, о чем— то щебеча с соседом, который в кадр не попал. Паренек был довольно симпатичный, я таких еще не встречал. Кукольное личико, большие глаза, пухленькие губы и аккуратный нос. Под фотографией было написано:

Смайлов Май Анатольевич.

Родился ….

Я довольно внимательно прочитал информацию об этом парне, не совсем понимая, почему он затесался в информацию о Марке, но когда мой взгляд наткнулся на слово « ИЗНАСИЛОВАН», я, невольно еще раз прочитал это предложение.

<Смайлов Май Анатольевич … числа, был изнасилован Сахаровым Марком Олеговичем, в ходе чего… >

Дальше буквы словно не хотели собираться в слова, и я ни как не мог понять их суть. Поэтому обратился к Ленке, которая все это время спокойно курила в соседнем кресле.

— Слушай, Лен, а что там с изнасилованием парня? – Она удивлено на меня посмотрела, но комментировать мои пробуксовки в сознании не стала.

— Да этот рыжий паренек, походу, его зацепил, и Марк хотел с ним встречаться, или что-то типа того, то ли к сексу принуждать, в подробности не лазила, а он, в смысле парнишка, влюблен был в его брата, и тот ему взаимностью отвечал. Ну, видимо, Марк такого не пережил и парня изнасиловал. Сейчас точно не знаю, что с ними всеми, дальше я не искала про них. Потом там, в документах речь идет о том, как Марк брал ссуду и до сих пор не выплатил, между прочим. Кстати, у того свиномордого брал, которого ты пристрелил недавно. Обрадуй паренька тем, что платить ему некому. – Ленка еще что-то вещала, но я ее слушал уже в пол— уха. Значит, наш Марк когда— то изнасиловал парня, хм… занятно. Конечно, я со многими знаком, кто таким увлекается, типа садо-мазо и иже с ними, поэтому меня это не удивило, даже, наоборот, все части головоломки странного поведения парня сошлись. Теперь я понял, почему Марк изменился. Либо ему пригрозили, либо еще что, но парень решил себя сдерживать и, уехав от семьи и друзей, живет один. Ну что ж, ничего такого уж страшного, на мой извращенный криминальный взгляд, я не заметил, парень практически ангелочек, к тому же, раз он осознал всю тяжесть преступления, значит и дальше будет себя сдерживать. То, что Ромке ничего не грозит, я знал с самого начала, ну а теперь я даже и сомневаться не буду. Остался только еще один момент -… а потом мы видели, как мужик выходит из его дома и…— Что? Бля, я пропустил.

— Стой, погоди минутку, какой мужик? – Ленка нервно и раздраженно на меня зыркнула.

— Ну так я и говорю, что в последнее время было замечено, как какой— то мужик ошивается вокруг кофейни, но лица так и не получилось разглядеть, так как он в плаще был и шляпа на голове, могу только сказать, что у него рыжие волосы и он маленького роста и все, а еще, кажется, он немного упитан, так что, ну не знаю даже, может это кто из его клиентов… Э, Жень, ты меня слушаешь?

Нет, я ее нифига не слушал, почему— то рыжие волосы и низенький рост сразу навели меня на мысль о том пареньке. Открыв опять же страницу со снимком, присмотрелся. Ну вот, точно же. Маленький рост и рыжие волосы. Что там еще Ленка говорила? Толстый кажется. Но на фотографии не видно телосложение. Но если ест сладкое, значит должен быть пухленьким.

— Слышь, Лен, а как паренек этот выглядит, со снимка? – Я показал на снимок парня. Ленка минуту поколебалась, а затем произнесла:

— Я не знаю, если честно, фотографию не я делала, так что сказать точно не могу. – Бля, херово, но у меня, получается, есть все основания подозревать парня, хоть на фотографии он и выглядит счастливым, что ему мешает отомстить? Может, все же он? Но у меня такое ощущение, что я могу ошибаться, но все же, большинство фактов указывает на него. Низенький, рыжие волосы, если любит сладкое, то, наверное, немного упитан, был изнасилован Марком. Тут может быть один единственный мотив— отомстить. Как— то непривычно засосало под ложечкой, словно я думаю не на того, но я уже совсем отчаялся, вспомнив, как еще недавно вел себя Марк. Кажется, его не хило напугали и на нервах попрыгали. К тому же все те молодые люди, которые убиты. АААА… Черт, у меня уже башка пухнет.

— Короче, Лен, досье уничтожь, я с ним ознакомился и ничего интересного, почти, не нашел, так что… — Я достал из кейса нужную сумму и бросил ее Ленке. – Вот твоя плата, если хочешь, можешь пересчитать, а я пошел домой, что-то день сегодня был тяжелый, так что оревуар.

Помахав ей рукой, я скрылся за дверью, уже предвкушая долгий сон в своей мягкой кровати.

POV Ромка

Из забвения в сладких снах меня вывел противный писк мобильного телефона. Я, не вылезая из-под теплого одеяла и подушек, которые ворохом лежали на мне, потянулся к телефону. Сейчас я больше всего был похож на гусеницу, а одеяло было моим коконом. Кое— как дотянувшись до телефона, быстро юркнул обратно в теплое гнездышко из одеяла и, даже не разлепляя глаз, нажал прием, и приготовился слушать. Ответом мне был веселый жизнерадостный голос, который так и лучился оптимизмом. Я по натуре тоже не был угрюмым человеком, даже очень активным и позитивным, но когда тебя будят, ни свет, ни заря, во мне поднимается бешеный хомячок, которому так и хочется перегрызть разбудившему горло.

— Проснись и пой Ромааааа… Кто рано, встает тому бог в харю не дает, ну Рооомаааа! – Не выдержав такой напор словесного поноса, в сопровождении с дебильным смехом, я постарался, как это обычно делает мой брат, и гавкнул, правда, больше было похоже на писк:

— Заткнись! Кто такой, че надо? – Я, правда, не понимал, что надо этому человеку, однако, его голос был мне смутно знаком.

-Ну здрасти, я ваш валенок, ты что? Мы же вчера с тобой встретились, и я понял, что ты— любовь всей моей жизни. – После этого пошли смешки и человек продолжил – Я так хотел встретиться со своим ангелом, а он даже меня не узнал. – Голос в трубке театрально всхлипнул и уже грустно продолжил. – Значит, поматросил и бросил, да? – Ну все, это была последняя капля. Уже полностью проснувшись от всего этого словарного поноса с продресью, я спросил:

— Какого хрена, какой бросил, какой матросил, ты вообще о чем? Ты номером— то не ошибся, приятель, а? Дать номерок психушки? Я тебе даже машину вызову, по доброте своей душевной. — Я мило улыбнулся. Да, у меня сегодня радость, я сегодня сделал гадость. Пока это недоразумение в ахуе поднимало челюсть, я тихо хихикал в кулак. Но я явно недооценил своего оппонента. В трубку горестно вздохнули и даже всхлипнули:

— Нет, Бернард, ты посмотри на него. Я тут, значит, в любви ему признаюсь, а он посылает меня в желтый дом, еще и машину рвется вызвать. – Это явно он сейчас не со мной говорил, но следующее предложение было явно обращено ко мне – Прелесть моя, ну как же так можно – все еще театрально изображая голос побитой собаки, начал мой собеседник. – Ты же обещал мне свидание и свой первый поцелуй, а как же твоя девственность? Ведь я так грезил ее получить.

Не знаю от чего, но я начал краснеть, вот просто ни с того ни сего. На лице появилась улыбка, я уже давно узнал и вспомнил говорившего, но припираться мне с ним понравилось, да, к тому же, мое настроение поднялось. Видимо, почувствовав мое изменение в настроении, собеседник уже вполне нормальным голосом продолжил:

— Ну ладно, Ром, пошли гулять. Бернарду ты очень понравился, и он рвется тебя найти и облизать. Пошли, я зачту это за свидание. – Пропел последний аргумент голосом искусителя мой будильник. И, не выдержав, засмеялся со мной на пару.
— Господи, Андрей, ну что за взрыв мозга ты мне устроил с самого утра? – сквозь смех спросил я.

— Ничего я не устраивал, ты сам начал.— Таким же веселым голосом отвечал он мне. Отсмеявшись и утерев ладошкой слезы, я уже спокойно спросил:

— Подождешь меня немного? Я еще в кровати, скажи, куда мне прийти, я минут через тридцать подойду.— Андрей согласился и уже через минуту, попрощавшись ,я помчался в ванную умываться. Мои волосы, как обычно, были похожи на гнездо для галок, поэтому, чтобы хоть как-то их привести в нормальное состояние, пришлось намочить голову, правда, это не сильно помогло, так как волосы теперь стали завиваться на кончиках, а после того, как я их высушил, они вновь торчали в разные стороны. Плюнув на них, в школу не надо, никто нотаций читать не будет, я быстренько запихал хлеб в тостер, а сам полез в холодильник. Найдя вишневое варенье, я со счастливой мордашкой дождался, когда тостер дзинкнет и выдаст мне поджаристый хлеб. С удовольствием намазал на него масла, а затем и варенье. Заварил себе кофе. Жизнь прекрасна.
На звук и запахи, исходящие с кухни, выполз сонный брат. Сейчас у него был такой же шухер на голове, как и у меня. Он, все еще пребывая в полусонном состоянии, отобрал у меня второй тост и налил себе кофе.

— Что-то ты, Ром рано проснулся, куда— то собираешься? – Спросил брат, вонзаясь в мой тост зубами.
-Ага, с другом решили погулять. Все равно у меня каникулы с завтрашнего дня, так что, почему бы и нет. – Я допил свой кофе и направился в коридор, где откопав в груде обуви свои старые кеды, напялил их на себя. Брат тоже увязался за мной. Все еще стоял в одних домашних штанах и, жуя мой тост, наблюдал за тем, как я одеваюсь, проверяя, все ли взял. Уже когда я выходил, брат мне в спину крикнул:

— Вы, Ромка, только смотрите, того…. Предохраняйтесь. –От такого заявления я поперхнулся воздухом и посмотрел на брата, который, все еще с насмешкой взирал на меня.

— Непременно, братик, непременно. – Я лукаво улыбнулся ему, видимо Женька такого не ожидал, потому что кофе, которое он решил пригубить, сразу попало не в то горло, и он закашлял, захлебнувшись горяченьким. Я не стал ждать, пока мой брат придет в себя и что-нибудь на это ответит. Я и так уже опаздывал, так что, закрыв дверь, помчался со всех ног в парк, в котором мы решили встретиться.

Когда до нужного места оставалось несколько метров, я спиной почувствовал, что меня просто прожигают взглядом. Я медленно повернулся и увидел ЕГО. Он стоял передо мной, щуря свои глаза, а его зверский оскал приводил меня в дрожь. Я начал пятиться от него в надежде избежать самого страшного. Он, заметив мой маневр, помчался за мной. Издав крик ужаса, я уже со всех ног, изо всех сил бежал к месту встречи, в надежде, что успею увидеть Андрея, он бы помог мне. Внезапно я запнулся об корень, выползший на асфальт, и упал, отпружинив руками, я перекатился на спину. Он тут же прижал меня к холодному асфальту. Я с ужасом смотрел в его глаза, молясь всем богам, чтобы остаться в живых и увидеть хоть еще раз брата и Марка. Он медленно наклонился к моему лицу, и я в ужасе закрыл глаза, молясь, что бы он закончил быстрее. Он открыл свою пасть и, высунув свой длинный язык, облизал мне все лицо. Я задержал дыхание, чтобы не чувствовать его мерзкий запах.

Внезапно я услышал знакомый мне голос, но я не мог разлепить свои губы. Если бы я это сделал, его мерзкий язык обязательно бы забрался внутрь. Голос Андрея приближался и я понял, что сейчас он обязательно выползет из кустов и спасет меня, непременно. Его рыжая макушка показалась из-за листвы, и он во все глаза уставился на нас, заорав:

-Твою мать, Бернард, я первый хотел обслюнявить Ромку!
Дог приветливо гавкнул хозяину и, замотав своим длинным хвостом, продолжил вылизывать мне лицо. И я, в очередной раз, подумал, а стоило ли умываться. Наблюдая за моим скривившимся лицом, Андрей засмеялся и попытался оттолкнуть Бернарда, но тот ни в какую не хотел от меня отлепляться. Отрыв небольшую палку, парень помотал ее перед носом пса, тот с оживлением гавкнул. Андрей бросил снаряд, и Бернард со скоростью пули слетел с меня. Все еще смеясь, Андрей помог мне подняться.

— Блин, Андрей, я с твоей собакой заикой стану.— Отряхнув от грязи штаны и кофту, я достал салфетки, предусмотрительно которые захватил. Бернард уже во всю грыз палку, что пульнул хозяин, и я мог свободно вздохнуть.

POV Марк

Ранее утро, у меня уже вошло в привычку просыпаться спозаранку. Ромка еще насколько раз приходил ко мне, но цветы старался не носить. Я, отчасти, его понимал, наверное, жутко было смотреть на меня. Я даже не до конца помню, что делал и что говорил. Просто помню, как смотрел в окно и все. Очнулся уже, когда за окном вечерело, а доктор лично пришел со мной пообщаться. Он порой задавал странные наводящие вопросы, но если я что-то не знал, так и говорил. И это продолжалось каждый день. Сейчас от нечего делать, я читал какой-то журнал, про цветоводство и, как ни странно, он меня зацепил. Завтра или послезавтра меня должны были уже выписать.
Когда дверь в мою палату открылась, я не сразу обратил на вошедших внимание, лишь краем глаза зацепился за маленькую рыжую фигуру, и именно тогда, я и поднял взгляд. И не веря собственным глазам, ошарашено смотрел на посетителей.

-Вы…?
 
Sadako-samaДата: Суббота, 06.10.2012, 19:09 | Сообщение # 15
Тайса
Группа: Тайпсеттеры
Сообщений: 200
Репутация: 7
Статус: Offline
Глава 8

POV Жени


У меня такое ощущение, что против меня замышляют заговор. Даже мой милый маленький Ромочка совсем забил на меня, когда нашел себе парня. В печали, я глушил горе невкусным кофе, отчаянно пытаясь загубить желудок. После прочтения информации на Марка я много нового узнал о нём, но, в принципе, если сравнивать с моей биографией, он все еще белый и пушистый. Марк не идеален, хотя когда это меня останавливало? Опять проснулась жалость к себе. Задумчиво пуская сигаретный дым в потолок, я внутренне пытался осадить отчаянный порыв установить слежку за Ромкой. Мне совсем не нравилось, что я не знаю, куда он уходит. Мои размышления прервал менеджер ресторана, нервно вытерев пот со лба, он обратился ко мне:

— Прошу прощения, господин Айгуров (это моя фамилия, если вы не поняли), вас просят к телефону. Это ваш знакомый из больницы. – Накинув на себя маску «Биг босс», я притворно неторопливо пошел к телефону. Бедные официанты шарахались от меня в стороны, такое у меня было выражение на лице. Взяв трубку, я приготовился слушать, хоть и понятия не имел, кто звонит, если Коля то на мобилку бы позвонил, а кто еще из больницы… Марк?

-Да я слушаю! – На другом проводе кашлянули.

— Женя! Твою мать! Какого хрена на звонки не отвечаешь! Я тебе уже битый час трезвоню на трубку! – Мда, все оказалось до банального просто, я по рассеянности забыл телефон дома, не удивительно, что док так на меня орет.

— Ну, прости, прости, Коль, что хотел-то? Что-то срочное? Как Марк? – Беспокойство волной накрывало меня, что могло произойти такого, чтобы Коля меня даже в ресторане нашел.

— Да не волнуйся ты так, ничего с твоим мальчишкой не случилось, даже наоборот, короче че я те звоню то, тут к нему родственники приехали, я думал, ты заинтересуешься… — Помедлив, он продолжил. — Они минут пять, как зарегистрировались, и зашли к нему в палату. Я пока не заходил, не знаю, что там и как.

Впав в ступор, я стал гипнотизировать стену, а Коля, расценив мое молчание, как желание услышать подробный отчет, продолжил:
– Короче, если хочешь с ними познакомиться, приезжай – сказал он и повесил трубку, а я еще минут пять тупил, пытаясь уловить смысл сказанного, а когда, наконец, до меня дошло…

Я вылетел из ресторана, попросив записать на мой счет все что я съел и выпил. Сев за руль, привёл мысли в относительный порядок, по мере возможности, и помчался в больницу, проклиная того, кто придумал светофоры и внедрил их в жизнь обывателей. Они, словно сговорившись, всегда показывали красный. Когда я, наконец, подъехал к больнице, то был настолько на взводе, что даже не соизволил остановиться у регистратуры. А зачем? Как можно забыть такую прелесть, как я? Поднявшись на третий этаж и встав перед дверью в палату, я еще минуту постоял, приводя сбившиеся дыхание к норме. Пригладив волосы, и глубоко вздохнув, я постучал, и, услышав разрешение войти, открыл дверь. На меня уставились три пары любопытных глаз. Я затормозил в дверях. Вторая пара зеленых, таких же, как Марка глаз, просвечивала меня словно рентгеном, взгляд был хищным и опасным, он завораживал и гипнотизировал, было ощущение, словно я попал под чары змеи, смотрящей в глаза своей жертвы, меня это напрягло. Пауза явно затянулась, зрительный контакт жертвы и хищника, был прерван негромким ровным голосом.

— Кто вы? — Я перевел взгляд на задавшего вопрос и поперхнулся про себя. Это был тот парень на фото из досье Марка… Май кажется… Но разве не его Марк… Поразмыслить мне не дали, в поток моих мыслей вмешался Марк:

— Это Женя, мой, э… «друг» – последнее слово он видимо выделил для меня. Решив подыграть Марку, я мысленно расслабился, и, протянув руку парню с зелеными глазами, сказал:

— Приятно познакомиться, Евгений – глаза тут же потеплели и смягчились. Парень улыбнулся мне, и, сжав мою руку, представился:
— Меня зовут Эдуард, можешь звать меня Эд, а рыжий парень, он мотнул головой в сторону вышеупомянутого, Май. – Я наклонил голову в знак приветствия, рыжий парнишка, с интересом рассматривающий меня, улыбнулся в ответ. Май был весьма симпатичен, даже слишком, я бы сказал смазлив. Я откровенно рассматривал человека, о котором так много узнал в последнее время, оценивая его внешние данные в реале. Видимо мое разглядывание заметили, потому что губы сошлись в лукавой улыбке, а бледно-серые глаза хитро сузились, оценивая, в них мелькнуло что-то опасное.

Пока братья тихо о чем-то говорили, я присел у окна и задумчиво рассматривал улицу. Май перелез через кровать, заглянул мне в глаза и спросил:

— Вы точно с Марком просто друзья? – Я насторожился, это вопрос с подвохом или это я такой мнительный:

— Марк мне нравится, но думаю, он этого не понимает – сказал я и тут же пожалел об этом. И зачем я это сказал? Хорошо хоть братья меня не слышат. Вот черт, глядя в эти серебряные глаза, невозможно лукавить. В ответ Май расплылся в широкой улыбке:

— Я так и подумал – сказал Май, тяжело вздохнув, быстро кинул на Марка взгляд и повернулся снова ко мне. – И ничего удивительного, что он не понимает. Этот парень, как пень, хоть сотню раз постучи, грибов он вам не выдаст. – Странное сравнение, а вообще парнишка интересный и, кажется, совсем не глупый.

-И как же мне получить от него грибы? Если он пень? – заинтересованно спросил я, может, хоть этот парень поможет мне. Странно, Марк же его изнасиловал, а он приехал, сидит и спокойно разговаривает со мной в его палате. А у паренька стальные нервы, не сломался после всего этого, начинаю уважать его.

-А вы как думаете? – неожиданный вопрос застал врасплох.

-Эээ… — многообещающее начало. – Может посадить эти грибы у пня? – Выдал я первое, что пришло на ум, заливаясь про себя краской, бредовее чуши я не слышал. Май, скептически смерив меня взглядом, тяжело вздохнул и, посерьезнев, продолжил:

— Вы производите впечатление не глупого человека. И я... смеял надеяться, вы будете пооригинальнее. Есть в вас что-то… — А у парня просто глаз алмаз, ептить, че делать? – Ладно, не буду лезть вам в душу, но если вы любите Марка, я прощу вас, даже если вы окажетесь мафиози – Бля, он что экстрасенс, я попытался отодвинуться подальше, парень, заметив мой маневр, хитро усмехнулся. – Так вот, господин мафиози, лучше скрывайтесь за своими масками. – Смайлов Май, я теперь точно уважаю тебя, и, может быть, даже немного боюсь, так быстро раскрыть все мои тайны, кто же ты, блин, такой? Может правда экстрасенс? Видимо последний вопрос отразился на моем лице, потому что Май хищно улыбнулся. – Нет, я не экстрасенс, я просто умею наблюдать за людьми, и учусь на психолога. – Я про себя содрогнулся, он, что всех так видит насквозь!!! – Нусь, вернемся к первоначальному вопросу? Как нам получить грибы? – Я вопросительно приподнял бровь, призывая его продолжить. – Это очень просто, когда пень пустой, его достаточно один раз хорошенько пнуть, что бы он развалился. Ну а грибы, естественно, после этого сами появятся. Теперь, я надеюсь, вы поняли, что вам делать?

— Надо встряхнуть Марка, окружить его заботой и он понемногу оттает? – я вопросительно взглянул на него. Эти психологические пеньки и грибы уже вынесли мне мозг. А Май, рассмеявшись, добавил:

— Это как капучино, пускай правильно сварено, с нежной молочной пенкой и сверху посыпано корицей, но вкус может быть отвратительным, если напиток не будет горячим. Это к тому, что Марка не достаточно завалить подарками и комплиментами, надо просто помочь ему открыться, вылезти из того подземелья, в которое он себя определил, научить вновь любить и доверять. Думаю, самое сложное вы уже сделали интуитивно, возможно хватит и того, чтобы он высказался или даже поплакал. Ну, а дальше уже решайте сами, как поступать.
Короче, я в глубоком шоке, и мой мозг помахал ручкой. Я все еще убежден, что этот парень обладает паранормальными способностями, экстрасенс, блин, я вам говорю стопудово. Наше шушуканье прервал негромкий оклик Эда:

-Май, не смущай там человека, а то я тебя знаю, за пять минут мозг вынесешь – сказано было строго, но глаза улыбались, когда он смотрел на свое рыжее чудо. Май, громко хмыкнув, отвернулся, мол, я первый нашел, значит можно. Не знаю почему, но я улыбался. Впервые в душе возникло чувство абсолютной гармонии, которое отразилось на лице расслабленной мягкой улыбкой. Марк, заметив это, потупил взгляд и на его щеках появился едва заметный смущенный румянец. Глядя на него, я все больше и больше понимал, что попал, причем конкретно. Никогда не испытывал ничего подобного — сердце забилось галопом, в висках забили отбойные молотки, а внизу живота сотни бабочек взмахнули своими невесомыми крылышками. Только невероятным усилием воли удалось подавить предательский румянец, который так и норовил выдать меня с потрохами.

Эд и Май, еще немного посидев, ретировались. Когда дверь за ними закрылась, я впервые почувствовал себя беспомощным. Собравшись с мыслями, я, присев на кровать к Марку, заглянул в эти два бездонных зеленых озерца, в них была просто буря эмоций. В этот момент я впервые пожалел, что не умею читать мысли. Стоило, только нашим глазам встретиться, как щеки Марка озарил красивый пунцовый румянец, а мне сразу же стало жарко, поспешно ослабив галстук, я жадно сглотнул. Так мы и сидели, молча, никто не хотел нарушать трогательную тишину. Марк нервничал, он то и дело сжимая простынь. Тишина начала неприятно давить, и я решил первым ее нарушить.
— Марк, — он весь напрягся в ожидании. — Когда тебя выписывают? – Знаю, что вопрос ни к месту, да и вообще, я хотел спросить совсем о другом. Марк разочаровано выдохнул, это поставило меня в тупик, и я удивленно приподнял бровь. Марк, заметив мою растерянность, поспешил исправиться:

— Да нет, это… — пауза затягивалась, а Марк нахмурился, словно вспоминая. – О, точно, завтра вроде, но мне бы хотелось сегодня, но, вряд ли, не отпустят. — Грусть на его лице была такой трогательной, что я не смог удержаться, и, взяв его за руку, притянул к себе, заключая в объятья. От неожиданности вздрогнув, он попытался было высвободиться, но я не позволил, лишь сильней прижимая его к себе. Сопротивление тут же прекратилось, и Марк уже сам стал ко мне жаться, словно я был его единственным спасательным кругом в пучине бушующего моря. Он спрятал свое лицо у меня на груди, и, наверняка, мог слышать, как бешено стучит сердце. Внезапно, мою руку сильно сжали, было больно, но я не стал ее отдергивать, Марк, словно почувствовав, немного ослабил хватку, но руки так и не отпустил. Ужасно захотелось, пожалеть его, дать ему всю свою ласку и нежность, я стал медленно гладить Марка по голове, нежно целуя макушку, лоб, закрытые веки, щеки. Вдруг Марк несколько отстранился, и, подняв на меня взгляд, потянулся к моим губам и нежно коснулся их своими, я тут же страстно ответил ему, крепче прижимая к себе желанное тело. Мой член призывно затвердел, руки Марка обвили мою шею, пальцы ухватились за волосы. Мы страстно целовались, языки сплетались в невероятном танце. Марк простонал мне в рот и, это еще больше возбудило меня. Теперь скрывать возбуждение не представлялось возможным. Марк, заметив мой стояк, потянулся было к ширинке брюк, но я резко высвободился и отстранился. В несколько шагов дошел до двери и вылетел в нее, как ошпаренный, на ходу бросил через плечо:

-Я сейчас!

Я помчался в туалет для персонала, молясь, что бы мне никто не встретился по дороге.

POV Марк

Когда ко мне в палату зашли Эд и Май, я так обрадовался. Не то, чтобы я чувствовал себя одиноким, ко мне часто забегал Ромка, да и Женька зачастил, но все же, когда к тебе приходят родственники, это лучше. Эд — мой брат, и пускай раньше наши отношения были далеки от идеала, сейчас я был рад ему. Все вокруг считали его идеалом, нас всегда сравнивали, а родители еще и говорили равняться на него. Раньше меня это бесило, и я пытался делать все, чтобы не быть похожим на него, но, в конце концов, пришло осознание того, что я веду себя, как идиот. Глаза мне открыл Май. Я знаю, что причинил ему боль, чувство вины до конца моих дней немым укором будет жить в глубине моего сознания, но я просто не мог простить его тогда за то, что он выбрал моего брата, а не меня. Пять лет назад, ненависть и любовь к Маю сплелись в причудливом коктейле у меня в душе. С тех пор я сильно изменился, впрочем, как и ребята. Теперь Эд еще привлекательней, чем раньше, взгляд зеленых глаз стал хищным и опасным. Я уверен, что теперь, когда у него есть свой собственный бизнес, его побаиваются не только рабочие. А вот Май, наоборот, внешне стал выглядеть еще более беззащитным и хрупким, но это только на первый взгляд. Зная, как он может вить веревки из моего брата, язык как-то не поворачивался назвать из этих двоих Мая более маленьким и хрупким, пожалуй, он как раз более опасен.

Появление Жени, стало для меня неожиданностью, словно он специально ждал их приезда, желая познакомиться, но ведь это не так? Или может? Порой поведение Жени ставило меня в тупик, он всегда оказывался там, где его меньше всего ожидали. Не знаю, может у меня паранойя. Или это просто страх сблизиться. Каждый раз, когда я вижу его, мое сердце, как шальное, начинает биться об ребра, я хочу оказаться в его объятьях, почувствовать вкус его горячих губ.

После его прихода, я практически перестал слушать брата, косясь на тихо разговаривающих о чем-то Мая и Женю. Сердце непривычно заныло, я вдруг осознал, что ревную его. Брат заметив, как я изменился с появлением Жени, прихватив Мая, ретировался. Когда мы остались вдвоем, мое сердце так громко стучало, что мне казалось его слышно за дверью. Жаркий взгляд Жени просто пригвоздил меня к кровати, мысли стали путаться, прилив крови к щекам окончательно выдал мое смущение и беспомощность. Поэтому когда меня спросили о выписке, я не сразу понял смысл вопроса, и, обматерив себя, стал судорожно вспоминать разговор с доктором. Внезапно оказавшись в его таких желанных объятьях, я думал меня удар хватит, на минуту показалось, что сердце остановилось, а затем поскакало галопом, в паху заныло. Такое со мной впервые, ничего подобного я раньше не испытывал, даже Май меня возбуждал не так сильно.

Я вынырнул из раздумий, только когда почувствовал, что мой лоб и лицо обжигают горячими поцелуями, поддавшись внутреннему порыву, я прильнул к его губам. Мое состояние было близко к предобморочному, когда я заметил женин стояк. Я было потянулся к ширинке, но внезапно Женя от меня отскочил, как от огня, и тут же вылетел из палаты. Я непонимающе смотрел на дверь и хлопал глазами. Он что, бросил меня? Стало жутко обидно, на глазах навернулись слезы, опустив голову и закусив губу, чтобы не завыть в голос, я поддался этой минутной слабости — по щекам побежали горячие капли. Не знаю, сколько я так сидел, но слезы упорно не хотели останавливаться, грудь сдавило. Я не заметил, как дверь в палату открылась, и я уже нахожусь не один, но когда меня сгребли в охапку, я просто не смог это проигнорировать. Возмущено ахнув, я хотел было вырваться, но не тут-то было, сдавили, так, что я даже и дернуться, то не мог. Мое лицо обхватили горячие руки, и я, сквозь пелену слез, заплаканными глазами уставился на обеспокоенного Женю. Неужели он уже вернулся? Неожиданно пришло облегчение, значит, он меня не бросил. Захотелось рассмеяться, но вместо этого слезы из глаз полились с новой силой от радости.

Женя удивлено на меня уставился. Наверное, видок у меня еще тот — на лице дебильная улыбка, мокрые щеки и опухшие глаза.

— Что случилось, Марк? У тебя что-то болит? – Его встревоженный голос был охрипшим. Я не смог ответить, и лишь улыбаясь, покачал головой. Он прижал меня, а когда отстранился, то стал слизывать слезинки, что все еще мокрыми дорожками бежали по щекам. – Что же тогда случилось? Что заставило тебя плакать? – Я хотел ответить, но в горле застрял противный ком, не давая мне произнести и звука. Но он словно поняв, что я хотел сказать, стал извиняться. – Прости меня Марк, я знаю, что я идиот. Бросить тебя тут, ничего не сказав… Я… я просто баран, я знаю. Марк я очень люблю тебя, ну, не плач же, пожалуйста. – Он смотрел на меня котошрековскими глазами, а я мог лишь плакать. Это впервые, когда я чувствовал себя так легко и свободно, тяжелый груз упал с плеч, словно он разбил все мои замки и порвал все цепи, которыми я опутал себя.

Прижавшись к нему всем телом, я жадно вдыхал его аромат, пахло сигаретным дымом и вареньем. Странное сочетание. Я рассмеялся, впервые так легко и непринужденно. Женя тоже улыбался, он и сам, кажется, понял, что пробился и был счастлив этому. Не знаю, сколько мы так просидели, но когда я, наконец, пришел в себя на улице был уже вечер. Отстранившись, я посмотрел на недовольного Женю, который совсем неохотно выпустив меня из своих объятий, был похож на кота, у которого отняли мышку. Улыбки озарили наши лица практически одновременно. Прильнув к его губам буквально на мгновение, я отстранился и шепотом, практически одними губами произнес:

— Люблю…
 
Sadako-samaДата: Суббота, 06.10.2012, 19:11 | Сообщение # 16
Тайса
Группа: Тайпсеттеры
Сообщений: 200
Репутация: 7
Статус: Offline
Глава 9

POV <…>


Я сижу в каком-то замшелом баре, и пью дешевый виски. Мне еще никогда не было так погано. Марк, мой маленький вороненок, вместо меня выбрал какого-то придурка с широким кошельком. Я видел их, когда они выходили из больницы, шли под ручку, как парочка, суки. Этот замшелый пидарас посмел посягнуть на то, что принадлежит мне. Как же мне хочется убить, а потом расчленить его и дарить любимому кусочек за кусочком. Пусть он каждый день знает, как же я его люблю. Никогда не позволю ему отдаваться другому мужчине. Кажется, я знаю, как отомстить этому ублюдку. У него есть младший брат, такой милый маленький зверек. Я хочу поиграть с ним, он не такой, как другие, и его глаза не так красивы, как у остальных, но мне все равно будет приятно, когда я трахну его, когда буду отрезать от этого маленького «чуда» по кусочку и отсылать его по частям брату…

Улыбнувшись своим мыслям, я допил очередной бокал, расплатился и вышел. На улице было достаточно прохладно, в конце концов, начало ноября и скоро выпадет снег. Поплотнее укутавшись , я скрылся в темном переулке…

POV Рома

Я проснулся от внезапного приступа удушья, еле разлепив глаза со сна, я понял, что из-под двери валит дым. Глаза, которые тут же начали слезиться, и кашель, пробиравший до самых почек, накрыли меня. Вскочив с кровати, я помчался в ванную, благо она была сразу в моей же комнате. Резкими движениями, сдернув с себя верх пижамы, намочил его и заткнул щель между дверью и полом. Затем быстро умылся — глаза слезиться перестали, но кашель не хотел отпускать. По спине бегали мурашки от осознания того, что бы со мной стало, если бы я не проснулся. Если огонь достиг моей комнаты на втором этаже, значит, противопожарка не сработала, хреново.

Господи, зачем я так настаивал на оконных решетках? Блядь, что же делать? Паника накрыла с головой, я просто не представлял, что делать. Мозг выдавал одну единственную команду — «успокойся». Дав себе пощечину, я немного пришел в себя, но лишь немного. Мысли лихорадочно скакали в голове… Надо позвонить…

Вся комната уже наполнилась едким дымом, и я просто боялся открывать дверь, надо найти мобильник. Где же он? Я стал практически вслепую лазить по комнате. Хвала тебе господи, он нашелся на тумбочке, как и обычно. Схватив его, я вновь помчался в ванную, захлопнув дверь, быстрыми движениями набрал 03 и напряженно стал слушать гудки. И вот, наконец, мне, ответил усталый голос:

— Служба спасения, оператор Елена, здравствуйте. Слушаю вас.

— Помогите! Тут пожар! Горим! – В трубке напряженно молчали, че за нахер!

— Молодой человек, прекратите баловаться. Все звонки в службу спасения записываются, я передам запись разговора в полицию, и вы будете оштрафованы. — Голос абсолютно не выражал никаких эмоций. Я аж подавился воздухом от возмущения, че эта дура несет?

— Да срал я, куда и чего вы там передадите. У меня тут дом горит. Блять, если вы через пять минут не будете у моего дома, я нахер вас засужу, если выживу. – Видимо мой крик вкупе с истерикой немного отрезвили дуру на том конце провода, потому что мне ответил собранный и серьезный голос:

— Диктуйте адрес, но если… — внезапно телефон предательски пикнул и отключился. Я непонимающе уставился на мобильник, но, тот как, ни в чем не бывало, во весь экран показывал фотку Марка на заставке. Набрав еще раз 03, я услышал в трубке механический голос, который сообщал, что на счету не хватает средств.(Народ, тут, мой дебильный ляп, так что не обращайте на него внимание,в службу, можно и без денежек позвонить, это я тупанула.) Взвыв в голос, я швырнул телефон в стену, тот жалобно трескнул, но не развалился. Вот теперь меня действительно накрыли настоящая истерика и панический ужас. Что делать, мать вашу, что? Я начал лихорадочно бегать из угла в угол, но в мой оцепеневший мозг не приходило, ни одной здравой мысли. Может попробовать пробраться через огонь — да это больше похоже на самоубийство или может… Мои мысли прервал противный треск горящего дерева, внизу что-то упало. Господи, что же делать, там же на кухне печь. Из глаз побежали слезы, господи, если ты есть, помоги мне, пожалуйста. Что я такого сделал, чтобы так рано умереть? Слезы уже не переставая катились из глаз. В ванной стало душно. Как же тяжело дышать. Я попытался открыть воду, но из крана ничего не появилось, и это было последней каплей. Меня затрясло и я разрыдался в голос. Я хочу жить! Жить! ПОМОГИТЕ!!!

Кажется, последнее я уже прокричал в полный голос. Мое внимание привлекло тихое жужжание в углу — телефон!!! Не зная себя от счастья, я схватил его, как последнюю надежду, впрочем, так и было. Не посмотрев, кто звонит, я нажал «ответить» и заорал, как резаный, в полный голос:

— Спасите! Горим! Помогите! – человек по ту сторону был моей последней надеждой, хлюпая в голос, я как заговоренный повторял, словно это была молитва. — Спасите… спасите… спасите… спасите…
Громкий окрик привел меня в чувство:

— Рома, успокойся. Что случилось? Объясни нормально. Дом горит? А пожарка? – На другом конце послышались скрип шин и сигналы машин. Брат, он едет, он поможет мне! Моему счастью не было предела.

-Жень, помоги, весь дом в огне, даже до моей комнаты достал, я в ванной отсиживаюсь, но в ней уже жарко и дышать почти нечем – словно в подтверждение, меня заглушил приступ удушающего кашля. – Кхххм… Пожарка не работает, воды нет, а когда я звонил в службу спасения, то не успел адрес сказать, деньги закончились на мобилке. Жень, мне страшно, помоги. На первом этаже уже что-то обрушилось, там же печь, рвануть может, помоги, брат – Слезы, которые, казалось, остановились на время, с новой силой побежали по щекам, оставляя мокрые дорожки.

— Успокойся. Мы уже рядом с домом, не выбирайся пока из комнаты. – скороговоркой выпалил он. — Блять, ведь как в воду глядел, не надо было эти гребаные решетки ставить— его голос смягчился. — Ладно, Ром, потерпи немного. В пожарку мы отзвонились – они едут. – Внезапно, громкий «Бум» сотряс весь дом, потеряв равновесие, я стал падать назад — сильный удар головой, острая боль и я погрузился в темноту.

POV Женя

После признания — на душе стало легко, а от осознания взаимности чувств – за спиной выросли крылья. Марка выписали, и его кофейня вновь заработала, однако даже после того, как мы признались друг другу, он все равно не подпускал меня к себе достаточно близко. Поцелуи, ласки – и на этом все, не то чтобы сразу я хотел большего, но от осознания того, что он боится мне довериться, самолюбие болезненно напоминало о себе. Я не пытался давить на него и терпеливо ждал, ему нужно время привыкнуть ко мне.

Ромка так вообще загулял, стал все меньше проводить дома, перед работой постоянно где-то шатается с «другом», которого я даже ни разу в жизни не видел. Что-то тут нечисто, если я узнаю, что он завел себе парня, я убью его (в смысле парня). Да как кто-то посмел домогаться моего маленького милого брата, я его убью, потом расчленю и собакам скормлю. Видимо поэтому, зная меня, Ромка и не спешит выводить своего «друга» в свет, ну да ладно, всему свое время, от меня так просто не скрыться.

На работе все также, трясина трясиной, ну никакого развлечения. Правда, пустил своих мальчиков по следу того, неизвестного, ошивающегося вокруг кофейни, но тут пока было пусто. Мои псы уже сбились с ног, но так ничего и не нашли об том человеке. Это настораживает. Мое чутье меня никогда не обманывало, и сейчас, оно говорит мне, что это затишье перед бурей.

Весь день я был как на иголках, все вокруг раздражало, хотелось всех поубивать, чтобы никто не доставал. К ночи моё чувство надвигающейся опасности трубило по полной, почему-то очень сильно захотелось домой проверить, как там Ромка. Практически на выходе меня перехватили шептуны с новой инфой по заводу и шахтам, так что пришлось задержаться, предпочитаю не откладывать финансовые дела на потом, во всем люблю порядок. Когда мы закончили, была уже глубокая ночь. Лис упросил его подкинуть, мне было по пути, и я согласился. Сердце опять защемило, и сев в машину, я решил позвонить Ромке, на всякий. И, неожиданный ответ на том конце провода привел меня в замешательство. Ромка истерил, плакал, что-то пытался объяснять, и как мантру повторял хриплым голосом – «спасите» и «горим». Не обращая внимания на светофоры и раздражающих автолюбителей, бибикающих в спину, я на пределах скорости рванул домой. Лис слышал все, что говорил Ромка, и видно поняв больше, уже куда-то звонил, диктуя адрес. Мысленно сжав волю в кулак, я все говорил и говорил с Ромкой, стараясь его успокоить, про себя проклиная тот день, когда согласился поставить решетки на окна. Теперь из-за этого у Ромки совсем нет выхода. Вдруг в трубке что-то громко бахнуло, послушался звук падающего и ударяющегося об пол телефона.

— Рома, Ромка! Братик! — Как бы я не кричал, тот не откликался. — ТВОЮ МАТЬ!

Лавируя между машин, я мчался, про себя молясь всем подряд, чтобы с моим братом все было хорошо. Уже за несколько сот метров стало видно яркое зарево. Сердце предательски сжалось, в голову полезли нехорошие мысли, которые я тут же погнал поганой метлой. Вокруг дома бегали люди, пытаясь хоть как-то тушить пожар, но двухэтажный особняк был практически полностью охвачен таким пламенем, что я удивлялся как он еще стоит. Сжав челюсть так сильно, что свело скулы, я рванул к дому. Но меня перехватили, двое пожарных крепко держали за плечи и руки, как бы я не рвался, что-то крича и объясняя. В голове была одна мысль — мне надо в дом, там где-то Ромка лежит без сознания, его нужно спасти и срал я на огонь. Перед глазами все плыло, из глаз сыпались слезы. Брат был единственное, что у меня осталось от семьи. Наши родители давно погибли. Из горла вырвался звериный рык, пожарные в панике отстранились от меня. Я, как в тумане, выхватил из кобуры пистолет, и, направляя его на одного из них, произнес:

— Снимай куртку, каску и маску. Медленно, медленно и кидай их мне. – Быстро одевшись, я побежал к дому. Несмотря на экипировку, тело обожгло жаром, внутри все было объято пламенем. Лестница на второй этаж – цела, хвала богам, я со всех ног помчался в комнату к Ромке. Что-то взорвалось, дом сотрясла ударная волна, но я не позволил себе упасть. Ага, вот и дверь, вход в ванную перегородил упавший комод, кое-как оттолкнув его, я ногой выбил дверь и пробрался внутрь. Ромка лежал на полу, весь в крови и без сознания. Сердце предательски пропустило удар, страх и отчаянье на мгновение завладели мной, так, соберись, тряпка, я мысленно дал себе пощечину. Подбежав к Ромке, нащупал пульс, он был совсем слабым, а дыхания я вообще не ощущал. Наскоро сделав Ромке искусственное дыхание и надев маску, я замотал его в мокрое полотенце и поднял на руки. Ромка болезненно застонал, я сильнее прижал его к себе, говоря какие-то успокаивающие нежности, больше для себя, нежели для него. Вдохнув полную грудь воздуха, с братом на руках я пошел в самое пекло. Спускаясь, чуть не упал несколько раз, лесенки под ногами в буквальном смысле рушились. На первом этаж я лишь мельком заметил, как огонь облизывал печь, и из последних сил помчался к двери, но небольшой взрыв выбил у меня пол из-под ног. Пока поднимался, шкаф с верхней одеждой преградил нам путь, заблокировав дверь. Матерясь на судьбу за то, что она так играет со мной, я попытался отодвинуть шкаф, но тот был настолько тяжелый… Громкий взрыв оглушил меня, и уже через секунду горячая взрывная волна впечатала нас в дверь в коридоре. Воздуха стало категорически не хватать, ступая одной ногой за грань сознания, я увидел, как выбивают дверь со стороны улицы и к нам бегут люди.

POV <…>

Интересно, я уже давно поджег дом, но шумиха поднялась только тогда, когда что-то внутри рвануло. Мне так повезло, что моя маленькая жертва оказалась одна. Поэтому, когда незаметно пробравшись в дом, я порезал пару проводочков пожарной сигнализации, перекрыл воду, облил первый этаж бензином и поджег, никто мне не помешал. Зрелище было просто удивительное. Я прям загордился собой. Предупредив службу спасения о возможных шутниках-погорельцах, я удобно устроился в своем убежище и стал наблюдать.

Пока народ мельтешил вокруг дома, стараясь потушить хоть что-то, я размышлял. Что же будет, если моя жертва помрет в огне, и я не смогу с ней еще поиграть. Это определенно грустно… Ну, а если и выживет... Приближающаяся на скорости машина отвлекла меня от приятных мыслей, это тот самый ублюдок, что вьётся вокруг моего Марка. Счастью моему не было предела, когда этот кретин все же бросился в дом. Если я смогу убить двух зайцев одним выстрелом, это же просто замечательно. Потерев руки в предвкушении, я стал ждать и молиться, чтобы этих придурков прихлопнуло там чем-нибудь хорошенько. Вокруг дома суетились люди, постоянно подъезжали новые пожарные машины. Постепенно раздражение завладело мной, я сжал кулаки до хруста от ярости, когда этих двоих вынесли на свет божий. Мужчина был похож на закопченное мясо, правда живое, и эта маленькая деталь просто выводила меня из себя. Пацаненка же, в глубоком шоке и без сознания, уже грузили в одну из машин скорой. Я незаметно пробрался к водителю, курившему в сторонке, свернул тому шею, спрятал тело в кустах и занял его место в машине — плевое дело. Когда дверь сзади захлопнулась, женский голос приказал везти его в больницу, ага, прямо так я и поступил. Пришлось остановиться рядом с пристанью, через которую проходила дорога, и убить молоденькую медсестру, свернув ей шею и сбросив тело в воду. Теперь в машине только пацан и я хочу с ним поиграть… Я хочу, чтобы его брат страдал…

Подъехав к излюбленному парку, я за шкирку вытащил не сопротивляющегося парня и потащил вглубь парка к старому заброшенному колодцу, где, когда то избавился от первой своей жертвы. Кинув парня на кучу сморщенных и покрытых легкой изморозью осенних листьев, я начал доставать свои приспособления. Парнишка завозился, видимо приходя в сознание, я не раздумывая пару раз пнул по животу ногой — парень сдавлено пискнул и затих, ну, и славненько, мне его сознание ни к чему.

Если честно, парень абсолютно не моего типа, у меня на него не встанет, ну, не смогу я его изнасиловать. Взгляд упал на валяющуюся в сторонке бутылку из-под водки, гаденько посмеявшись, я, развернув его из полотенца и стянув пижамные штаны, в предвкушении облизал губы. Миловидный мальчик, распластавшийся на куче грязных листьев, был красив, жаль, конечно, но не мой тип. Шелковистая кожа, впалый живот, узкие бедра — парень просто создан для того, чтобы в него вставляли. Посадив несопротивляющееся тело рядом с деревом, так чтобы спина упиралась, я раздвинул ему ноги, немного подумав, я все же решил сунуть ему кляп в рот, не люблю их крики. Раздвинув ноги пошире и согнул их в коленях, резко, без подготовки, вогнал горлышко сквозь плотное колечко мышц. Все прошло легко, правда, глаза парня резко открылись и расширились, он весь выгнулся, изо рта послышался сдавленный стон.

— Ах ты шлюшка. Тебе нравится? Нравится? – я сильнее надавил на дно бутылки, проникая глубже. С более широкой частью пришлось повозиться, его неразработанная дырка ни в какую не хотела ее принимать. Даже горлышко постепенно стало из него выходить. Он, что надо мной, издевается? Одним резким движением я вогнал бутылку до половины. Глаза мальчишки стали просто огромными, грудь стала тяжело вздыматься, а из горла стали вылетать сдавленные хрипы. Теплая струйка крови побежала из тела по бутылке, я ликующе рассмеялся, чем не смазка. Практически полностью достав бутылку, я наблюдал за тем, как кровь обволакивает ее, а потом еще раз резко вставил ему, на этот раз парень закашлял и начал мычать что-то более осмысленное. А мне понравилось насиловать парня бутылкой, я достал ее полностью, повернул другой стороной, схватившись за горлышко и помогая себе пальцами, я полностью впихнул бутылку ему в дырку, оставив на виду только горлышко. Парнишка от боли стал хватать ртом воздух, кровь яркой струйкой бежала по его бедрам, меня это возбудило. Но вставлять в него своей член после грязной бутылки… Нет… Обойдется… Можно конечно было занять его рот, но я не хочу рисковать, еще укусит. С этим птенчиком у меня не получится поиграть, как с остальными, не хочу, чтобы он умер от болевого шока раньше времени, а наркоты у меня с собой нет, так что ласки придется ограничить.

Проведя ножом линию от шеи до пупка, я с восхищением заметил, как на бледной коже из разреза каплями проступает кровь. Хм, а может что-нибудь пожестче? Что-то мальчик совсем притих… Задев ногой бутылку, я услышал громкое мычание, одним резким круговым движением провел вокруг соска кончиком ножа, схватившись за маленькую бусинку, резко дернул на себя, жертва сдавлено заверещала. Вновь поводил по телу острием ножа, рисуя непонятные узоры, небольшими разрезами. Из ран уже обильно бежала кровь, но я этого даже не замечал, плевать, главное чтоб не помер раньше времени. Схватив его за руки, поднял и прижал над головой, а потом с размаху засадил нож до основания ему в ладошки. Таким образом, моя жертва оказалась прикованной ножом к дереву. Парнишка еще пытался дергаться, но каждое движение отражалось на лице гримасой боли, по розовым щечкам бежали слезы. Ах, как же я люблю эти лица, все заплаканные, так и хочется облизать эту милую мордашку. Проведя лезвием рядом с шеей, немного надавил, чтобы пошла кровь. Господи, как мне хочется прирезать этого маленького птенчика, просто зудит все. Немного подумав, я все же решил еще порезвиться, пнув носком ботинка горлышко бутылки и глубже загоняя ее, я схватил парня за подбородок, приблизился настолько близко, что можно было ощутить аромат его кожи, я хотел заглянуть в глаза своей жертвы и увидеть, как животный ужас наполняет их. Усмехнувшись про себя, тихо практически шепотом, произнес:

— Благодари за это своего брата, который украл у меня моего Марка. – От моих слов парнишка сильно дернулся. Глухо рассмеявшись, я поставил нож рядом с бровью и медленно начал проникать под кожу, он было дернулся в попытке вывернуться, но я держал крепко. Войдя ножом достаточно глубоко, одним резким движением дернул вниз, прочертив длинную прямую от брови до щеки, теперь уже единственный глаз моей жертвы широко распахнулся, а из горла послышался истошный крик. Я уже было собирался отрезать ему и язык, но громкий рык, а затем и удар в спину, прервали мои игры. Меня что-то придавило к земле, рыча над самым ухом. Кто-то еще приближался к нам сквозь кусты, и я, не задумываясь, пырнул стоящего на мне ножом в бок, кое-как спихнув с себя огромную раненую псину, и рванул вглубь парка подальше от этого места.

***
— Бернард, ко мне. – Негромкий голос хозяина разорвал тишину. Собака гавкнула из последних сил и, тяжело дыша, завалилась на бок. Кусты раздвинулись, и на поляну перед колодцем вышел парень, ему предстала ужасная картина, от которой у любого волосы станут дыбом. Изломанное, голое, перемазанное собственной кровью и грязью тело, словно бабочка, пришпиленное к дереву, с многочисленными резаными ранами, и верная собака, решившая защитить жертву от насильника, лежащая рядом. Осознание всей серьезности ситуации быстро отрезвило парня, начавшего было паниковать. Быстро достав мобильник, он набрал номер службы спасения:

— Да, я вас слушаю – ответил женский голос.
— Алло, девушка, я, кажется, нашел жертву насильника в парке рядом с Оранжевой улицей, он еще жив, так что поторопитесь — ответа он не услышал, так как, приблизившись к пареньку, Андрей узнал его, и телефон сам выпал из ослабевших рук. Сердце пропустило удар, и он хотел было схватиться за нож, но хриплый окрик Ромы его остановил:
— Не трогай, за него ОН держался.

— Но мне же надо тебя освободить, Рома, Ромочка, Ромашечка моя, держись – слезы мокрыми дорожками побежали у парня по щекам, а голос предательски задрожал. Жертва попыталась улыбнуться, но вместо этого на лице появилась лишь страдальческая гримаса.

— Андрей, ты хоть сырость не разводи. Лучше укрой меня пока… холодно! — это были последние слова, которые произнес Рома, перед тем как отключиться. Андрей стянул с себя куртку и укрыл парня. Приехавшие медики были шокированы представшей перед ними картиной, аккуратно вытащив нож, они погрузили мальчика и собаку в машину и помчались в ближайшую хирургию.
 
Sadako-samaДата: Суббота, 06.10.2012, 19:13 | Сообщение # 17
Тайса
Группа: Тайпсеттеры
Сообщений: 200
Репутация: 7
Статус: Offline
Глава 10

POV Марк


Громкие звуки за окном резко выдернули меня из сна. — Господи, что за? — Сев на кровати, я потер глаза, часы показывали «03:01». Зевнув и сладостно потянувшись, я выбрался из-под теплого одеяла и, замотавшись в плед, решил спуститься вниз. Внезапный громкий звук внизу насторожил меня, кажется, он шел из кухни. Сняв тапки, я встал босыми ногами на холодный пол, скинул плед, чтобы меньше производить шума. Медленно, крадучись, стал передвигаться в сторону кухни. Чем ближе я приближался, тем отчетливей слышались непонятные звуки, похожие на тихое бормотание и шебуршание. Я закрыл себе рот ладонью, чтобы ненароком не выдать себя голосом и медленно заглянул внутрь. Свет от уличного фонаря что проникал через окно, и в полутьме можно было разглядеть фигуру. Закусив губу, схватив первую попавшуюся поварешку со стола, я стал на цыпочках подкрадываться к незнакомцу.

Когда до фигуры оставалось не более пяти шагов, незнакомец внезапно насторожился. Я отступил в тень и притих, стараясь дышать через раз и успокоить сердцебиение. Этой технике меня научили в стрелковом клубе, который я посещал в школе. Не знаю, сколько я простоял, но мой «ночной гость» видимо посчитав, что ему показалось, вновь отвернулся. Я медленно приблизился, стало понятно, что неизвестный пытается отмыть свой плащ в моей раковине от чего-то темного. Внезапно в нос ударил металлический запах — кровь, стало понятно мне, сильно замутило, рот наполнился слюной, и я рефлекторно сглотнул. Незнакомец резко повернулся, в свете фонаря что-то сверкнуло в его руке, и я почувствовал, как в плечо врезалось что-то холодное, боль волной прошла по всему телу. Перед глазами все потемнело на несколько мгновений, но это хватило, чтобы нападавший скрылся за дверью. Развернувшись, в дверном проеме я увидел лишь убегающий силуэт и копну рыжих волос.

Дойдя до телефона, я набрал службу спасения. Мне ответил голос оператора:

— Да, служба спасения, слушаю вас.

— Девушка, на меня напали дома, ударили ножом. Какой -то неизвестный. Мне нужна помощь.

— Диктуйте адрес, группа выезжает. — В трубке было слышно, как она громко стучит по клавишам, заполняя карту вызова. — Прошу вас по максимуму не уничтожать следов нападения и не трогать нож, возможно, вы не первая жертва нападавшего, это может помочь делу. Ждите...- напоследок сказала девушка и отключилась.

Я обессилено сполз по стене, легко блин сказать, подожди десять минут. Рана-то глубокая, вся пижама уже в крови и вон лужа уже набежала. Холодно как-то, глаза слипаются сами собой. Укутавшись в плед, я сел на полу в торговом зале и, с сожалением вздохнув, стал наблюдать, как на пледе расползается красное пятно. Панический ужас стал заполнять сознание, пришлось закусить губу, чтобы не завыть в голос, по щекам предательски побежали слезы. Почему-то вспомнился момент, когда я пытался покончить с собой, тогда было не так больно, зато крови дохренища, из горла вырвался нервный смешок. Каким же идиотом я был раньше. За окном замигали огни, послышалась сирена, рядом с кофейней остановилась машина. Быстро же они здесь приезжаю и десяти минут не прошло. Встав, голова противно закружилась, а на языке был противный металлический вкус, я направился к входу — открывать. Хорошо, что у меня дверь открывается наружу, потому что в глазах вдруг резко начало темнеть, и я повалился вперед в открывшуюся дверь. Меня подхватили сильные руки, правда, задев нож в ране, из-за чего я взвыл раненым зверем, уложили на носилки и потащили в машину. Перед глазами мерцали звездочки, а в ушах противно звенело, все кружилось, веки стали пунцовыми, сознание постепенно угасало. Надо мной склонилась молоденькая парамедик и посвятила мне фонариком в глаза, проверяя реакцию. Словно через толщу воды я услышал:

— Плохо, большая потеря крови, ему нужно переливание и срочная операция, иначе он погибнет — озабоченно сказала она. — У вас какая группа крови? — Кажется, последнее было адресовано мне. Кое-как разлепив пересохшие губы, я с хрипотцой выдал.

-Вторая положительная. — Как бы я сейчас хотел провалиться в темноту, но мой организм, как упрямый осёл, стоял на своем и ни в какую не давал мне провалиться в приятное забытье. За окном быстро мелькали улицы, пока вокруг суетились парамедики, я старался думать на отрешённые темы, спустя несколько минут, мы уже подъехали к больнице. Меня на носилках вкатили в приемный покой, а там уже по знакомой схеме. Вкололи обезболивающее, рана оказалась поверхностной и операция не понадобилась. Нож вытащили под местной анестезией в перевязочной, аккуратненько обработали, зашили и наложили повязку на рану. Переливание делать тоже не стали, так как крови я на самом деле потерял не так много, просто утром, да на голодный желудок, еще и не такое бывает, к тому же там у них кто-то посерьезней был, так что обо мне забыли уже минуты через три, оставив в коридоре на каталке. Зябко кутаясь в одеяло, я попивал вишневый сок с шоколадкой. Вдруг мимо меня пронесся собачий силуэт. Попутно обслюнявив мою шоколадку, а затем и вовсе заглотнув ее целиком, неугомонный дог весьма колоритных размеров, побежал дальше по коридору. Я все еще прибывал в состоянии ступора, когда мимо меня пробежали два медбрата, видимо, вдогонку за шкодливой псиной. Шум, который они производили, неприятно давил на нервы и я, не вытерпев, гаркнул на весь холл:

— ТИХО!!! — Замерли все, включая людей и собак. Я, смерив хищным взглядом псину-сластёну, приказал, показывая пальцем рядом с собой. — МЕСТО! — Собака жалобно опустила хвост и потопала ко мне. Когда она легла рядом с моими ногами, я немного расслабился и потрепал дога по голове. Тот радостно на меня посмотрел, махая при этом своим длинным тонким хвостом.

— Шоколадку будешь? — Спросил я у собаки, та радостно гавкнула и ей в рот полетела сразу четыре маленьких квадратика. Погладив новоиспеченного друга по холке, я вновь обратился к собаке. — Ну, а ты что забыл здесь дружок? — Именно в этот момент к нам подошел молодой парень с бледным и перекошенным гримасой боли лицом и приземлился рядом. Я, не задумываясь, протянул ему стакан с соком. Парень, не заглянув в стакан, влил в себя все содержимое и вернул мне стакан. Мда... Что-то серьезное случилось у него, раз он такой потерянный.

— Эй, парень, что у тебя стряслось? Ты не молчи, если говорить, всегда легче становится. — Парень как-то отстраненно посмотрел сквозь меня, затем на пса, скривившись, видимо он хотел улыбнуться, он начал:

-Я, смотрю, вы подружились с Бернардом? — Он кивком головы указал на дога, валяющегося на спине с раскинутыми по сторонам лапами, которому я чесал живот. — Хм... есть такое, он тут носился, мешал всем, ну, я ему и велел сесть на месте, вот и все. — Парень как-то отстранено хихикнул.

-Да он такой, старый, но такой непоседливый. Сегодня он спас моего любимого человека и я теперь его совсем забалую. — Похоже, парень собирается начать, послушаем.

— Что же случилось?

— Знаешь, когда я увидел его в парке, это была любовь с первого взгляда, точно она. В горле пересохло, бабочки в животе запорхали, ладошки вспотели, я выпал из реальности, думал, сейчас в небо взлечу. — Мда, а он конкретно попал — влюбился парня, хотя о чем это я, сам хорош. — Он такой хрупкий, маленький и беззащитный и имя такое милое Рома, Ромашка — Я непроизвольно напрягся, от упоминания знакомого имени. — Ромка очень светлый, как маленькое солнышко, которое согревает всё вокруг. — Вдруг мой новый знакомый весь сжался, посерел и потерянно продолжил, смотря пустым взглядом в пустоту — Все было слишком хорошо. — От тона, которым это было сказано, внутри все заледенело.

-И что же с ним случилось? — Парень поднял на меня свои зеленые глаза, полные слез, его нижняя губа чуть подрагивала:

— Ночью я никак не мог уснуть, ну, и решил прогуляться, взял с собой Бернарда и пошел в парк. Мы любим гулять по этому парку. Насильника я не боюсь, у меня вон собака какая здоровая, какой придурок полезет. В парке Бернард неожиданно сорвался с места и убежал. Ну, я за ним, даже в какой-то момент его из виду потерял, но, услышав лай, нашел его на поляне рядом со старым колодцем, а там... — Его плечи затряслись, дыхание сбилось, он жадно стал хватать воздух ртом, а из глаз мокрыми дорожками по щекам побежали слезы. Я непроизвольно придвинулся и обнял парня, видимо, сегодня он пережил что-то страшное, вцепившись в меня, как в последнюю надежду и ничего не замечая, рыдал уже во весь голос. Майка моя тут же намокла от слез, а он все плакал и плакал, я успокаивающе поглаживал его по спине и терпеливо ждал, когда станет легче. Минут через десять он немного отошел и продолжил:

— Там на поляне — он нервно сглотнул. — Я увидел его.... Это было ужасно. Этот мудак... — В глазах парня появились огоньки гнева. — Если я его когда-нибудь встречу, горло перегрызу. Он... этот... он мучил его... всего исполосовал ножом, ранил глаз и... — Голос парня перешел на шепот, полный боли и отчаяния. — Он Моего Ромку..... он его бутылкой... — Дальше можно было и не говорить, я сам понял, ужаснувшись, посильней прижал к себе парня. От картины, которую предоставило мне мое сознание, сильно замутило. Если это сделал тот, кто меня ранил, то я уже хочу умереть, почему я не оглушил его сразу? Погрузившись в свои мысли, я не сразу не заметил тень, нависшую над нами.

— Это ты нашел моего брата? — Я вздрогнул от неожиданности, голос был настолько холоден и безжизнен, что от него внутри все сжималось. Я медленно поднял взгляд голову и увидел Женю!!! Его глаза больше напоминали черную бездну из смеси боли, отчаяния, злости и ярости, я невольно отшатнулся от них, так они пугали. Это резкое движение тут же отдалось в ране саднящей болью, схватившись за руку, я приглушенно зашипел. Действие обезболивающего постепенно проходило, и боль возвращалась на свое место. При виде меня на женином лице за несколько секунд проявилась гамма эмоций от удивления до страха, глаза немного потеплели, но по-прежнему, пугали своей темнотой, словно за ними находилось само чистилище. В воздухе сильно пахло паленым, отчего меня немного замутило. Тишину прервал хриплый голос парня:

— Да, это я нашел вашего брата, а вы Женя, да? Старший брат? — Больше он ничего не сказал, так как Женя его неожиданно обнял.

— Спасибо! Спасибо! Спасибо тебе! Я твой вечный должник, он все, что есть у меня, спасибо, что нашел его, господи, спасибо!- Женю трясло, как в припадке. До меня, наконец, с опозданием стало доходить, что Ромой оказался именно наш Ромка. В груди больно сжалось, перед глазами стало мутно, плечи задрожали и слезы хлынули потоком. Я всхлипнул, это привлекло внимание обнимающихся. Женька, отпустив парня, попытался обнять меня, но по незнанию задел больное плечо. Я вскрикнул от резкой боли, сморщившись, рефлекторно прикрыл больное место, и он тут же поспешно отдернул руки. — Марк, что ты тут делаешь? — спросил Женя хриплым голосом, все еще стоя с поднятыми вверх руками, опасаясь приближаться.

— А... — Я уже открыл, было, рот, но меня прервали. Из угла показался доктор Коля, бессонная ночь и тяжелое дежурство сделали свое дело, видок у него был еще тот: серо-зеленоватый цвет лица, тусклые уставшие глаза, под которыми красовались синюшные круги, на лбу и в уголках губ залегли глубокие морщины, взъерошенная шевелюра и хирургический костюм в пятнах крови дополняли картинку. Потерев уставшее лицо, и печально вздохнув, он сел рядом и задал практически риторический вопрос:

— Господи, ребята, ну, почему же вы всегда находите неприятности на свои задницы? — От такого заявления Женя, сжав кулаки до того, что побелели костяшки, и издав утробный рык, двинулся на доктора, который смерив того презрительным взглядом, достал из кармана пижамы мятую сигарету и закурил прямо в коридоре: — Попридержи коней, Айгуров, не до тебя сейчас — доктор глубоко затянулся и выпустил густой дым в потолок. — Слушайте сюда, то, что произошло с Ромой, ужасно. Его анус разорван, также повреждены нижние отделы кишечника, на теле множественные резаные и колотые раны, он никогда уже не сможет видеть левым глазом плюс нехилое сотрясение. — Со стороны Жени опять послышался зловещий животный рык. — Жень, глаз, к сожалению, мы спасти не смогли, прости. Пришлось делать операцию на кишечнике, также обрабатывать и зашивать раны на лице и теле. Телесные раны мы вылечим, но то, что станет с его психикой после такого, известно одному Богу. Это можно вылечить лишь заботой и любовью. Сейчас у парня шок, и может казаться, что ему не так уж и тяжело все это переживать... Понадобятся ваши терпение и забота, когда он начнет отходить... Знаю, что тяжело, ребята, но... — Доктор вновь затянулся и выдохнул смотря в никуда. — ... Это лучше, чем оплакивать мертвое тело в морге, разве я не прав? Так что, как только он придет в себя, я позвоню. И вы все, натянув широченные улыбки и изобразив на лицах максимум беззаботности, придете и будете помогать ему выздоравливать. — Доктор докурил и, встав с кровати, похлопал по плечу Жени — Он будет жить, а это главное. — Мягкая улыбка озарила его усталое лицо, и на душе сразу стало как-то спокойнее что ли, видимо от осознания того, что с Ромкой все будет хорошо, но уже через мгновение его лицо приобрело обдумывающее выражение и стало более серьезным.

— Что еще, док? — обеспокоенно спросил Женя.

— Знаете, мне кое-что не дает покоя. — Мы все превратились в одно большое ухо. — Женя, помнишь, ты притащил мне розы все в крови. Тогда ты оказался прав, эта была кровь жертвы серийного убийцы, которую нашли через три дня с характерными повреждениями — без глаз, языка и гениталий. — Меня передернуло, но этого никто не заметил. — Но это так, к слову. А теперь по делу — тот нож, что был обнаружен на поляне, где нашли Рому, конечно, имеет отпечатки, но они смазанные, что не очень хорошо. Но... — Док сделал многозначительную паузу. — Марка сегодня тоже ранили.

— Тебя ранили? — Взгляд Жени приобрел обеспокоенно-удивленное выражение, он, в мгновение, развернув меня из одеяла, увидел перебинтованную руку. — Че за хуйня? Кто? — Его глаза стали вновь похожи на провалы тьмы, а голос больше напоминал рычание льва перед нападением. Я вжался в подушку и посильнее зажмурил глаза от страха, сейчас, Женя напоминал хищного, опасного и очень

рассерженного зверя, его безумный взгляд прожигал насквозь.

-Успокойся немедленно, Женя, достал уже, ты пугаешь Марка. — Доктор спас меня, глаза потеплели и теперь смотрели на меня с плохо скрываемой нежностью. — Ну, так вот — продолжил Док. — Нож, которым ранили тебя, Марк, тоже имеет отпечатки, к тому же куда более качественные. Правда, кроме отпечатков нападавшего, на нем еще и отпечатки Марка, ты, что касался ножа? — я отрицательно помотал головой.

— А как выглядит нож? — я вопросительно посмотрел на Дока.

— С черной ручкой и серебряной полоской сбоку — описал Коля.

— Так это же мой кухонный нож — осенило меня.

— Ну, так вот, вторые отпечатки совпадают с теми, что были обнаружены на ноже из парка. Сравнив их, мы поняли, вас ранил один и тот же человек. И тут возникает несколько немаловажных вопросов. — Доктор, который все это время ходил туда-сюда, остановился и многозначительно посмотрел на нас. — Что связывает Марка и убийцу? Почему те розы были предназначены Марку? Что убийца забыл в доме Марка? — Цветы? Убийца? О чем они? И тут, словно что-то щелкнуло в голове, мысли побежали со скорости пули, кусочки мозаики стали складываться в ужасающую картину — букет роз, пропитанный кровью, баночка с глазом... Мне поплохело — закружилась голова, резко затошнило, в глазах все поплыло и начало темнеть. От ухода в забытье меня спасли две сильные руки, крепко обхватившие и прижавшие к широкой груди. Кое-как справившись с приступом рвоты, глубоко вздохнув и выпутавшись из крепких объятий Жени, я заговорил не своим голосом:

— Около полугода тому назад у меня появилось ощущение, что за мной следят, сначала я не придавал этому значение, думал - паранойя. А недавно я нашел цветы, они просто лежали в зале, причем входная дверь в кофейню была заперта, но все же они как-то там оказались. К ним была приложена записка, в которой было написано что-то о том, что меня любят и хотят. — Я болезненно наморщил лоб, голова нереально начала болеть, словно в мозг воткнули иглы, а виски сжали тисками. — Цветы тоже оказались пропитаны кровью, я тогда сильно испугался и сжег их. Я еще несколько раз получал записки, что он любит меня и приходит смотреть, как я сплю, меня это все дико пугало, что... Я хотел поменять замки, но меня словно что-то останавливало, не знаю... Мысли сами собой перескакивали на другие темы. А потом он прислал мне... — Я весь сжался, внутри все похолодело, кровь отхлынула от лица, перед глазами опять стало темнеть, нервно сглотнув и встряхнув головой, как бы возвращая себя к реальности, я продолжил — ... он прислал мне глаз. — Я поморщился от болезненных воспоминаний, словно от зубной боли. — Когда я посмотрел на него, я не... Просто не помню, что я делал после. Дальше только темнота. — Доктор протянул мне кружку, с каким-то лекарством, заботливо принесенную медсестрой, не спрашивая о том, что это, я выпил залпом и рефлекторно поморщился, словно ребенок, содержимое было горьким и противным. — Но я не помню никаких кровавых роз, мне ничего не приносили, кроме лилий. Даже когда вы о них рассказали, я ничего не вспомнил.— Врач тяжело вздохнул и выдал

— Скорей всего твой мозг так защищается, нервная система была настолько расшатана, что он решил обезопасить организм, просто скрыв часть воспоминаний от твоего сознания. Такое бывает. Что ж, это несколько проясняет ситуацию, но не намного.- Доктор снял очки и потер переносицу. — В общем, утро вечера мудренее, так что идите отдыхать, я позвоню вам.

Мне стало страшно, осознание того, что убийца в любой момент может вернуться ко мне домой, вызывало холодный липкий ужас, который тугим узлом стягивал разум, меня затрясло. Внезапно я почувствовал теплые сильные руки на талии, это Женя, заметив мое состояние, пытался успокоить. Я, что есть сил, всем телом прижался к нему. Так мы и сидели, молча, каждый думал о своем, первым тишину нарушил Женя, спросив парня:

— Тебя хоть как звать-то?

-Андрей — сиплым голосом ответил он.

— Андрей, ты один живешь или с семьей? — Огорошил новым вопросом Женя.

— Один живу с собакой в двухкомнатной квартире.

-Хорошо. Думаю, ты будешь не против пожить с нами какое-то время, пока мои ребята не найдут убийцу?

— Хорошо, только можно мне взять Бернарда с собой?

— Бернарда? — Кажется, он только сейчас заметил большого дога ванильного цвета на полу, который при упоминании своего имени, поднял голову и, сделав котошрековские молящие глазки, мило завилял хвостом.

-Хорошо. — Улыбнулся Женя и потрепал пса по голове — Пойдемте.

Мы засобирались, да, собственно, что собирать-то? Усадив нас в машину, Женя быстро набрал скорость и повез нас подальше от больницы. В машине сильно пахло паленым, я стал принюхиваться, пытаясь найти источник запаха, заметив мои манипуляции Женя, не отрываясь взглядом от дороги, объяснил.

— Перед тем как Ромку похитить, этот... — он запнулся. — Дом поджег, ну, я за Ромкой полез, вот и обожгло меня немного, потому и пахнет. -Ясно.

Машина остановилась у дорогущего отеля «Сон». К нам тут же подошел служащий, взяв ключи у Жени, он сел на водительское сидение и уехал, видимо ставить машину на стоянку. В подобном месте я был впервые и чувствовал себя немного сконфуженно, правда не один я. Андрей тоже немного смущался, зато Бернарду с Женей видимо было фиолетово, потому, что они вдвоем зашли в холл, как принцы, какой-нибудь страны, нет, ну, правда. Похихикав про себя, я поспешил за ними. Женя мимоходом остановился у администратора. Девушка за стойкой смерила нас с Андреем таким презрительным взглядом, как будто мы грязь из-под ее акриловых ногтей. Я, скрипя зубами, старался не обращать на нее внимание, а вот Андрей, подозвав пса, что-то шепнул тому, от чего Бернард радостно загавкал. Не прошло и минуты, как эта намалеванная дрянь валялась посередине холла с задраной и разорванной юбкой, а ее боевая раскраска вся потекла от слюней Бернарда. Мы с Андреем честно пытались не смеяться, но только до того момента, как она, наконец-то, отпихнув собаку от себя, помчалась жаловаться.

— Евгений Александрович, что тут делают эти дешевки? Вы видели его Псину? — Она указала пальцем сначала на Андрея, а затем и на пса. — Она порвала мне юбку и обслюнявила, я требую компенсации. Старший администратор, с которым в этот момент разговаривал Женя, стал менять цвета, как светофор, правда гамма была другая от пунцово-красного до белоснежного. Девушка же все еще просительно смотрела на Женю в надежде, что тот, как сказочный принц, накажет всех виновных, а ее саму вымоет, да еще, и прощения попросит. «ХА»! Три раза «Ха»! Если уж мы напряглись, когда в тишине послышался голос Жени, полный металла, то девушка вообще превратилась в мраморную статую, во все глаза смотрящую на Женю.

-Девушка научитесь при гостях свою милую мордаху не кривить. — Схватив девицу за подбородок, Женя наклонился, глядя ей прямо в глаза. — Эти, как ты назвала их «дешевки», мои многоуважаемые друзья, попавшие в беду, я предложил им свою помощь, привел их в такое шикарное место, чтобы быть опозоренным какой-то расфуфыренной шлюхой. — Он, с гримасой высочайшего презрения на лице, оттолкнул девушку от себя, та, не удержавшись высоченных каблуках, свалилась на пол прямо ему под ноги. — Чтобы я больше это здесь не видел.- Ледяным голосом произнес Женя. Администратор, ответив едва заметным кивком головы, протянул ему пластиковые ключи от номеров. А Женя, поманив нас пальцем, направился к лифтам, на лице его залегла едва заметная улыбка.

Лифт остановился на самом верхнем этаже — номера люкс. Мы заняли два соседних номера. Тот, что справа для Андрея с Бернардом, слева — для нас. Непроизвольно, открыв рот от увиденного, я застыл в дверях. Комната в приятных расслабляющих тонах, поражала выбранным стилем и простой обстановки. Большой диван цвета вишни, стоявший по центру комнаты, кресла того же цвета между ними стеклянный кофейный столик на резных деревянных ножках, несколько горизонтальных полок вовсю стену, слева у огромного окна рабочий стол из красного дерева, пара растений в керамических горшках по углам вот, что составляло интерьер зала. Бежевые тяжелые шторы закрывали большое окно, гармонируя с ковром на полу, придавали комнате уют. Из зала вело несколько дверей, что находиться за ними я не знал. Ах, нет, за одной из них оказалась просторная спальня в пастельных тонах с большой кроватью из темного дерева, по сторонам от которой находились тумбы с большими светильниками цвета топленого молока. Единственная дверь в комнате вела в ванную, куда меня и потащил Женя. Стоило мне ступить босой ногой на холодный кафель, как мурашки забегали по телу. Я сжался и попытался обхватить плечи руками, в попытке согреться, совсем забыв о ране. Боль неприятно обожгла плечо, приглушенно зашипев, я сморщился. Женя, заметив мои мучения, нежно обхватил меня со спины и прижал к себе, согревая. Посадив меня на бортик ванной, Женя отрегулировал температуру воды в кране, взял душистое мыло и стал намыливать мои ступни. Я покраснел до кончиков ушей от смущения и попытался вырываться, но Женя только сильней сжал мою ступню и, подняв на меня свои глаза, произнес.

— Хочу помыть. — Глаза были полны нежности и заботы, скрепя сердцем я все же прекратил вырываться, расслабился и разрешил ему помыть мне ноги. Было приятно от его чутких прикосновений и вращательных движений вокруг ступней, и я, закрыв глаза и отдавшись приятной неге, приглушенно замурлыкал от удовольствия, словно чеширский кот. Взяв пушистое полотенце, он вытер меня, и, аккуратно подняв, отнес в спальню на кровать. Когда меня, наконец, освободили, я смущенно поблагодарил и предложил свою помощь, ну, мол, спинку там потереть... Женя безопеляционно отказался:

-Ты болен, так что отдыхай, будь хорошим мальчиком.

Женя вернулся минут через пять в одном полотенце, обернутом вокруг бедер, с мокрыми взъерошенными волосами. На рельефном теле в приглушенном свете спальни сверкали капли воды. Я невольно залюбовался этой идеальной картинкой, его тело гипнотизировало и манило. Всегда такое хотел, но пошел в маму не только миниатюрным ростом, но и хрупким телосложением. Женя вплотную приблизился ко мне и с беспокойством в голосе спросил:

Что-то не так? — глядя прямо в глаза.

— Да нет, тихо завидую, у тебя такое тело красивое, всегда о таком мечтал...эх — Я мечтательно уставился на кубики пресса.

— Пф... Зачем мечтать, я перед тобой, я весь твой, значит и тело твое. — Чуть улыбнувшись, произнес Женя, а я залился краской. Хам, ну и пусть, да я хочу такое тело, но... хотя... Я поднял на него свои зеленые глаза и томно так посмотрел из-под ресниц, да я такой, ну, держись

— Жееень... — Протянул я сексуально насколько мог, тот дернулся — ...а дай потрогать.

Выражение «потерял челюсть» явно сейчас списано с лица Жени. Тот стоял как.... Да я даже не знаю, как это описать. Лицо вытянулось, глаза с блюдца, нижняя челюсть где-то в районе кубиков пресса, я даже начал победно хихикать. Женя, увидев мое веселье, сразу подобрался, прыгнул на кровать и навис сверху. Я, рефлекторно сглотнув, вжался в кровать: — Ты В КУРСЕ, что у меня рука ранена? — Решил я первым атаковать Женю, но тот только хитро ухмыльнулся.

— А ты, сладкий, в курсе, что я сегодня в доме горящем побывал и взрыв пережил. — Мнда... аргумент весомый, Женя выигрывал во всем. Но я не торопился сдаваться, он, грустно вздохнув, перекатился через меня, лег сбоку и обнял за талию, притягивая к себе. Мы просто лежали рядом, я стал поглаживать его по волосам, они все еще были влажными и приятно пахли ванилью. В ответ он, словно кот, начал ластиться и я даже и не заметил, как наша игра перешла в жаркий поцелуй. Его губы накрыли мои, слегка прикусив нижнюю губу, он стал слегка посасывать ее, а горячий язык уже ворвался внутрь, облизывая зубы и лаская нёбо. Он целовал меня так неистово, словно в последний раз. Я не мог ему помешать, да и не хотел. Я знал, ему сейчас труднее чем мне, и решил уступить. Видя, что я перестал сопротивляться, Женя пошел в атаку. Резкими движениями он освободил меня от одежды, чуть более аккуратно снимая майку, чтобы не задеть рану. Его горячие руки бегали по всему телу, каждый сантиметр, каждый волосок, ничто не могло спрятаться от этих рук. Выпустив мой рот из плена своих горячих губ, Женя стал спускаться ниже. Дорожка горячих влажных поцелуев по шее, ключицам, впадинкам над ними. Он нежно облизал мой левый сосок, на секунду отстранившись и слегка подув, с удовлетворением наблюдал, как тот твердеет. Бусинка правого в тот момент уже была в плену его пальцев, которыми он ласкал его, чуть сжимая. Я не смог сдержать стон удовольствия. Женя спустился ниже, обжигая поцелуями живот, не оставил без внимания и пупок, жадно ввинчиваясь в него языком. Уже плохо соображая, я метался в сладостной истоме под ним, мой возбужденный член уже давно сочился смазкой. От каждой ласки, я выгибался словно кошка в брачный период, уже не стараясь заглушить стоны, боль в руке перешла на второй план, когда Евгений...

Господи, как же классно, у меня даже звездочки поплыли перед глазами. Его язык горячий и немного шершавый, слизнув каплю смазки с головки, стал ласкать ее, облизывая вокруг, медленно спустился по стволу до основания, а потом Женя жадно ртом заглотил мой член практически целиком. Мне казалось, я сейчас космос увижу, но нет. Резкий экстаз не накрыл меня, как я хотел бы. Вместо этого я почувствовал тянущее чувство в области своего отверстия. Оказывается, пока я видел небо в алмазах, Женя успел сунуть в меня несколько пальцев, которые я смог заметить только тогда, когда он уже во всю растягивал меня. Не то, что бы было больно, скорей неприятно. Правда, когда к двум пальцам добавился еще и третий, я все же почувствовал неприятную тянущую боль. Женя напрягся, растягивая меня, он попутно искал заветный бугорок внутри. Мой рот был накрыт его, поэтому, когда точка пальцы скользнули по простате, я просто не смог проглотить стон, призывно рыкнув ему в рот. Выгнувшись от удовольствия, я запросил еще. Хищно мне улыбнувшись, Женя вновь провел по этому месту, и я с новой силой уже сам стал насаживаться на его пальцы. И, когда они исчезли из меня, я почувствовал себя пустым, сразу стало как то холодно. Не прошло и полминуты, как Женя, приподняв меня, положил подушку под ягодицы, слегка отстранился, с удовлетворением посмотрел на меня. От нетерпения, я раздвинул ноги пошире и прогнулся в пояснице, издавая призывный стон. Рыкнув в ответ, он навис надо мной, его член головкой стал тереться о мой вход и медленно проникать внутрь. Приподняв попу, я почувствовал, как горячая плоть все глубже и глубже входит в меня. Когда он полностью оказался внутри, я не смог сдержать вздох облегчения. Женя чуть задержался, давая привыкнуть к ощущениям. Сейчас я чувствовал себя, как нельзя лучше, заполненность внутри только еще больше распаляла меня, и я, не вытерпев, сам стал ерзать на его стволе. Женя зарычал от моих манипуляций и стал вдалбливаться в меня, как сумасшедший. Боль тут же сменилась удовольствием, от которого, я поплыл. Все сильней и сильней ускоряя темп, он входил в меня, не забывая ласкать мое тело, как внутри, так и снаружи. Я стонал под своим первым мужчиной, как уличная блядь, но мне было все равно. Сейчас для меня ничего не имело значения — только мы, он и я, все потеряло свои краски и вкус, до того момента, пока особо глубокий толчок не довел меня до оргазма. В глазах потемнело, я с силой сжался, изливаясь себе на живот, и в тот же момент почувствовал, как внутри меня становиться горячо и влажно. Женя с гортанным рыком кончил в меня, запрокидывая от удовольствия голову. Я пришел в себя только, тогда когда начал чувствовать, что горячая заполненность покидает меня. Мне так не хотелось терять это тепло, что я с силой сжал сфинктер, не позволяя ему выйти, и тут же услышал негромкий стон. Приоткрыв глаза, я увидел Женю, который упираясь локтями по разные стороны от моей головы, жадно смотрел в мои глаза. Я не смог сдержать счастливой улыбки.

— Малыш, ты не мог бы расслабиться, а то я так и останусь в тебе до утра. — Вымученно улыбнулся он мне. С минуту я смотрел на его ухмыляющееся лицо, и только потом до меня дошло, что я держу его в себе, и та заполненность — это его член, который все еще находился... ой, мама. Я резко расслабил мышцу, Женя, облегченно вздохнув, поспешил выйти из меня, а я, как девственница, спрятал лицо в подушку, но мои пылающие уши выдавали меня с потрохами. Заметив это, Женя лишь нежно потрепал меня по голове.

— Спи хороший мой, ты, наверное, устал — сказал, он, поцеловав меня в макушку, поднялся с кровати и вышел, тихо прикрыв за собой дверь. Сладостно зевнув, я поудобнее устроился в ворохе подушек, веки потяжелели, сознание стало вязким, мысли путались. Я медленно, но верно уплывал в царство Морфея.

POV Женя

Оставив Марк смотреть сны, я направился в гостиную, у меня все еще осталось одно маленькое дело. Нарыв телефон, я набрал знакомый номер. Пока слушал гудки, закурил и теперь, выпуская кольца дыма в потолок, сидел в ожидании, когда мне ответят. И, наконец, дождался...

— Да — сонным голосом ответил Лис.

— Слушай сюда Лис, собери всех, абсолютно всех и отправь их на поиски этого говна, который посмел тронуть моего дорогого брата и спалить мне дом. Если через три дня ВЫ его не найдете, я вас всех перестреляю, ты понял? — Мой голос был не громкий, но метал, который сквозил в каждом слове, смог бы искромсать даже самого дьявола. Лис прекрасно знал, что я всегда выполняю свои обещания, поэтому сонный до этого голос, стал бодр и, мне так показалось сразу, зарядился на все эти три дня.

Отключившись, я подымил еще пару минут и направился в спальню к сладко посапывающему Марку.
 
Sadako-samaДата: Суббота, 06.10.2012, 19:15 | Сообщение # 18
Тайса
Группа: Тайпсеттеры
Сообщений: 200
Репутация: 7
Статус: Offline
Глава 11

POV Рома


... Жарко... Нет, холодно! ...Господи, как же больно! Почему так больно? Я упал или что-то сломал? Все тело болит. Я не помню, когда упал. Попробовал открыть глаза, получилось не очень, приложив максимум усилий, мне удалось приподнять одно веко... Первое, что я увидел, стойка с капельницей, торчащей из моей руки, стояла сбоку от кровати, белые стены и потолок, непонятные приборы, стоящие по сторонам от кровати... Где я? В больнице? Что я здесь делаю? Внезапно меня охватила паника... Рефлекторно дернувшись, я ощутил боль, опутывающую все мое тело, которая от малейшего движения усиливалась так, словно в теле взрывалась ядерная боеголовка. На мне что, стадо бешеных слонов ламбаду танцевало? Боль была такой сильной, что мешала ухватить какую-то мысль, которая, как назойливый комар летала в голове. Полежав немного, не двигаясь, я ощутил, как боль постепенно отпускает мое тело и спускается куда-то в район...!!! Да!!! У меня просто жутко болела задница. Я даже не стал предполагать из-за чего это, и так понятно, мне кто-то что-то сделал, но... кто? И зачем?

POV Женя

Настойчивый писк мобильника вырвал меня из моей теплой и умиротворяющей неги, не открывая глаз, дотянулся до источника звука:

-Слушаю — осипло промычал я в трубку сонным голосом.

— Айгуров, утро доброе. — Про себя я отметил, что утро добрым не бывает, особенно без дозы кофеина, а этот противный бодрый голос Коли пробуждает в моей души доселе скрытые наклонности к особо изощренным пыткам всяких там нехороших людишек. Прохрипев тому в ответ что-то о пытках, кострах и инквизиции, я приготовился слушать, правильно расценив мое молчание, Коля продолжил. — Ну, так вот, я собственно, что звоню, Рома пришел в себя, думаю, через пару часов вы сможете увидеть его. — Задумчиво, произнёс он и, немного помедлив, добавил. — Надеюсь, вы все дружно помните наш вчерашний разговор... — И отключился, не дождавшись ответа.

Пара часов, всего пара часов... Как он там? Рома, Ромка... Сон, как рукой сняло, мысли лихорадочно бегали в голове, словно белка по веткам, быстро выпрыгнув из постели, я уже было собирался одеваться и бежать творить великие дела, но с противоположной стороны кровати послышался звук, так сказать, падающей тушки. Метнувшись на звук, я лицезрел дезориентированное сонное нечто, взирающее на мир, парой огромных зеленых глаз. Марк озирался по сторонам, явно не понимая, где он находится и как тут оказался. Видимо пытаясь прийти в себя, он потер ладонями лицо, глубоко зевнул и попытался найти точку опоры.... Мда, раненой рукой об угол прикроватной тумбы... Горе мое... Зашипев от боли, он свернулся в позу эмбриона, тихо поскуливая от боли. Быстро сбегав за обезболивающим, выданным заботливыми медсестрами в больнице, я вернулся обратно в комнату, аккуратно, стараясь не причинить лишней боли, усадил парня себе на колени и дал выпить лекарство. В его глазах стояли слезы, а личико было настолько смущенно-трогательным, что я расплылся в сочувственной улыбке, и успокаивающе укачивая, словно ребенка, стал, едва касаясь губами кожи, целовать эту очаровательную мордочку, приговаривая:

— Тссс, сейчас все пройдет, мой хороший, надо быть аккуратнее... — с каждым новым поцелуем Марк все больше менял цвет лица на пунцово-красный, а я, наконец, сообразил, что он сейчас в чем мать родила и не может скрыть своего возбуждения. Пересадив Марка на кровать, я удобно устроился у него между ног, развел их пошире, едва касаясь, провел вверх по внутренней поверхности бедер, периодически заменяя ладони нежными поцелуями. И вдруг услышал протестующий писк:

— Нет, нельзя, Женя — голос Марка был хриплым и полным желания.

— Не бойся, малыш, я только помогу тебе снять напряжение — успокоил я.

Наконец, добравшись до паха, я зарылся носом в пушок волос на лобке, руками массируя и слегка сжимая мошонку, член парнишки давно был возбужден и сочился смазкой, которую я медленно слизал с головки, растягивая удовольствие. Спустился по стволу языком до самого основания, оставляя мокрую дорожку слюны, нежно поцеловал яички. Марк уже вовсю метался по кровати, томно поскуливая в ответ на мои упражнения. Плотно обхватив головку губами, пососал, словно чупа-чупс, попутно ввинчиваясь в уретру языком, а затем резко заглотил на всю длину. -Ах, Женя, ах, л... — послышалось сверху. Я двигался плотным колечком губ по стволу вверх, вниз, вверх, вниз, слушая, эти хриплые признания в любви, и, кажется, ничего лучше в жизни я еще не слышал. Хватило лишь нескольких особо резких движений, и Марк с громким всхлипом излился мне в глотку. Проглотив терпкую жидкость до последней капли, я отстранился, с нежностью оглядел стройное, поджарое и такое желанное тело, просто то, что доктор прописал, обычно плохое утреннее настроение, как ветром сдуло. Хищно сглотнув заполняющую рот слюну, я поспешил ретироваться в ванную, снимать уже свое возбуждение, от картинки на кровати просто сносило крышу. Вернувшись через 15 минут, уже одетым и собранным, я с минуту наблюдал за безуспешными попытками Марка одеть на себя чистую одежду, ночью принесенную в номер горничной по моему указанию. Мне пришлось одевать его, хотя почему пришлось, я-то был всем доволен, получая непередаваемое удовольствие от прикосновений к любимому телу, что отражалось у меня на лице улыбкой аллигатора, о которой мне не однократно сообщил сам Марк. Когда с переодеванием и умыванием было покончено, мы решили позавтракать в ресторане этого же отеля. Спустившись на первый этаж, я мимоходом заметил, что на месте прошлой расфуфыренной барби, теперь стоит невысокий молодой парнишка, который при виде нас вытянулся по струнке. Про себя злобно похихикал, так и надо, пускай боятся и уважают. В ресторанчике, я заметил знакомую фигуру, но, даже не успев окликнуть Андрея, меня вдруг снесло что-то большое и тяжелое. Попытка снять с себя тушку успехом не увенчалась. Дог, устроившись на мне словно на любимом коврике, с упоением вылизывал мое лицо. Хорошее настроение незамедлительно стало покидать меня, но услышав сдавленный смех Марка, я успокоился. Освободиться от водных процедур мне удалось лишь через пару минут и не без помощи Марка с Андреем. Во время завтрака я сообщил хорошую новость, незаметно наблюдая за реакцией Андрея. Он меня не подвел, его помятое не выспавшееся лицо тут же озарилось счастливой улыбкой, ослепляющей своей лучезарностью всех вокруг. Я был доволен подобной реакцией, в конце то концов, именно этот перчик будет парнем моего брата, если не уже...

Наконец, настало время ехать в больницу.

Тишину отделения нарушали только наши размерные шаги и цоканье лап Бернарда. Уже стоя рядом с палатой, я ощутил, как на душе противно заныло, словно не все так хорошо, как выглядит. Белый цвет, везде белый — стены, потолок, яркие лампы дневного света, он неприятно слепил и раздражал. Проморгавшись, я, наконец, посмотрел на Ромку. Выглядел он ужасно: бледный землистый цвет кожи, весь опутанный проводами и трубками, часть лица закрыта повязкой... Брат удивленно на нас смотрел, часто моргая одним глазом, словно видел впервые. Не удержавшись на месте, я пулей подлетел к кровати, плюхнувшись на колени, схватил его руку и стал мягко поглаживать, не поднимая взгляда. К горлу подкатил противный комок, но слезы так и не показались, я сдержался. Не знаю, сколько прошло времени, но я вдруг почувствовал, как Рома пытается выдернуть руку из моего захвата, отпустив ее, я поднял взгляд на него. Он растерянно смотрел то на меня, то на Марка с Андреем, но все так же молчал.

-Ромка, ты чего? — Спросил я, подумав, что начать все же стоит мне. Ромка подозрительно осмотрел мое лицо и поднял взгляд на Андрея, но на нем он не задержался, а вот на Марке... Сначала у него на лице появилось удивление, затем растерянность, а потом смущение. Конечно, я привык, что мой брат очень эмоционален, но все же с удивлением для себя понял, что ревную Марка. Я уже хотел было вставить одно из своих колких замечаний, которые почему-то так и просились выплыть за пределы головы, но сдержался в последний момент. Смущенно покашляв, Ромка шепотом обратился ко мне:

-Брат, а....эм... а ты откуда Марка знаешь? — У меня, наверное, было глупое выражение лица, так как сзади послышались характерные покашливания, больше похожие на хрюканье.

— Так... эм... Ром, он мне помог, я же тебе рассказывал...Ты же у него работаешь... — Рома непонимающе перескакивал взглядом с меня на Марка.

— А... я же только собирался к нему на работу попроситься, как я могу у него работать? — Че? Нет, постойте, это....

Мои мысли перебил Коля, залетевший в палату, словно торпеда. Увидев нас, он чуть не испепелил меня своим взглядом.

— Так, Айгуров и компания, быстро на выход. — Два раза повторять не потребовалось, мы оперативно вышли из палаты и застыли перед доктором, продолжающим попилить нас хмурым взглядом. Наконец, он соизволил прояснить ситуацию:

— Нет, бля, вы не могли сначала ко мне зайти? Надо сразу пропереться к нему. Голова-то вам зачем, а... — Прочитав вводную лекцию на тему, какие мы безмозглые, и зачем мы вообще такие родились, надо было захлебнуться в утробе матери и бла-бла-бла, Коля добавил. — Разговор предстоит серьезный, пошли ко мне.

Когда мы все расположились в кабинете Коли, тот лишь молча закурив, предложил нам. Такое поведение врача не сулило ничего хорошего.

— Как вы могли заметить — начал доктор после глубокой затяжки. — Рома ведет себя не совсем так, как вы привыкли, у него частичная амнезия. — Я подавился сигаретным дымом, в комнате повисла гробовая тишина. — Рома забыл все, что с ним произошло за последний месяц, то есть это практически весь октябрь.

Мысли, как лавина, навалились потоком, с одной стороны, он не помнил всего того ужаса, произошедшего с ним, а с другой — воспоминания о знакомстве с Андреем, работе в кофейне Марка и о многом другом тоже исчезли. Я не знал, стоит ли радоваться или же огорчаться, противоречивые чувства противно боролись внутри. Посмотрев на стоявшего рядом Андрея, я понял, что ему гораздо хуже, чем мне. Парень влюблен в Ромку, а тот его не помнит... Наверное, это все же благо. Это всего лишь месяц — не больше, не меньше. Думаю, снова свести их с Андреем труда не составит. Выкурив еще пару сигарет, я, наконец, смог прийти в себя и собраться с мыслями:
-Думаю, это к лучшему, что он забыл все. Вам так не кажется? — говоря это, я сам удивлялся своему голосу, он дрожал. Ну, все пиздец... Я, хозяин города, человек для которого убийство — это повседневность, и я боялся, боялся потерять брата. Он — моя семья, внезапно, пришло осознание того, что Ромка — это мое слабое место, я за него убью, я за него все отдам, я за ним на коленях приползу... От невеселых размышлений меня передернуло.

— Жень, не волнуйся, ты так, он — сильный парень, все с ним будет хорошо. Думаю, мы должны сказать ему правду, да и по характеру повреждений на своем теле он может сам догадаться. — Хмуро на меня посмотрев, Док продолжил. — И вообще, по-твоему, если ты скажешь ему, что его сбила машина, к примеру, как ты думаешь, он не задумается о том, «а как это машина меня так сбила, что задницу саднит, словно меня поимело полстраны». Сам подумай, лучше сразу парню сказать всю правду — рано или поздно Рома вспомнит все, и лучше, чтобы к тому моменту он уже воспринимал подобное как данность, ну, случилось и случилось. Свыкся, что ли, с произошедшим. — Я скривился, говорить ему правду мне совсем не хотелось, при одной мысли об этом холодный липкий страх появлялся на границах сознания. Господи, я оказывается трус, каких свет не видел, боюсь собственному брату тяжелую правду сказать... Поразмыслив еще пару минут, я все таки пришел к выводу, что это будет лучшим решением.

Перед тем, как пойти к Ромке, я пригрозил всем, чтобы, не дай бог, не проговорились про маньяка. Думаю, хватит того, что его изнасиловали, не надо ему знать, что его спасло чудо, имеющее длинные уши и хвост. Когда я, наконец-то, взялся за ручку двери, то неожиданно был остановлен Марком.

— Эм, Жень, прости, что я это говорю, но можно мне не входить с вами, пожалуйста. — Мои брови удивленно поползли вверх. — Просто сейчас, когда у него месяц жизни выпал, я для него объект его влюбленности, и мне кажется, лучше нам пока не контачить, вон пусть Андрей с ним... - Я не стал давить на Марка, в чем-то он был прав, да и наверняка страшно и стыдно ему сейчас было показаться на глаза ничего не понимающего Ромке. Зная это чудо, можно было предположить, что он считал себя виновным в нападении на брата. Ему надо было это пережить, поэтому я не стал настаивать.

— Хорошо, можешь подождать меня, если хочешь. — Марк отрицательно покачал головой, а я нахмурился.

— Нет, я лучше в кофейню схожу, сегодня мне должны будут продукты привезти, надо их принять. — Я нахмурился. — И не делай такое лицо, ну, пожалуйста, я постараюсь из дома не выходить и дождусь тебя. Ты же за мной приедешь, да?

— Ну, хорошо — я просто не смог ему отказать. — Только перед уходом, я прошу тебя, сходи на перевязку.

POV Марк

Я трус. Господи, трусом был, трусом и остался. Какой же я трус, я позорно сбежал и оставил Женю одного. Порой проскальзывали мысли «надо вернуться», «помочь», но я позорно душил их еще в зародыше.

Перевязку сделали быстро, и уже через десять минут я направился в кофейню. Учитывая раннее время, на улицах было немноголюдно. Густой туман белой плотной дымкой окутывал все вокруг, делая видимость практически нулевой, но ноги по привычке несли меня домой. Чтобы собраться с мыслями и набраться храбрости, мне нужно было побыть дома одному, подышать ароматами кофейни, которые всегда меня успокаивали и расслабляли.

Из задумчивости меня вывел протяжный мявк. Притормозив, я огляделся и прислушался. Оказалось, я был всего в паре десятков метров от дома в парке, а писк доносился из ближайших кустов. Добравшись до них, я стал искать источник шума, им оказался совсем еще маленький черный котенок с одним ухом, опаленными шкуркой и усами, а также облезлым хвостом. Он сидел рядом с трупом крупной черно-белой кошки, видимо матери, лапы которой были вывернуты под неестественным углом, так же как и само тело, а из бока торчала кость сломанного ребра. От подобной картины сжалось сердце, захотелось найти того морального урода, который сотворил такое, и свернуть ему шею.

При виде меня котенок шуганулся, замер чуть в сторонке, выгнув спину, агрессивно зашипел, оголяя ряд белых мелких зубов, словно иголок, а шерстка на спине встала в характерный гребень. Я тоже замер, не желая пугать такого грозного зверя и провоцировать лишнюю агрессию. Так мы стояли и смотрели друг на друга. Неожиданное решение пришло само собой. Подождав немного, я потянулся к трупу кошки, черный клубок тут же накинулся на меня, впиваясь в кисть когтями и зубами. Поморщившись от боли, я, быстро сграбастав его себе за пазуху, все-таки подобрал труп кошки, судя по окоченению, умерла она давно, и направился к дому быстрым шагом. Котенок под курткой вел себя безобразно — больно царапался, издавая попеременно то шипение, то жалобный мявк. Добравшись до дома, с горем пополам на заднем дворе я выкопал маленькую ямку и похоронил кошку. Дом встретил меня молчаливым полумраком. Выпустив котенка, я принялся стягивать с себя верхнюю одежду. Я не был дома всего ничего, но мне казалось, словно прошла вечность, даже капли крови не так меня пугали, как то, что я соскучился по этому месту. Котенок ходил из угла в угол, все обнюхивая и периодически фыркая. Понаблюдав некоторое время за ним, я все же решил оставить его себе, а это означало... С трудом поймав юркий клубок шерсти, не без труда я искупал его и обработал раны, в результате чего стал обладателем расцарапанного «фейса» и еще несколько дырочек в пальцах. Отпустив, наконец, свою жертву решил накормить его. Котенок с жадностью набросился на предложенное молоко. Пока он ел, у меня появилась рассмотреть его получше, раньше мне показалось, что он полностью черный, но сейчас стало понятно, что все лапки, а также единственное ухо у него были белые. Пока кот трапезничал, облезлый хвост горделиво смотрел в потолок, не смея мешать своему хозяину.

— Ну, и как же мы тебя назовем? — котенок, словно поняв, что обращаются к нему, оторвался от миски и внимательно парой хитрых зеленых блюдец пронзительно посмотрел на меня. — А давай, Боунс, как тебе? — почесал я его за ухом, получив в ответ удовлетворенное мммррррррр, он был таким тощим-тощим, что английское «кости» само напрашивалось. За всеми этими кошачьими заботами время пролетело незаметно, и только настойчивый стук в дверь вернул меня в реальность. Спустившись вниз, я встретил курьера, который привез мне заказанные зерна. Расписавшись и приняв покупку, я все же скрепя сердцем, решил сегодня открыть кофейню. И не прошло и пятнадцати минут после открытия, как стали приходить посетители. Весь день прошел в заботах, и я даже забыл о Ромке, забыл позвонить Жене, забыл о произошедшем вчера. Жгучее чувство стыда накрыло меня с головой, какая же я все-таки скотина. Ближе к семи подъехали Женя с Андреем. Они с удивлением заметили большой наплыв посетителей. Стоило мне посмотреть на Женю, как сердце пускалось в галоп, отдаваясь глухими ударами в голове, а мысли улетучивались. Притворно задумчиво передвигаясь по залу, но не спеша приближаться ко мне, он, то и дело, бросал на меня полный желания взгляд и одними губами повторял «Мой, мой, мой... Я скучал». Он завораживал меня, словно беде* кобру. Скользя взглядом по идеальному телу, так некстати, почему то прикрытому сейчас большим, как мне казалось, количеством ненужной одежды, мне сразу вспоминались наши ночь и утро... Наши, наши, только наши... В животе словно бабочки перебирали своими невесомыми крылышками, принося возбуждение его в мое тело... Я стал густо заливаться краской и попытался отвести взгляд. В глазах у Жени заблестели озорные огоньки, а губы сошлись в хищной улыбке.

Еще немного посидев, народ постепенно начал расходиться и уже через час мы все дружной командой садились в BMW Жени. Боунс был представлен всем, включая Бернарда, как новый член семьи.

Этот день прошел настолько хорошо, что постоянные чувства тревоги и опасности, не покидавшие меня в последнее время, на время отступили. Мысль о том, что угроза все еще не миновала, она где-то здесь, рядом стоит и смотрит на нас с улицы. Он смотрит на наши счастливые лица, яростно сжимает кулаки, скрепит зубами, проклиная нас. Он мечтает о том, как будет насиловать меня, ловя мои крики и стоны своими губами, и как сожмет мою шею. Он улыбается своим мыслям, разворачивается и уходит прочь, и в этот раз, оставшись не замеченным.

_____________________________________________

*повелитель змей
 
Sadako-samaДата: Суббота, 06.10.2012, 19:16 | Сообщение # 19
Тайса
Группа: Тайпсеттеры
Сообщений: 200
Репутация: 7
Статус: Offline
Глава 12

POV Ромка


Прошло чуть меньше недели. По новостям с азартом рассказывали о том, что снега в этом году будет много. Я с восхищением представлял, как буду играть с друзьями в снежки, несмотря на то, что мне уже 17, эта детская игра до сих пор оставалось моей любимой забавой. Но стоило только, забывшись, неосторожно или слишком резко двинуться, как веселые мысли, в миг, улетучивались, их место в сознании занимали немилосердные боль и отчаяние. Я никогда не считал себя слабым, несмотря на то, как хрупка моя телесная оболочка, я верил, что дух мой никогда не падёт. Но за все те дни, что я провел в больнице, мнение моё поменялось. Каждодневные прохождения медицинских процедур, занятия с психологом и забвение, такое сладостное забвение, которое словно пушистым пледом окутывало моё сознание, спасали меня от падения в бездну отчаяния. Словно в мозгу образовался вакуум. Я думал, очень много … Вопросы, вопросы, были вопросы «как я здесь оказался», «почему», «зачем», «за что»… Но я так и не смог понять ничего. Да мне сказали, что меня изнасиловали, и поэтому я здесь. Узнав об этом, ничего не почувствовал, ни страха, ни отвращения... НИЧЕГО!!! Потом появилось это – «если я этого не помню, значит, и не могу чувствовать того, что должен». Вопрос «как» вообще не возникал, да я и сам не хотел его задавать, все уже произошло, и как-то надо было с этим жить. Страшнее всего становилось от осознания того, что у меня украли месяц жизни...
Месяц, целый месяц… Я не помнил, как пришел на работу к Марку, как работал с ним рука об руку, как закончил школу. Недавно брат сказал, что наш дом сгорел, я не смог сдержаться и разрыдался. Это было единственным местом, которое мы могли спокойно назвать домом, и куда мы возвращались. Чистый, уютный, большой – это был наш дом. Я скучал по нему, отчаянно скучал.

Разговор с Марком получился очень неоднозначным. Он оказался практическим таким, каким я его себе представлял. Немного одиноким, немного загадочным, немного грустным и печальным, его красивые зеленые глаза просто притягивали к себе. Он был добрым и отзывчивым со мной, хотя отчасти мне казалось, что он сторониться меня. Марк рассказывал о нашей жизни, пока мы работали вместе. Было забавно слушать эти истории о себе: как я убегал от мышей, прыгал, чуть ли не под потолок, как мы впервые познакомились и как я сбил его с ног, что бы попросить о найме на работу. Все это он рассказывал с такой нежностью, словно о старом друге, мне это льстило.

Еще иногда появлялся один парень, Андрей, я сначала думал, что он один из подчиненных брата, но позже понял, что приходил он ко мне. Садился в дальнем углу и слушал, не говоря ни слова. С ним всегда был пёс, Бернард, дружелюбный, к тому же очень добрый и понимающий. Мне достаточно было лишь слегка скривить лицо, когда Бернард напирал слишком сильно, тревожа раны, как он тут же успокаивался, садился рядом с кроватью, положив свою голову мне на колени, смирно сидел, или вылизывал мои ладони. Эта парочка мне очень нравилась, особенно хозяин: высокий, около метр девяносто, статный, с хорошей сбитой фигурой, красивое волевое лицо, не лишенное мужественных черт, большие глаза в обрамлении пушистых ресниц, рыжие, хаотично торчащие в разные стороны, волосы, но больше всего меня притягивала его улыбка, такая детская озорная. Когда она озаряла его лицо, моей душе становилось легче и проще пережить еще один тяжелый день. Он всегда подбадривал меня, смеясь со всеми, но в глазах его всегда была лишь грусть о чем-то несказанном или потерянном. Несколько раз я пытался поговорить с ним об этом, но Андрей всегда уходил от ответа либо отшучивался, либо молчал.

Часы пробили полдень, когда я услышал мягкие размеренные шаги Андрея и частые цоканья лап Бернарда, разбивающие больничную тишину. Невольно улыбнувшись, я услышал тихий стук в дверь, после чего дверь резко распахнулась, и ко мне со всех ног помчался Бернард, но, не добежав до кровати, поскользнулся, его лапы были в бахилах, и полетел в противоположную стену. Посмеявшись, вместе с вошедшим Андреем, я в ожидании пристально смотрел на него. Тот, лишь изогнул бровь и одарил меня снисходительной улыбкой, словно нашкодившего ребенка. Я почему-то жутко смутился, впрочем, как всегда в присутствии Андрея, щеки вспыхнули алым, а сердце, как заяц, казалось, сейчас выпрыгнет и убежит.

Андрей протянул мне внушительный свёрток, там оказались разные книги. Я радостно вскрикнул, вот оно счастье. Я практически не двигался, только небольшие прогулки по палате два-три раза в день, так как раны еще не достаточно зажили, и излишки движения приносили сильную мучительную боль, ноутбук я у брата просить не решился, и книги стали моей отдушиной в больнице.

Из задумчивости меня вывел шершавый влажный язык, от неожиданности я неудачно дернулся, и боль внизу живота, только недавно утихшая, пронзила острым кинжалом, сильно закружилась голова, резко замутило, перед глазами помутнело, а желудок предупредительно стал сигналить о приступе рвоты. Замерев и сильно зажмурившись, я, кажется, даже перестал дышать, но все, же не смог сдержать стон боли. Сквозь плотно сжатые веки хлынули потоки уже неконтролируемых слёз, я стал медленно покидать реальность. Андрей, заметив, как мне заплохело, пулей вылетел, и уже через пару минут передо мной стояла постовая сестра, проверяя состояние. Противно пиликала машина, следящая за моей жизнедеятельностью, капли раствора как-то особо лениво перебирались из пакета через трубку в мою вену, мне казалось, что прошла вечность, когда, наконец, мир снова стал обретать четкость, краски – яркость, в мысли – стройность. Чужое прикосновение отвлекло от созерцания капельницы, Андрей, сидевший рядом, судорожно обхватив мою руку с болью и обеспокоенностью, вглядывался в мое лицо. Видимо встретившись с моим осознанным взглядом, он облегченно вздохнул и, взяв салфетки, стал заботливо стирать пот с лица и груди. Я был настолько мокрый, что вся кровать была сырой от моего пота.
Я хотел было спросить его «что случилось?», но язык, будучи ватным и тяжелым, двигаться отказывался. Я прикрыл единственный глаз, чтобы не видеть эти обеспокоенные влекущие глаза, но даже в темноте они преследовали меня, не знаю, сколько я лежал не двигаясь, кажется, даже удалось подремать. Когда я, наконец, открыл глаза, Андрей дремал, положив свою голову на край кровати, и все также крепко держал мою руку. Я был рад, нет не так, я был счастлив и благодарен ему. На лицо сама собой выползла мягкая улыбка, мне хотелось погладить его по голове нежно и ласково, словно ребенка. Сбоку заскулили, я медленно повернулся в сторону звука и наткнулся взглядом на Бернарда, который заметив, что на него обратили внимание, замахал хвостом. Я поманил его к себе головой, быстро сообразив, что от него требуется, он тихо подошел ко мне и положил голову мне на ногу, все также, не переставая, махать хвостом. Рука в захвате Андрея неприятно затекла, и я тихонько попытался высвободить её, но незаметно не получилось, стоило мне только шевельнуть ею, как Андрей тут же резко поднял голову на меня. Я мягко ему улыбнулся, про себя хихикая, вид у него был весьма взъерошенный и очень забавный, он с минуту, ничего не понимая, стал осматриваться и, наконец, поняв, где он одарил меня не менее теплой и радостной улыбкой.

-Рома ты как? Получше? – Голос Андрея был хриплым ото сна. Я пожевал во рту язык, чтобы хоть как то его размять, тихо слышно ответил.

- Да, спасибо, уже лучше.

Как-то неожиданно появилась медицинская сестра и сказала, что часы посещения вышли. Моей обиде не было предела, мне казалось, что Андрей только пришел, хотя за окном уже смеркалось. Я был так расстроен, что заметил руку Андрея на своем лице, только когда она нежно погладила щеку и спустилась к губам, а я удивленно посмотрел на парня. Тот озорно сверкнул своими большущими глазами, а у меня сбилось дыхание, и треклятая машина отчаянно завизжала, сообщая о резком учащении сердцебиения. Андрей победно мне улыбнулся, а я, осознав, что меня раскусили, вспыхнул, как факел. Кое-как справившись со смущением, я обратился к Андрею, пока он не ушел:

- Андрей, а… - Я немного замялся - …А мы точно были друзьями? – Эта мысль давно съедала мой мозг. Она пришла ко мне внезапно и показалась мне на первый взгляд сумасшедшей, но другого объяснения я не могу себе представить, потому что всегда начинал смущаться рядом с Андреем, я только мог предположить, что влюблен в него. Сначала я испугался, но со временем я понял, что хотел, чтобы это было так, и Андрей оказался мне больше, чем другом, и это смущало меня еще больше. После произнесенного мной Андрей удивленно на меня посмотрел, но тут же взяв себя в руки, задал встречный вопрос:

- А ты уверен, что хочешь знать ответ? – Спросил он, а я мысленно заорал от досады, ну, что ему стоило просто сказать «да» или «нет», я начинал злиться. Качнув головой в знак согласия, я стал сверлить его взглядом. Андрей поняв, что я не собираюсь закрывать этот вопрос, тяжело вздохнул и посмотрев мне прямо в глаза ответил:

- Мы действительно не просто друзья – он выдержал паузу, распаляя мое любопытство еще сильнее. – Мы были любовниками и… И я очень тебя люблю! – Все это он выпалил на одном дыхании, следя за моей реакцией, а я просто тупо хлопал глазами. Сказать, что я был в шоке, значит ничего не сказать. Раньше мне казалось, что морально я готов к такому ответу. Сознание уже давно улетело в астрал на совещание, а когда вернулось, то я с удивлением понял, что тоже люблю его???!!! Но мне, же нравиться Марк, почему тогда не должен нравиться Андрей? Вопросы, вопросы одни вопросы. У меня было достаточно времени, что бы всех их продумать, но одно я знал, точно, Я ХОЧУ ЕГО ЛЮБИТЬ! Пока я все это обдумывал Андрей стоял в напряжении, следя за моей реакцией, и когда я сказал ему, что тоже его люблю он, по-моему, сам покинул нашу реальность, а когда, я еще и попросил его поцеловать меня на прощание, ммм…

Его губы были сухими и теплыми, но от этого не менее желанными и вкусными. Его язык, едва касаясь нежной кожи, провел по моей нижней губе и робко скользнул в рот, пройдясь, кажется, по каждому зубу отдельно, нежно поласкал нёбо и, наконец-то, наши языки встретились и начали страстно сплетаться в танце. Такого жаркого поцелуя у меня еще никогда не было, в тот момент все вокруг потеряло свою значимость, были только он и я. Внутри меня начал нарастать жар, я весь пылал и изнемогал от желания, но вот наши губы расстались, и по палате прошелся вздох разочарования. Мир вокруг вновь вернулся к нам, вернулись краски и звуки, а мы все так же смотрели друг другу в глаза.

Вскоре Андрею пришлось уйти, было немного обидно, но теперь я точно знал, что мы встретимся завтра, и я ждал этой встречи, уже ждал.

POV Марк

Сегодня понедельник. Будильник нещадно пиликал, выхватывая меня из приятной неги, но прежде, чем, я успел открыть глаза, противный писк прекратился. Скрипнула кровать. Я приподнял веки, что полюбоваться на красивую накаченную спину Жени. Тот потянулся, как довольный кот, и я с завистью стал рассматривать, как тугие мышцы, словно живые, перекатывались по совершенному телу, пока он делал небольшую утреннюю зарядку. Когда он закончил, я уже облизывался во всю, словно вкуснятинку увидел, заметив это, Женя лично для меня поиграл своей накаченной грудью, параллельно смешно шевеля бровями. Я не смог сдержаться и рассмеялся в ответ

- Ну, что, соня пойдем в душ? А то будет как в прошлый раз. – Я тут же соскользнул с постели, и направился за Женей, стыдливо краснея и вспоминая тот злополучный день.

Тогда я проспал и, не успев принять душ, направился в кофейню. Теперь Женя отпускал меня одного ходить в кофейню, хотя это его разрешение мне пришлось с боем отвоевывать. Он ни в какую не хотел меня оставлять одного, мотивируя тем, что это может быть опасно, но ведь днем среди кучи народа на меня точно никто не мог напасть, и он с горем пополам согласился. Сонный по дороге в кофейню я едва ли меньше сотни раз врезался в прохожих и поцеловался с углами. От всех этих столкновений начала кровоточить рана на руке, и пришлось все бросать и идти в больницу на перевязку. Но пока я дошел, количество синяков и ссадин на моей тушке резко прибавилось, после перевязки меня отослали домой спать, но я не послушал и направился в кофейню. Там перебив с дюжину чашек, и я несколько раз обжег себе рабочую руку, отдавил все конечности Боунсу и опрокинул несколько чашек на клиентов, а под вечер я уже просто отрубался, так, что пришлось Жене тащить меня в гостиницу уже спящим на руках. После того случая, мне мягко намекнули, что лучше бы ложиться и просыпаться пораньше и принимать душ, а я собственно был не против.

От воспоминаний меня отвлекло горячее прикосновение большой теплой ладони к животу, от неожиданности я дернулся и врезался спиной в грудь Жене, а подняв голову, встретился с довольным лицом и плотоядной улыбкой. Я так понял, что завтраком стану я? Вторая рука опустилась на плечо, чуть нажимая и заставляя опереться на холодную кафельную стену и прогнуться в пояснице. Страстные поцелуи-уксусы, меняющиеся попеременно с нежным влажным языком и едва заметными чмоками сухих теплых губ, пролегли дорожкой от шеи, по позвоночнику, между лопаток, неторопливо спускались по пояснице к бугоркам ягодиц, вызывая на коже стаи бегающих мурашек. Я призывно широко раздвинул ноги, две тёплые ладони легли на половинки, аккуратно сжимая и раздвигая их, моё дыхание участилось, а сердце, казалось, танцует степ. После того раза, мы больше ни разу не пытались заняться сексом, хотя целовались и иногда ласкали друг друга, но мы никогда не заходили дальше. Женя был круглыми сутками занят поисками маньяка и домой приходил, чуть ли не под утро, похожий на зомби. Я не настаивал, понимая, что он очень устал, ну, и, в конце концов, он мне нравиться не из-за того, что так хорош в постели.

Меня уже трясло от желания, все же я переоценил себя, я же нормальный парень и мне хоть иногда нужна разрядка. Мне хотелось, что бы у меня была свободна хоть одна рука, но сейчас одна была зафиксирована, а второй я упирался в кафель ванной, поэтому сильнее выгнувшись в пояснице, я призывно вильнул попой навстречу Жене, так говоря о своем нетерпении. Услышав в ответ шумный вдох, почувствовал, как Женя опускается на колени, а потом ах... Я почувствовал нежный влажный язык в ложбинке между половинок, тот выписывал неторопливые круги вокруг моей дырочки, расслабляя мышцы, давая привыкнуть к новым ощущениям. Господи, кажется, я умер и попал в рай! Тем временем язык стал проникать сквозь колечко, сначала медленно, а затем, когда мышцы поддались, все яростнее и яростнее ввинчиваясь в глубину. Я уже не мог контролировать свои стоны и бесстыдно подмахивал его языку, казалось, разрядка уже близко, когда он неожиданно оторвался от меня. Разочарованно заскулив, когда услышал тихий шепот Жени:

- Попроси – Аааа!!! Сволочь черноглазая, ведь знает, что я хочу и все равно…

- Возьми меня… – мои щеки начали пылать –… пожалуйста! – последние слова я уже простонал.

Тихо рассмеявшись, Женя сразу несколькими пальцами проник в меня. Я расслабился, вспоминая как это было впервые. Член уже сочился смазкой, о чем постоянно говорил Женя, смущая меня еще сильнее. Я неуверенно поерзал пятой точкой на пальцах, так как ощущения мне не очень нравились. Женя прислонился ко мне вплотную, и я смог почувствовать бедром его каменную плоть. Его дыхание опалило мне щеку, я повернулся к нему лицом и встретился глазами с его затуманенным взглядом, именно в этот момент пальцы нашли нужную точку, и по телу пробежала волна удовольствия, не удержавшись, я тихо застонал. Отвернувшись, я прислонился лбом к прохладному немного отрезвляющему кафелю, а Женя вновь помассировав простату, услышал уже стон в полный голос, я просто плыл на волнах удовольствия. Звериный рык и пальцы Жени вышли из меня неосторожно, резко, я поморщился. Он прижался ко мне всем телом и прошептал на ухо, аккуратно вставляя в меня кончик головки:

- Прости малыш, я больше не могу, потерпи.- Резкий толчок и крик боли сорвался с моих губ. Анус больно жгло, я сильно закусил губу. В глазах поплыло, кажется, это слезы. - Прости, прости, прости мой хороший, потерпи немного, сейчас станет хорошо. – Он замер, давая время привыкнуть. Выровняв дыхание, я стал сам медленно двигаться, но боль не проходила. Женя, восприняв мои действия, как разрешение, и начал двигаться. Выйдя из меня практически на всю длину, и резко вошел. Я вскрикнул, это оказалось больнее, чем я думал. Возбуждение тут же спало, но Женя, так и не остановившись, резко и размашисто входил и выходил из меня, заставляя скулить от боли. Резкий толчок и он задел заветное место, а боль тут же ушла на второй план, уступая место удовольствию. Крики боли сменились стонами желания. Разум помутился, ноги стали ватными, сейчас были только его размашистые движения, свои стоны и неприличные просьбы. Одной рукой сильнее обхватив меня за бедро, он максимально ускорился, а второй дрочил мне. Я же прислонившись твердыми возбужденными сосками к холодному кафелю, терся об него, как кошка в период гона. Несколько особо глубоких толчков, и я, не выдержав, излился на кафель. Сильно сжав мышцы ануса, почувствовал, как в ответ на это, Женя незамедлительно последовал за мной. Тяжело дыша, мы стояли, держась за стену. Первый пришел в себя Женя, он медленно и слегка неохотно вышел из меня, а я почувствовал, как по ногам течет его сперма. Отдышавшись, я повернулся в нему лицом и впился в губы страстным поцелуем.

Волны удовольствия все еще не отпустили меня, и Женя, заметив это, взял мыло и стал мыть меня. Отпустив бдительность, я, блаженно прикрыв глаза, отдался в его руки, получая наслаждение от нежных прикосновений. Посадив меня, он вдруг раздвинул мои ноги и по-хозяйски залез пальцами между ягодиц, а затем и в анус, от неожиданности я ахнул.

- Женя, что ты делаешь? – мое лицо вновь запылало. Он отвечает мне так буднично, словно делал это каждый день:

- Мою! Раз я запачкал, то должен и помыть.- От его прямолинейности я просто не знал, куда себя деть, это так смущало. Он помог мне избавиться от спермы полностью, а потом вытер пушистым полотенцем.
Одевшись и неспешно позавтракав, мы заторопились каждый по своим делам. Уже стоя перед входом в гостиницу, он внезапно меня повернул к себе и страстно поцеловал. Наши языки сплелись, лаская друг друга, и мне было наплевать, что мы на улице, что на нас смотрят. Я ощутил себя таким счастливым, что у меня есть Женя. Попрощавшись, я, с некоторой грустью смотрел, как черный BMV отъезжает от гостиницы. Глубоко вдохнув морозный воздух, и счастливо улыбнувшись, я направился в сторону своей кофейни.

Казалось, мир изменился, и я с удивлением озирался по сторонам, смотря на его красоту, на его звуки и краски. Как я раньше его не замечал? Этот мир - прекрасен и неотразим. Голубое небо, осеннее солнце, опавшая листва, покрытая инеем, было так красиво, что я впервые жалел, что у меня не было с собой фотоаппарата. Солнечные зайчики играли на замершей луже, отражаясь и заставляя людей щуриться. Я счастливо улыбался хмурым прохожим, но мне не грустно. Я знал, что они не видят красоту этого утра, такого нежного, как пух. Листва и редкие растения, покрывшись инеем, напоминали красивые стеклянные композиции. Я шел и мечтал, погруженный в свои лучистые воспоминания, пока меня не отвлек посторонний звук. Остановившись, я осмотрелся. Появилось ощущение déjà vu. Я стоял точно на том же месте, где и несколько дней назад, там, где я нашел Боунса. Ища глазами источник звука, я увидел мужчину, стоящего на коленях рядом с лужей. Бедняга скорей всего поскользнулся и теперь отчаянно и безуспешно пытался подняться. Черная железная трость, валявшаяся неподалеку, наводила мысль, что мужчина в возрасте. Не о чем не думая, я направился в его сторону. Подойдя к нему сзади, я ухватил того под мышки и поставил на ноги. «Старик» оказался на голову ниже меня. Он все так же стоял спиной ко мне, пока я отряхивал его. Когда же он повернулся, мой взгляд тут же наткнулся на черные очки, а «старик» улыбнувшись мне, показывал кривые желтые зубы и попросил чуть хриплым голосом принести его трость, что я и сделал. Пожав друг другу руки, мы распрощались, и я, развернувшись, было уже направился по своим делам, но сильный удар по голове остановил меня, лишая сознания…

POV <…>

Он, наконец- то, мой. Я и представить не мог, что он попадется так легко, а ведь он даже не узнал меня. Большего я и не мог желать. Приглядевшись, я заметил, как по его скуле течет кровь. Черт, я поранил Марка. Стянув с его шеи шарф, я вытер ему лицо, которое оказалось все в крови, а затем постарался стереть лужу крови с асфальта. Шарф я выкинул в ближайшие кусты, сейчас было не до осторожности. Приобняв Марка за талию, я потащил его к машине, стоявшей по другую сторону парка. Закинув того на заднее сидение, уселся за руль. Наконец, моя мечта осуществится, наконец-то!!! Заглядевшись на безжизненное тело парня через стекло заднего вида, я победоносно улыбнулся и мысленно замечтался… Внезапно салон наполнился звуками мобильника, который шел из кармана его куртки. Порыскав, я, наконец, нашел телефон. Прочитав на экране «Женя», я зло скрипнул зубами. Тут же вспомнилось, как они утром целовались прямо на улице, никого не стесняясь, как они страстно прижимались друг к другу, и каким взглядом его провожал Марк. Я завел машину, отъехав от парка на приличное расстояние, выкинул телефон, который продолжал все это время звонить и давил мне на нервы. Все! Теперь нам ни кто не помешает. Марк, мой милый Марк, как же долго я мечтал о тебе. Но теперь ты мой! Только мой!
 
Sadako-samaДата: Суббота, 06.10.2012, 19:18 | Сообщение # 20
Тайса
Группа: Тайпсеттеры
Сообщений: 200
Репутация: 7
Статус: Offline
Глава 13

POV Жени.


Я сидел в кабинете уже который час и пялился в потолок, докуривая очередную сигарету. Знакомство с Марком многое изменило, наверное, даже всё, до этого момента я просто не жил, а тупо существовал – ел, спал, трахал шлюх, убивал и так по кругу, это были самые важные, как мне казалось тогда, вещи, но не сейчас. Неужели я хочу остепениться и начать жизнь обычного гражданина? Да хрен вам! Затушив окурок, я плюнул на всю эту бумажную волокиту, надел плащ и, попрощавшись с ребятками, направился в гараж. Уже сидя в машине, я думал, как бы было здорово, если бы мы начали жить одной семьей. Уверен, Ромка бы не отказался, да и Марк тоже. Вспомнилось, как сегодня утром мы вместе просыпались в душе, и на лицо сама собой выползла глупая улыбка, а по телу пробежала волна тепла. Вспомнился утренний Марк, такой домашний, родной, Мой Марк. Мда, я определенно хочу просыпаться так каждый день. Времени было только час дня, поэтому я решил проведать Ромку, вчера у него снова поднялась температура, и я хотел поговорить с врачом.

Время тянулось, словно нуга медленно и вязко. Сам не понимая от чего, я начал зевать. Тишина в машине убаюкивала. Включив радио, чтобы не уснуть, я щелкал станции - безголосая певичка с очередной попсовой песней, новости, шансон, а дальше… Музыка вызвала непонятное раздражение, и, отключив радио, я вновь погрузился в тишину. Сам не понимаю, что на меня нашло. Тупые прохожие и не менее безмозглые водители, которые уже несколько раз пытались меня подрезать. Я медленно начинал закипать. А когда на дорогу выскочило какое-то рыжее чмо, порог терпения вмиг был превышен. Резко затормозив до скрипа тормозов, я выпрыгнул из машины и с чувством обматерил неудачного самоубийцу и, схватив урода за шкирку, кинул на тротуар. Немного выпустив пар, я забрался обратно в машину и резко газанул. Блять! Если я сейчас же не увижу милую мордашку брата, я взорвусь. Что за люди пошли, какой-то чмошник выпрыгнул под машину, фу, как вспомню, его потрепанный вид и эти крысиные глаза, а про запах я вообще молчу. Но, несмотря на все это, почему-то его лицо мне запомнилось. Чтобы это могло означать? Я его уже где-то видел? Но тогда? Перебрав в голове всех знакомых и возможные места встречи, я так и не смог вспомнить эту крысу. Под конец мозг уже кипел, но навязчивая идея так и не пропала. Почему то это казалось очень важным, узнать, вспомнить этого человека. Так в думах, незаметно для себя, я подъехал к зданию больницы. Мысли тут же переключились на Ромку. Как там мой братик? По дороге в палату меня перехватил Коля и отвел в ординаторскую.

- Жень, Рома сейчас спит, думаю, не стоит его будить. – Доктор налил нам кофе, и я, развалившись на мягком, стареньком диване, стал медленно потягивать коричневую чуть горьковатую жидкость. Коля присел на соседний стул, несколько раз глотнув кофейка, продолжил. – Я так понимаю, ты хочешь узнать, как состояние Ромки. – Это был даже не вопрос, а утверждение, но я все равно кивнул, говоря тому, что он попал точно в цель. – Ну, что тебе рассказать-то? Ты, по-моему, больше меня уже знаешь. Ромка медленно, но верно идет на поправку, вчерашняя температура - это так мелочи жизни, можно сказать вариант нормы для его состояния. Думаю, что через месяц, максимум полтора, ты сможешь забирать его домой, конечно, при условии того, что он будет обязательно ходить на приемы. – Коля снова отпил горячего напитка. - Насчет глаза… – я непроизвольно напрягся - это была больная тема, и ранее врач не разрешал заводить подобный разговор, но в этот раз он сам начал. Я подобрался и приготовился слушать, удовлетворившись моим вниманием, он продолжил. – Ну, так вот, что ты думаешь о том, чтобы заменить левый глаз протезом. Его можно подобрать так, что отличить от настоящего сможет только специалист. Протез будет двигаться, так же как и обычный глаз. Конечно, это не вернёт Роме зрение левым глазом, но так мы вернем ему внешность и это лучше, чем ходить с повязкой всю оставшуюся жизнь. – Пожалуй, это действительно был самый лучший вариант из предоставленного в данной ситуации выбора. Мне не хотелось, чтобы Ромку все вокруг воспринимали как инвалида или урода, жалели. Он должен побыстрее забыть о произошедшем и вернуться к прежней жизни, стать тем, кем был - милым трудолюбивым беззаботным веселым мальчишкой, не смотря на такой недостаток. Думаю, я все же соглашусь, но сначала надо спросить Ромку.

- Я согласен, только Ромку надо спросить, все же это его тело – сказал я. Доктор понимающе хмыкнул и продолжил пить кофе.

- Как Марк? Рука не беспокоит? – Вопрос доктора застал врасплох, я даже вздрогнул. Перед глазами непроизвольно всплыла картинка – лицо Марка в душе во время нашего бурного утра, внизу живота слегка потеплело, а брюки неожиданно стали безумно тесными. Я почувствовал, что краснею. Мда, раньше подобного за мной раньше не замечалось. На что Коля лишь ехидно похихикал.

- Да вроде не беспокоит, конечно, если её сильно не нагружать. – Коля снова хмыкнул. Я давно уже заметил за ним эту привычку – издавать этот, почему-то так сейчас раздражающий сейчас, звук после каждого предложения. Мы еще немного посидели и поговорили о всяких пустяках, после чего я все же решил, что пора уже и честь знать.

Сев за руль машины, я размышлял - вернутся на работу или поехать домой. Ответ всплыл сам собой, а почему бы мне не съездить к Марку? Он бы меня покормил, да и вообще не плохая такая компания. Знаю, что это все отмазки, на самом деле я просто по нему безумно соскучился и хотел его увидеть. Настолько сильно, что просто все тело ныло. Мда, Айгуров, а ты стал наркоманом, да еще с персональным сортом героина. Ну все, хватит лирики, завел и поехал. По дороге, практически ничего не отвлекало и не раздражало. Одна мысль, что через несколько минут я увижу своего малыша, окрыляла и, кажется, делала меня самым счастливым человеком на планете. Но стоило мне завернуть к его кофейне, как в глаза тут же бросилась вывеска «Закрыто», и хорошее настроение испарилось, словно под штормовым ветром. Гоня от себя дурные мысли, я удивленно приподнял бровь - неужели вышел? Хотя вряд ли, Марк никогда не выходит, у него в любое время клиенты. Я нахмурился, настроение резко падало в минусовую шкалу. На крыльце я заметил фигуру одного из постоянных клиентов Марка, подъехав почти вплотную к человеку, я вышел и встревоженным голосом спросил:

- А Марк сегодня был? – Мужчина подозрительно посмотрел на меня и ответил:

- Нет, не было его еще. А вы кто? – Проигнорировав вопрос, я быстро вернулся в машину и газанул со всей силой. Машина протяжно взвизгнула и помчалась, не обращая внимание на светофоры. Я был зол, нет, не так, Я был в бешенстве!!! Ведь еще утром было нехорошее предчувствие, тогда, когда он не ответил на звонок, но я проигнорировав его, решил, что Марк снова поставил телефон на беззвучный режим. А после он так и не перезвонил и я - Балда тоже… Глухая ярость сменилась паническим страхом. Я боялся, ужасно боялся за Марка… Боялся, что могло случиться страшное... Набрав его номер и услышав вместо родного стесняющегося голоса безжизненное «абонент временно недоступен», я громко матюгнулся и со злости кинул телефон в стекло. Я старался шевелить мозгами и не удариться в панику. Думай, думай, Айгуров, думай… Но внутренний голос вопил лишь одно «МАРК!!!». Я резко затормозил у своего офиса, все еще яростно сжимая баранку, закрыл глаза и медленно начал считать до десяти, стараясь дышать ровно и размеренно. Один, два, три… Вдох – выдох, вдох – выдох… Посидев немного, я все же привел мысли в подобие порядка.

Я НАЙДУ МАРКА. ЭТОТ МАНЬЯК МЕНЯ КОНКРЕТНО ДОСТАЛ, И, КОГДА Я НАЙДУ ЕГО, ОН ПОЖАЛЕЕТ, ЧТО РОДИЛСЯ.

Выбравшись из машины, я, как метеор, поднялся в офис и в срочном порядке заставил обзвонить и собрать всех. Ярость и страх ушли, осталась, уступив место холодной решимости. Проснувшийся внутри зверь победно оскалился. Скоро он начнет играть, и я буду готов...

POV Марка.

Господи, как же болит голова, а тело всё онемело от неудобного положения и совсем ничего чувствует. Что за отвратительное состояние? Наморщив лоб, все еще не открывая глаз, я попытался пошевелить руками. Резкая боль в запястьях заставила меня открыть глаза. Яркий свет ослепил, и я зажмурился. Попробовал повернуть голову, но тут же бросил это дело. При малейшем движении голова просто взрывалась от дикой боли, словно порох от искры. Застонав, я хотел было уже перекатиться на живот - спина сильно затекла, но сдвинуться с места так и не получилось, уже знакомая боль вновь обожгла запястья и щиколотки.

Кое-как превозмогая боль, я приподнял голову, чтобы посмотреть, что там с моими конечностями. Сфокусировав взгляд, я огляделся. Маленькая полупустая комната с обоями непонятного цвета на стенах, с побеленным когда-то, видимо еще до моего рождения, потолком, сейчас имеющим серый мышиный цвет, со старой советской люстрой брежневской эпохи в центре... а, вот она, причина яркого света – окно, напротив которого я лежал на железной кровати. Где это я? Брови от удивления непроизвольно взмыли вверх. Это еще что? Мои руки и ноги были привязаны к спинкам железной кровати белыми жгутами, я их почти не чувствовал, но при попытках двигаться, они больно врезались в запястья и щиколотки. Я попробовал еще раз подвигаться, но ничего не вышло, кроме того, что я получил новую порцию боли. Сильно кружилась голова, словно я целый день катался на каруселях, мутило, желудок готов был показать на свет божий все своё содержимое. Сморщившись от всех этих неприятных ощущений в своём организме, я зажмурился и постарался собраться – понять бы, где я? И как тут оказался?

Мысли текли тягучей патокой и не давали мне сформулировать точный ответ, сколько я не пытался, а потом пришел он…
Дверь противно скрипнула. Я открыл доселе закрытые глаза и встретился взглядом с Ним. Маленькие крысиные глазки заблестели от неописуемой радости, а на лице нарисовалась кривая улыбка. Бррр… Лучше бы не улыбался, моему взору открылись его противные кривые желтые зубы, почему что появилось уверенность, что у него еще и изо рта воняет, как из помойки. Я уже хотел матюгнуться на этого урода, какого я вообще здесь оказался, когда внезапно он достал нож. При виде холодного оружия… Ужас начал застилать сознание… Погодите-ка…. Сердце пропустило удар, по коже побежали мурашки, а спина начала противно покрываться холодным потом. Заметив всю гамму эмоций, которые пронеслись на моем лице за секунды, убийца улыбнулся еще шире и неспешно подошел к кровати. Его шаги по деревянному полу было почти не слышно, но для меня страшнее этих тихих немного шаркающее - скрипящих звуков не было ничего. С каждым шагом он был все ближе и ближе, а жить мне оставалось все меньше и меньше. С каждым шагом я все сильнее чувствовал его зловоние и с каждым шагом узнавал его. Каждый его шаг отдавался гулким эхом в моей душе, рождая очередной приступ панического практически неконтролируемого ужаса. Да, я знал этого человека, нет, даже не так, он был рядом со мной. Признаться честно, я подозревал многих из своего окружения, но никогда, что очень странно, я не думал на него. Почему так? Сам не знаю. Этот человек на протяжении нескольких лет терроризировал меня и мою кофейню. Он крыса, которая рождала в моей душе лютую ненависть и глухую злобу, когда я встречал его. Противный уродливый ничтожный рыжий слизняк. Беспрерывно бегающие юркие черные глазки-бусинки, нос непонятной формы, видимо от большого количества переломов и неумелых вправлений, лицо с несколькими шрамами, делающими его особенно похожим на манька-убийцу, и эти противные желтые зубы – он отчаянно напоминал мне этих мерзких серых тварей. Наверное, я бы рассмеялся, не будь я просто парализован от страха. Убийцей я подозревал всех, даже Женю, но никогда не думал именно на этого человека, как забавно.

Подошел. Стоит. Смотрит на меня, словно я из золота. Глаза выдают его, в них плещется желание. Он хочет обладать мной? Унизить? Убить? Даже думать об этом мне было противно. Желудок предательски скрутило - завтрак с воодушевлением решил покинуть меня, сильно, до скрипа, сжав зубы и задержав дыхание, я сдержался. Только сам Бог знает, каких сил мне стоило сдержаться.

Нож в опасной близости появился у моего горла. Я боялся даже сглотнуть, не то чтобы пошевелиться. Страх прошел, кроме омерзения и тошноты я ничего не чувствовал. Кажется, на периферии сознания еще крутилась мысль о том, что «все обойдется, не бойся», но я сам запретил себе об этом думать. Смешно, зачем кролику думать о морковке, если удав его уже проглотил. Он убрал нож, наверное, я не дышал до того, так как почувствовал, что задыхаюсь. Сделав глубокий вздох, я с вызовом посмотрел на убийцу, на этого урода, что доставал и изводил меня и моих родных. Чувства менялись одно за другим - то я злился, секунда, и уже хотелось плакать. Бесит…

-Марк, Марк, мой Марк, как давно я желал тебя, как давно я хотел тебя. – Противный скрипучий голос с характерной хрипотцой. Мужик уже был готов на меня взлететь и засадить, но отчего-то медлил, почему? – Скажи дорогой, ты любишь меня? Я знаю - любишь! Ты не можешь не любить, ведь я люблю же! – Мужик соловьем заливал о любви ко мне, а я понимал, если выживу - это будет чудом. Мужик, сборщик денег, что доставал меня, Господи, я даже не знаю его имени.

Я попытался отползти от него подальше, но маневр не удался – я же привязан! Паника, меня охватывала паника и дикая злоба… Мужчина, заметив мои движения, прекратил свою пламенную речь и недовольно уставился на меня.

-Куда это ты собрался Марк? – В этом голосе было столько меда, что я скривился. Мужчина стал суроветь, ему не понравилось, что я чуть ли не от каждого его слова начинаю то кривиться, то отползать. – Почему ты кривишься? – Вопрос был задан очень четко, у меня дернулся глаз, он еще и спрашивает. Ярость нахлынула волной, застилая сознание, я сам не понимал, что говорю.

- Я кривлюсь, потому что от тебя воняет. Да и рядом с таким уродом я бы ни за что не захотел сидеть. ТЫ - скотина и сволочь, не достойная жить, поэтому иди и перережь себе горло. – Я кричал на него скорей из-за страха, чем из ярости, а под конец я уже шептал. Лицо убийцы словно окаменело, но по глазам я видел, что вывел его. Страшно… Как же страшно…

- Ты говоришь, что я урод? – Этот вопрос потерялся в тишине. - Ты – неблагодарный маленький ублюдок, но я все равно люблю тебя – рычал он. Мгновение и я уже придавлен его весом, а он остервенело срезает с меня одежду своим ножом, не заботясь о том, что задевает и меня, оставляя глубокие порезы на шее, груди, животе, бедрах... Не прошло и двух минут, а я уже лежал перед ним, в чем мать родила. Холодная ярость тут же сменилась в его глазах на похоть. На лице вновь появилась вновь утраченная кривая улыбка. Облизнувшись, он наклонился к моим губам и вцепился в нижнюю кривыми зубами, словно голодный пес в кусок долгожданного мяса. В нос ударил тошнотворный смердящий запах изо рта, желудок предательски сжался, горло скрутили болезненные спазмы, а мой болезненный стон, сорвавшийся с губ, утонул в приступе его дикого неудержимого хохота. Этот мужчина был безумен, и я его боялся….

POV «Ростовщик»

Мой, мой, наконец-то, мой. Я так долго ждал этого момента - мы с ним вдвоём наедине. Дальше все будет хорошо, я уверен, когда Мой Марк рядом все может быть только хорошо…
Но, кажется, Мой Малыш совсем не был рад мне. Я так мечтал увидеть на его лице ту счастливую улыбку, которую он дарил этому своему… А вместо нее получил лишь «урод»… Ах, так, так ты платишь мне за мою любовь Малыш, за мои подарки тебе, за мои жертвы тебе...

- Ты – неблагодарный маленький ублюдок, но я все равно люблю тебя… - Сейчас я покажу тебе, что такое настоящая любовь. - Рррр…

Ах, какой же ты красивый Мой Малыш – такая нежная молочная кожа, пахнущая кофе, этот чуть горьковатый аромат пьянит и возбуждает, мягкие пушистые волосы, большие зеленые глаза в окантовке пушистых ресниц, а губы, губы… Хочу попробовать их – касаюсь, ммм… Так бы и съел, сил сдерживаться уже нет, кусаю, Господи, как я хочу тебя… Одежда – это лишнее, не хочу, чтобы ты носил ее. Срезаю… Провожу кончиком ножа по шее, спускаюсь на ключицы… Я помечу тебя, Малыш, помечу тебя везде - своими укусами, своими порезами… Ах, какие темные маленькие кружки сосков… Тут кожа особенно нежная – режу, кусаю… Ммм… В ответ слышу стон. А ты чувствительный… Тебе нравиться? Твои стоны так возбуждают меня, так возбуждают… Все больше не могу, прости Малыш, оставим наши игры до следующего раза, а сейчас я хочу тебя… Раздвигаю твои стройные ноги по шире… Что это? Ты пытаешься отползти? Сопротивляешься?

- Ах, ты маленькая дрянь… Не смей противиться мне, моим ласкам… Наверняка со своим пижоном ты был ласков и нежен… Привыкай, теперь ты мой… - Но он все равно сопротивляется – пытается свести ноги, сжимается, не давая войти в себя… Ах, так… - Я научу себя, как вести себя! - Бью наотмашь по лицу, рукам, груди… Бью долго и со всей силы, постепенно твоё тело расслабляется подо мной. Тебе нравиться боль, Малыш, я учту это в будущем… Как же я возбужден, кажется, кончу от одного твоего вида. Резко расстегиваю и снимаю брюки. Мой член, как каменный… Смазка… А черт с ней, ту же любишь боль, Малыш… Ах, черт, как же сухо… Думаю, слюна и кровь подойдет… Смазываю член твоей кровью и моей слюной – это возбуждает еще сильнее. Вхожу на всю длину резко с первого раза. Твое тело выгибается подо мной, слышу твой хриплый стон. Да, да, Малыш, я знаю, что тебе нравится. Боже, как же горячо, узко и сухо внутри… Сразу беру резкий темп и вколачиваюсь в тебя, как сумасшедший. Из твоей груди еще пару раз доносятся хриплые, но уже более тихие стоны, а потом ты замолкаешь и расслабляешься. Оргазм накрывает с головой – по телу проходит волна удовольствия, ноги немеют, а перед глазами мелькают яркие разноцветные огоньки… Как мне хорошо, расслабляюсь и, не выходя из тебя, падаю сверху без сил… Кажется, я отключился на пару минут.
Открываю глаза, выхожу из тебя, поднимаюсь на локтях… И то что я вижу пугает, страшно пугает меня… Ты лежишь словно сломанная кукла – красные полосы порезов со стекающей и уже свернувшейся кровью по всему телу, мои метки – мои укусы вторят им, ноги резко раскинуты, по их бледной коже стекает моё семя вперемешку с твоей кровью, Боже, её так много… Она просто ручьем бежит по твоим стройным ногам…

- Марк, Марк, маленький мой – зову тебя. Наклонившись, вглядываюсь в твое безжизненное и отстраненное лицо, в стеклянные и отрешенные, смотрящие в никуда, глаза. – Господи, что я натворил, неужели я бил тебя? – В ужасе выбегаю из комнаты. Я убил своего Марка? Нет, нет, нет…

POV Марка.

Как же больно и противно. Он кусал и резал меня. Резал везде, он причинял мне дикую боль. Кажется, на моем теле не осталось живого места. При попытке отстраниться он сильно избил меня. Бил долго и с чувством, после этого я уже ничего не чувствовал, сознание обволокло красной пленкой и все стало каким-то далеким. Я смотрел на все отрешенно, мне уже было все равно. Боль была повсюду и, казалось, хуже уже не будет. Я просто хотел, чтобы все поскорее закончилось. Но нет, судьба не была так благосклонна ко мне, сквозь пелену я почувствовал, как он входит в меня резко на сухую…

- Ааа… - адская боль обожгла низ живота. Я говорил, что уже ничего не чувствую и больнее уже не будет, я ошибался. Это было просто невыносимо – больно, противно, мерзко. Сквозь боль и отчаяние пришло осознание того, что это моя расплата за все то, что я совершил в жизни. За Мая, за всё… Я заслужил это, я никогда не был достоин не только счастья, но и просто одиночества и покоя. И теперь я получил по заслугам. Господи, поскорее бы все кончилось. Я знаю, что заслужил это, но мне так больно. Я просто хочу, чтобы все закончилось. Это была последняя мысль, промелькнувшая в моей голове, и я отключился…
 
Форум » Пишем/ Рисуем/ Танцуем сами… » Sadako » Горячий капучино
Страница 1 из 212»
Поиск: